Мой любимый ужас

— Егор, — начала я, записывая за учителем информацию. — Почему у Жени на медальоне написано «Агапе»? — Что? — поперхнулся тот, пытаясь откашляться. — Я видела, у него на медаль… — Когда? — Ден перебил меня, нахмурив брови, устремляя свой взгляд на меня. — В четверг он был у меня и… — И что? — Хватит меня перебивать! — всплеснула руками я. — Ты совершенно меня не слушаешь! Ты боишься своих грёбаных чувств! — Не кричи ты так, истеричка, — ухмыльнулся он. — И сейчас речь не об этом. — Что?! — пискнула я. — Знаешь что, иди нахрен! Ревнивый трус! — Я не ревную. — Мы же всё обсуд… — начала я, но снова была перебита. — Нет никаких «Мы». Я резко встала из-за стола и вышла, спускаясь в квартиру. Бабушка как всегда готовила что-то вкусное и химичила на кухне. Я прошла в комнату и уткнулась носом в подушку, выдыхая и сладко прикрывая глаза. Почему он себя так ведёт? Что я ему сделала, чтобы он так холодно со мной разговаривал? Господи, конечно же ничего. Может он вообще тогда был пьян, когда говорил про то, что что-то ко мне чувствует. Зная Дена — это вполне возможно. Я встала и, с хлюпающим носом, пошла в ванную так, чтобы бабушка не увидела моих слёз и красного носа. Холодная вода отлично остужала разгорячённую кожу, а шум от воды заглушал мои глухие рыдания. Ну почему всё так трудно? Разве нельзя просто взять и признаться? Господи, что за бред, конечно же нельзя, он учитель, а я… ученица. Грудь надрывалась от рыданий, а дышать стало просто невыносимо. Я скатилась по холодной стене и обняла колени, качаясь из стороны в сторону. Внутри плескалась лава из эмоций и я не могла её успокоить. Новые всхлипы и рыдания вырывались из груди каждый раз, когда я пыталась встать. — Юла, — весело проворковала бабушка. — Я к Петровне, милая, буду завтра. Отнеси мой пирог Егору Денисовичу. Люблю милая, пока. — Пока, — сдавленным голосом проговорила я. Боже, в жопу его, а не пирог! Он поступил, как трус. Последний трус. Ему нужно было развлечься и на пороге его номера появилась я. Хорошо, если он так хочет, то я буду общаться с ним так же, как и он со мной, то есть — никак. Выключив воду и пройдя в свою комнату, я надела кожаные штаны, чёрную майку, джинсовку и чёрные вансы. Мне нужно забыть об этом, а это значит, что мне нужно хорошо провести время. Я не собираюсь плакать из-за него в подушку. Я шла уже по довольно тёмной улице, когда заметила, что рядом со мной останавливается красная спортивная машина и из неё выглядывает знакомый мне человек. — Ну привет, милая, — грубый голос прорезал ночную тишину и я вздрогнула. — Я знал, что мы ещё встретимся. — Что тебе нужно? — устало проговорила я, боясь подойти к машине ещё ближе. Кирилл оглядел меня с ног до головы оценивающим взглядом, а после как-то не по-доброму ухмыльнулся и сказал: — Я еду на гонки, сегодня там будет много людей, и я хотел бы выиграть Дена с такой прекрасной леди на своём переднем сидении. — Ден будет там? — всполошилась я. Тот кивнул и я, нахмурив брови, подошла к машине, открывая дверцу и садясь в неё. Сейчас во мне кипит жуткий адреналин и да, я хочу заставить ревновать этого идиота. Показать ему, что мир не крутится вокруг него. Кир улыбнулся мне и положив руки на руль, впечатал педаль газа в пол.

***

Тут собралось действительно много народу. Перед машиной Кирилла многие расступались и смотрели в окно с искренним удивлением. Конечно, так полагаемая «девушка» Дена, сидит в машине с другим парнем, а точнее его врагом. Кир же на всех смотрел с какой-то полагаемой ему гордостью и презрением. На самом деле, странный тип. Его серые глаза блестели не добрым огнём и я уже хотела было возразить и выйти, как заметила Егора, который стоял и что-то рассказывал Кире. Рядом с ними Бант стал жестикулировать руками и, видимо, повысил голос, потому что Егор немного поморщился. — Ден, — как-то мерзко проговорил Кирилл, подходя к моей дверце. Он что… Нет! — Что тебе нужн… Он не договорил, потому что дверь машины распахнулась и из неё вышла я. Кира и Бант смотрели на Дена с каким-то упрёком, а на меня с сожалением и… доверием? Егор устремил свои зелёные глаза прямо на меня, а после прошёлся взглядом по всему телу. Что ж, этого следовало ожидать. — Твоя дама выбрала меня, — весело сказал он, облокотившись на дверцу машины. — Чувствуешь своё поражение? — Юля, давай отойдём? — спросил он, подходя ко мне, совершенно не обращая внимание на слова мужчины. Я сглотнула и помотала головой, но ничего не успела сказать, потому что тёплая рука обвила моё запястье и тащила за какие-то маленькие гаражи, в которых стояли машины. Он взял меня за плечи и прижал к холодной стене, не давай мне возможности вырваться. — Слушай, прости, я был не пр… — Прости?! — перебила его я, стараясь вырваться. — Прости?! Ты, чёрт, наглый лжец! Тебя совершенно не волнует, что я чувствую! Ну конечно, какая-то мелкая баба. У тебя таких море, а я в этом море всего-лишь капля! — Что?! Я говорю, что по отношению к тебе был не прав во всём! Это моя ошибка, — рыкнул он. — То есть я твоя ошибка? Отлично, — отречённым голосом проговорила я. — Блять, — прошипел он и резко приблизился ко мне. Я чувствовала его ментоловое дыхание и запах одеколона. Господи, этот запах, он сводит меня с ума. Ден приблизился ко мне и коснулся своими тёплыми губами моих, углубляя поцелуй и проводя языком по нижней губе. Он резко вторгся языком в мой рот, тем самым сплетая наши и исследуя каждый миллиметр. Его руки уже давно находились у меня на талии, прижимая к себе ещё ближе, давая понять мне, что я полностью его. Когда я постаралась отстраниться, то он притянул меня ещё ближе и спустился к шее, покусывая нежную кожу. От таких действий у меня пробежали мурашки по телу и он улыбнулся, возвращаясь к моим губам. Грубый голос вторгся в нашу идиллию, сопровождаемый матами и яростью, громко проорав: — Какого хуя здесь происходит?!