No Grey

      Сводит уставшие с прошлой ночи плечи. Белая футболка слепит проходящего мимо Тошимасу, и он жмурится, как на солнце. Ке курит у черного входа, сунув руку в карман джинсов, наблюдая за выгрузкой аппаратуры из автобуса. Пустота мыслей, доведенная очередной затяжкой до совершенства, и вышедший из машины Ниикура. Кто-то уронил ключи - звон железа об асфальт - оборачивается. Каору проходит мимо, уводя за собой дымок сигареты в опущенной руке Тоору. Знакомый запах парфюма заставляет двинуть головой в его сторону, вдохнуть глубже, чтобы убедиться – это Ниикура.       Немного сюрреализма в картину будней и появляется Дайске, закуривает неподалеку, осматривается. Его волосы уже зафиксированы лаком, накрашены глаза. Неизменные спортивные штаны: он похож на модель перед показом в домашнем халате. Никакой саморефлексии, до состояния выпадения из мира разумного, из мира стройной логики.       В помещении ни одного окна, кажется, что попал в склеп, оформленный в ключе последних тенденций. Тошимаса поворачивает голову к обращающемуся, и Ке замечает в его ухе сережку. Мысль завершает лепку скул Хары и Тоору вдруг понимает, что тому за тридцать пять, и хода обратно не будет. Острота ощущений отчуждения и неприятия сводит приступом нутро, вязкая слюна обволакивает передние зубы – вяжет. Он замечает у кулис Шинью: тонкие руки, опущенные плечи, четко очерченная форма губ. Ловит его всегда настороженный взгляд и уходит.       На улице холодные солнечные лучи слепят незащищенные глаза. Утро вступило в права, и нет ничего дольше времени между девятью и двенадцатью часами до полудня. Пухлой, упругой ладонью по высветленному ежику отросших волос. А ведь ещё вчера где-то между ними всеми он находил свое место. Опускает голову, и собственное свечение сливает его с белизной безоблачного неба.