На краю её кровати

Зачем всё это? Таким вопросом Александра... простите, Саша, задавалась давно. С того самого момента как решилась бросить свой тихий, любимый дом с прекрасным видом из окна, и вернулась в Мистик-Фолс. Глупенькая, она надеялась что после стольких лет, Елена примет её и они станут семьёй, ведь всю свою жизнь она так мечтала о встречи с ней. А что в итоге? Холодная, пустая, хоть и богатая комната. Огонь в камине, который греет здесь, разве что, себя самого, темнота и глаза. Голубые глаза влюбленного в Елену вампира, которые требуют, вновь и вновь, идти к Клаусу и умирать за неё столько, сколько потребуется. По коже бежит холод и Александра... простите, Саша, тихо вздрагивает стараясь держать себя в руках больше, чем обычно. Она плачет всегда: утром, открывая глаза и наблюдая за тем как на востоке всходит солнце; днем, бросая неосторожный взгляд в окно; вечером, сидя с книгой у камина; ночью, лежа в постели и не открывая глаз. Она устала ждать, устала плакать. Она все равно не может противится воли Деймона, она все равно не сможет сбежать от Клауса, так зачем всё это? И все равно, каждый день, будь то утро или вечер, она вдруг вздрагивает, закрывает глаза и начинает плакать, как можно тише, чтобы те, кто стоит у её двери ничего не слышали. И у неё почти получается не издавать звуков. Лишь иногда из груди рвется тихий-тихий стон, почти убитой горем души. И только тогда, когда терпеть это не возможно, она обхватывает себя руками, как можно плотнее притягивая ноги к груди и позволяет себе тихие всхлипы. Ей осталось жить, от силы, неделю. И мысли об этом добивают её. Она не хочет умирать за Елену и не потому что она плохая сестра, а... Она ищет себе оправдание каждую секунду и не находит. Со стороны Деймона было бы куда гуманнее внушить ей это желание, а не оставлять один на один с ощущением собственного бессилия. Дверь в комнату распахивается с тихим скрипом и в ту же секунду закрывается. Александра... простите, Саша, больше не дрожит и не вздрагивает, грусть и ненависть к себе отходят на второй план, уступая место медленно растущему страху. Он приходит всегда, каждый вечер и иногда даже ближе к ночи. Он не всегда в хорошем настроении, иногда он зол, а иногда пьян, но он приходит, садится на край, вроде бы её, кровати и говорит. Говорит много и долго, рассказывая о том что делал, делает, и будет делать "со всем этим" дальше. Его истории иногда забавны, некоторые из них словно созданы для книг или фильмов, а иногда ей сняться кошмары с ним в роли маньяка. Ей кажется, что ему все равно, слышит она или нет, все равно есть ли вообще в этой комнате хоть одна живая душа, он просто приходит, но каждый раз ей кажется что он останется стоять у двери, а после, бросив ей короткое: "пора" уйдет. И она пойдет за ним, понимая что доживает последние секунды своей жизни. Но сегодня он пришел не за этим. Сегодня все будет не так, как обычно. Он пройдет по комнате, оглядывая стены и потолок так, словно видит все это впервые. А потом посмотрит на неё, но на этот раз он не почувствует злости, ком не подступит к горлу и он не отойдет, чтобы присесть на край кровати. Он будет стоять, а потом сядет напротив неё возле камина. Увидит как по её спине пробегает дрожь и подумает: "На сколько сильно она боится?", а потом ещё "Как же Елена позволила сделать с ней такое?" А Александра... простите, Саша, не может даже взглянуть на Клауса, потому что тогда, он поймет, что она пришла не сама, поймет что она, хоть и частично, но под внушением и тогда он убьет её, не дав даже возможности оправдаться. - Твоя кровь, - этот голос мурашками пробегает по коже. Он говорит не тихо, как обычно, а сдавленно, даже напряженно, - Действительно может снять проклятье? - Ей хочется закричать, вскочить на ноги, броситься к нему и сказать это заветное "Нет", но сейчас она всего лишь рабыня. По её щекам уже текут слезы, и вместо камина перед её глазами лишь размытое пятно. - Да. - Она говорит коротко, тихо, почти шепотом потому что если говорить громче, если говорить хоть немного громче, она признается себе что так и должно быть. Что она должна умереть. Клаус тихо выдыхает и пересаживается к ней. Саша, конечно, Саша, его Саша, она станет вампиром как только её человеческая смерть состоится, а потом он сделает её такой же как и он. Да в полнолуние все именно так и будет. А потом он улыбнется своим мыслям и коснется рукой её спины. Она дернется в сторону, и почти упадет с дивана, но он поймает её и попросит, только попросит не бояться и к своему удивлению она кивнет и дотронется до него первый раз за все время их знакомства. Он усадит её к себе на колени и позволит ей согреться, позволит поцеловать себя, позволит ей себя раздеть, но только в этот раз. Он позволит ей вести, позволит довериться ему и будет, постарается быть с ней как можно нежнее, до самого конца. Только сегодня Клаус позволит ей и своим чувствам к ней управлять им, а потом, когда они вместе будут лежать в кровати приходя в себя, Саша обнимет его, пропуская через свои руки его тепло, а Клаус подумает что больше никогда не будет сидеть на краю её кровати.