My beast / Моя бестия

Я стояла перед дверью. Мысли не давали мне покоя. Почему-то мне не хотелось идти туда, но с другой стороны, очень хотела попасть туда. Я прям человек – логик. Милка дала мне папку с моими же фотографиями. За это я готова ее расцеловать. — Вперед и только вперед! Я открыла дверь, постучав. Я ожидала увидеть огромный зал, персонал, бегающий из угла в угол, фотографа, кричащего, что его что-то не устраивает и полуобнаженных моделей. По крайней мере, так было везде, куда я приходила, чтобы устроиться работать фотографом. Но в этот раз меня ждало огромное удивление. Небольшой зал, фотограф и три модели. Они были одеты в пышные бальные платья. Одна сидела на качели, другая на полу, плакала, а третья тоже сидела на полу, прижавшись спиной к стене и держа в руках красные розы. Фотограф обернулся на меня. — Отдохните пока, — сказал мужчина, лет сорока, — Лисия Кёлер, правильно предполагаю? — Правильно, — подходя ближе, отвечаю я. — Венгер Вольф, — представился он, — Очень приятно, мадемуазель. — Взаимно. Позвольте поинтересоваться? — Конечно. — Откуда Вы знаете мое имя? — Фрау Кёльн позаботилась. Я надеюсь, Вы принесли фотографии. — Вот, — я протянула папку с фотографиями, осматривая зал. — Очень хорошо, — под нос бубнил себе Венгер, — Отличный ракурс, — мужчина поднял на меня глаза и сказал, — Вас никто не учил? — Если только фрау Кёльн, — улыбнулась я, — Но это были какие-то небольшие советы. — Я не буду предлагать Вам, фрау Келер, работать у меня, — я была шокирована. Сначала хвалит, а потом говорит что не примет на работу. Да я мечтала найти такого фотографа, как он. — Почему? — грустным голосом спросила я. — Подожди секундочку. Герр Вольф ушел, вместе с моими фотографиями, оставив лишь разочарование. Он стоял в стороне и разговаривал с кем-то по телефону. Девушки сидели в гримерной. Я стояла на месте, намереваясь молча уйти, пока никто не видит и черт с этими фото. Но не успела я развернуться, как герр Вольф окликнул меня. — Фрау Кёлер, вы куда? Это не мне нужен помощник, а одному влиятельному человеку, который доверил мне это дело. Я Вам даю адрес, куда нужно сейчас ехать, но решать только вам. — Спасибо, но… — И еще. Тебе бы стать профессиональным фотографом. Если пойдешь учиться, я с радостью стану твоим наставником. А если предложение примешь, можно забыть об обучении. Ты потом будешь просто нарасхват, — мужчина передал мне визитку, с адресом. — Спасибо, — улыбнулась я, — Я сейчас же туда поеду. — До свидания, Лисия. — До свидания. Развернувшись, направилась на улицу. Посмотрела на визитку. Адрес ни какой не студии или агентства. Это жилой район, причем очень даже богатенький. И как я туда попаду, как Вольф это представляет. — Ну, я же все равно поеду, — сказала я сама себе. Такси оказалось как раз кстати. Села на заднее сиденье и сказала адрес водителю. Нужно было себя чем-то занять. Черт! Фотографии остались у герра Вольфа. Только я могла что-то оставить. Достала плеер с наушниками и включила музыку. Обожаю их! Как можно не любить Tokio Hotel? Возможно, я бы и не слушала их, если бы не знала лично. Если бы не сидела у них, когда они что-то репетировали. Если бы не была лучшей подругой близнецов.… Но это было давно… слишком давно. — Приехали, — сказал водитель. Заплатив, вышла их машины и посмотрела на дом, к которому меня привезли. Двухэтажный особняк с высоким забором и охранником, который сейчас идет ко мне. — Вам чем-то помочь? — обратился он ко мне. — Да. Герр Вольф сказал… — не успела я толком объяснить хоть что-то охраннику, как он меня перебил. — Ваше имя, фрау. — Лисия Кёлер, — ответила я. — Проходите, — открывая ворота, сказал он. Я вошла во двор. Там стоял телохранитель. Всегда хотелось понять, почему все они ходят в строгом черном костюме. — Проводи эту девушку к Гере, — сказал охранник. Я последовала за телохранителем. Остановились около дома, и я заметила женщину. — Фрау Нагель. Женщина кивнула и подошла к нам. Я не заметила, как телохранитель ушел. — Лисия? — спросила женщина. — Да, — коротко ответила я. — Меня зовут Гера Нагель. Для тебя же просто Гера, — улыбчиво сказала она. Черные волосы, заплетенные в элегантную косу и строгий костюм. Что эта женщина здесь вообще делает? — Здесь красиво, — сказала она. Да, красиво. Со стороны, не видно этой красоты. Прекрасный и ухоженный сад, беседка, небольшой фонтан и пруд. Кто, черт возьми, здесь живет. — Тебе Венгер сказал с кем придется работать? — Он только сказал, что это отличный шанс. — А можно посмотреть на твои работы? — Я бы с радостью дала, но он их забрал. — Я ничуть не удивлена. Если ему что-то нравится, оставляет себе, — тяжело вздохнув, перевела на меня взгляд, — Пошли? — Я сюда приехала не для того, чтобы на сад смотреть. Мы вошли в дом. Теперь я понимаю, почему она так тянула. Это же дурдом! Для нее, а мне нравится. Так и работать интересней, вот только потом получаешь, за то, что ничего не успеваешь. А в тишине не люблю работать. Кто-то пробежал из одной комнаты, в другую, с отборным немецким матом. — С этими чуть позже познакомишься, — сказала Гера, проходя дальше. Мы поднялись на второй этаж, в кабинет. Я была готова искать свою челюсть на полу, но она нашлась сама. Передо мной сидел один из известнейших фотографов Германии, Роберт Ротман. — Роберт, — сказала Гера, отрывая мужчину от бумаг, — Встречайте новую помощницу. — Лисия, здравствуй, — сказал Роберт, подходя ко мне, — Представляться нужно? — Раз я фотограф, значит должна вас знать. — Сразу говорю: называй меня Роберт и на «ты». — Договорились. — Желательно, чтобы ты сразу согласилась работать. — Я согласна. Если бы сомневалась, не приехала бы. — Мне нравится твой настрой. Тогда может, подождешь, найду контракт и подпишешь? — Хорошо. — Я ей пока покажу дом и с ребятами познакомлю, — сказала Гера, выводя меня из кабинета, — Роберт может продолжить с тобой работу после этого проекта, если хорошо себя проявишь. — У всех разное мнение о моих работах, — пожав плечами ответила я. Мы спустились вниз и вошли в гостиную. Кто-то явно добивается того, чтобы я потеряла дар речи, зрение и челюсть. Не подав виду, что удивлена, пребывала в конкретном таком шоке. Да и «ребята» тоже были в шоке. — Сядь, — сказала Гера одному парню, - Это помощница Роберта… — Лиса, — сказала я. — Это Лиса. Георг — наш басист, Густав — барабанщик. А это наши проказники — близнецы Каулитцы. — Собственной персоной, — добавил Том, улыбаясь уголком губ. — Том и Билл. Лиса, я буду ждать тебя на улице, — сказала Гера и ушла. — Значит лиса, — сказал Томас, сделав ударение на втором слоге. — Не лиса, а Лиса, — поправила я его, наклонив голову. — Где-то я тебя видел, — задумчиво сказал Билл, — Лиса. Его взгляд упал на мою шею. Я знаю, что он хотел там увидеть. Взгляд Тома прошелся по мне, так же, остановившись на шее. Георг с Густавом тоже осмотрели меня. — Я не статуя, чтобы на меня смотреть, — съязвила я. — Извините, ваше высочество! Этого больше не повторится, — на этот раз сказал Билл. — Вот ты где, — голос Роберта за моей спиной, заставил развернуться, — Придется привыкать работать с ними и не обращать внимания на их колкости. — Это не столь уж сложно, — улыбнулась я. «Если ты сама такая же, как и они». Как хотелось это добавить, но я воздержалась. Роберт протянул мне контракт. — На месяц, — сказал он, — А там посмотрим на твою работу. И завтра приходи сюда, посмотрим, на что способны парни. — Можно завтра принести, — указывая на контракт, спросила я. — Только не забудь, — выходя их гостиной, сказал Роберт. Я даже к парням поворачиваться не стала, а сразу пошла к Гере. Она сидела в беседке и я пошла к ней. — Мы с близнецами были знакомы восемь лет назад. Я не понимаю, почему, но мне хотелось ей рассказать об этом. — С нашими Каулитцами? — Не то, что знакомы, мы были лучшими друзьями. Даже не смотря на то, что я младше их на полтора года. В последний день, они пришли утром и сказали, что уезжают. Подарили мне кулон, который я теперь ношу на руке, — вытянув руку, показала я, — Серединка находится у близнецов. — Почему же не хочешь сказать им? — Хочу, чтобы сами вспомнили меня, — с улыбкой сказала я. — Вспомнят, — с улыбкой отозвалась Гера. — С чего такая уверенность? — Когда они потеряли какие-то кулоны, дом вверх дном перевернули. Они до сих пор у них, только надевают их редко, чтобы снова не потерять. — Насколько редко? — Раз в неделю. А так носят всегда с собой. Да и лишнее внимание журналистов можно привлечь. — Буду надеяться, что вспомнят. — Тебе, возможно, пора. Не думай, что я тебя выгоняю. — Нет, мне самой пора. — Пока Лисия, — сказала она.