Видения прошлого

Пиетт попятился назад, обомлев. Что здесь делает ребенок, одетый в броню Лорда Вейдера? Что происходит? Адмирал услышал шаги за спиной и обернулся к подошедшим повстанцам, которые увидев мокрого ребенка, также замерли. - Это … , - выдохнула Лея, - нет, этого не может быть … что … куда делся Лорд Вейдер? Ребенок сфокусировал на ней взгляд и шок на его лице сменятся крайним раздражением. - Очевидно, он находится прямо здесь, принцесса, - отрезал он. – Или вы думаете кто я? Голос ребенка был довольно высоким, он замер удивленно, слыша звук собственного голоса. - Смотри, малыш, - сказал ему Хан Соло, - я знаю, что одежда в точности, как у Дарта Вейдера, своего рода шутка, но не уверен, что это смешно. Все присутствующие смотрели на ребенка. - Он только что … - наконец выдавил Люк. - Что только, Скайуокер? Во время нашей последней встречи вы были вполне способны связно разговаривать. Я не считаю, что за последние два месяца стал более угрожающим. Что конкретно произошло с моей внешностью? Раздраженный тем, что не получил ответа, ребенок сделал шаг вперед, однако, споткнувшись о свой чрезмерно длинный костюм, снова весьма комично рухнул в фонтан. Всплыв, он слегка задыхаясь ухватился за край фонтана. - Ну что? – резко ответил ребенок, - почему же вы не выхватили бластер, и не стреляли в меня, Соло. Ваши рефлексы подвели вас? – здесь он сделал паузу, - Что с моим голосом? Ребенок руку ко рту и вздрогнул, почувствовав живую кожу. После паузы он коснулся лица, провел рукой по волосам. Тихонько вздохнув, он поднес пальцы к глазам, словно никогда таких не имел. -Что … - прошептал он, - что случилось со мной? Люк, изучая мальчика, совсем запутался. Тут его осенило. Он используя силу, просканировал присутствие мальчика. И отшатнулся, задохнувшись. - Нет, - прошептал он, - это невозможно. - Люк, что такое? – смущенно потребовала Лея. - Мальчик, - наконец смог произнести он, - Вейдер.

***

Мягкие приглушенные голоса. Тихий шелест дорогого шелка и бархата, яркий блеск драгоценных камней заполняют комнату. Милая улыбка на лице, ритуальный грим, внимательный взгляд из-под скромно опущенных ресниц, Тихая музыка создает приятный фон, казалось бы, безобидной среды. Но внешность могла быть обманчива. Ложь, сплетни, коррупция. Вот один из гостей, незаметно опускает маленький пакетик в карман. - Королева Амидала, вы сегодня потрясающе выглядите … - Для меня честь находиться здесь, ваше величество … - Рад видеть вас в добром здравии, ваше величество! … Предлагаю тост за ваше благополучие … И голос, который может быть столь же сладок, как мед, сколь и опасен, раздается в обществе. - Благодарю, я счастлива видеть вас всех. Ах, сенатор, ваша жена уже оправилась от приступа лихорадки? Ах, я так рада. Леди Исба, поздравляю вас с рождением ребенка, вы позволите мне увидеть его в ближайшее время … Королева Падме Амидала сохраняла приятную улыбку на лице, во время беседы, но в душе чувствовала сильную усталость. Она устала от этого фарса, от необходимости ласково улыбаться тем, кого ненавидела, и видеть их лицемерные улыбки, слушать вместо их ядовитого шипения сладкие речи. Не в силах больше терпеть этого, она повернулась к спокойно стоящей рядом Сабе. - Я отойду, на время, - шепнула она. – Скажи Дорме, чтобы подготовилась, она займет мое место на это время. - Да, миледи. – был тихий ответ. Падме, под вежливым предлогом ускользнула.

***

- Вейдер?! – воскликнул Хан. – Нет, это невозможно, это не может быть он! Не этот ребенок! - Ну, а кем я, по-вашему, являюсь, Соло? – отрезал ребенок. – Разумеется, это я! Но что произошло? Я не понимаю … - Люк, ты должно быть, шутишь! – произнесла Лея. – Это всего лишь маленький мальчик. Он не может быть Дартом Вейдером. Ребенок повернулся к ней, собираясь протестовать, однако, поколебавшись, замолчал. - Это он. – настаивал Люк. – Я чувствую! - Какие вопросы Вейдер задавал мне на Беспине … во время допроса? – спросил Хан, очевидно не ожидая правильного ответа. - Я не задавал вам никаких вопросов, Соло. – ответил ребенок. - Это правда … - прошептал Хан, уставившись на ребенка. - Дроида какой модель использовал Вейдер, допрашивая меня? - все еще недоверчиво, спросила Лея. - KW 198, прототип. Спокойно ответил ребенок. - Первый в своем роде. Я произнес длинную речь о его разнообразных, передовых аспектах, созданных для допроса. - Люк, он прав! Он … он на самом деле …? – Лея, ошеломленно повернулась к Люку. - Что говорил мне Лорд Вейдер, при нашей первой встрече? - спросил, молчащий до этого Пиетт. Ребенок взглянул на него. - Дерзкий адмирал, - отрезал он. – первое, что я когда-либо вам говорил, было «прекратите уже пялиться и уберите этот кусок мусора, прежде чем, присоединитесь к нему», когда я прибил того тупого лейтенанта. - Это он, - тихо произнес Люк. – Я же сказал, что это он. Он ведь прав адмирал? - Да, - прошептал Пиетт. - Но как это произошло? – прошептал Люк. – Как вы стали таким? - Как что? – спросил, наконец, Вейдер, когда Люк сделал паузу и повернулся, чтобы посмотреть на свое отражение в кристально-чистой воде фонтана. Он отпрянул. – Невозможно! Совершенно невозможно! Я … Я снова ребенок?! - Нет … - прошептал он. – Нет, этого не может быть … что присутствие …

***

Падме изящно прохаживалась между рядами розовых кустов, стараясь не шуметь. Она не хотела, чтобы гости, гуляющие в саду услышали ее и нарушили ее уединение. Это было забавно. Голоса, которые она слышала, странный акцент, похоже коррелианский. Странно, она не приглашала сегодня коррелианцев. Падме тихо вошла в открытый дворик с фонтаном, сжимая рукоять бластера, скрытого в складках платья. И встретила взгляд ребенка, которого прекрасно знала и часто вспоминала с того дня, как они расстались. На ее лице, скрытом ритуальным гримом, появилась улыбка. - Эни! Раздавшийся словно выстрел бластера, крик заставил замолчать всех присутствующих. Ошеломленные в миллионный раз за этот день повстанцы и имперский адмирал, разинув рты наблюдали, как Дарт Вейдер спрыгнул с фонтана. - Падме? – недоверчиво выдохнул он. Женщина поспешила вперед, хотя ее сложное официальное платье значительно затрудняло процесс. Наконец, отойдя от шока, Лорд Ситхов в ловушке девятилетнего тела, побежал вперед, увлекая за собой свой слишком длинный костюм, который болтался сзади и обнял девушку. После долгих объятий, девушка, наконец, серьезно посмотрела на ребенка. - Эни, ты в порядке? Ты плачешь! - Я не плачу, - солгал Вейдер. – Не плачу … я так скучал по тебе, Падме! И после этого долгого неловкого момента, Хан Соло, наконец, прошептал: - Она только что назвала его … Эни?!