selection.

Утро, проведенное в суматохе, кофе и завтрак на ходу - у Кенсу уже едет крыша, и он до сих пор не знает, что надеть. Это утро отличалось от остальных. Первый день в университете, еще бы он не нервничал. Часом позже он все же удосужился собраться и выйти. До метро пять минут ходьбы, но парень успевает окунуть свои мысли в плен волнений. Найдет ли он там друзей? Какими будут одногруппники? А если его обидят, а если он никому не понравится? Ведь До Кенсу такой скромный и тихий, скорее всего, на него, как всегда, не будут обращать внимания. Еще одна станция - и парень вспоминает, что забыл тетради дома, как и ручку, как и телефон. Победитель, что еще сказать? Когда-нибудь он точно забудет свою голову. Возле аудитории, на которой висела табличка "323" стропилось несколько студентов. Кенсу изучающе смотрел на всех без исключения. Люди были яркие, красивые, с высоко задранными носами и одеты по недавней моде. Но были и те, кто стояли в стороне, поправляя очки, те, что сидели вдали и не обращали ни на кого внимания. Занятия еще не начались, а группа уже разделилась на компании. Кенсу все еще не знал, в какой окажется, и чувство предвкушения сводило его с ума. Звонок прозвенел по всему учреждению, и преподаватель пригласил всех в аудиторию. Парень сел за вторую парту у стены и принялся нервно перебирать тонкими пальцами темно-серый кардиган под которым виделся ворот клетчатой рубашки. Доставать было нечего и ему так неловко было просить кого-то дать ему листок и ручку. - Привет, - юноша услышал, как кто-то звучно приземлился на стул, который стоял возле него, - только не говори, что ты ничего не взял. - Я так торопился, что забыл, - честно ответил Кенсу и от растерянности почесал затылок. - Ну ты даешь, - новый знакомый улыбнулся и вырвал из своей, еще не испорченной чернилами, тетради, двойной лист, - возьми, - а после он достал и запасную ручку. - Спасибо, - смутился До, - меня зовут Кенсу, - после чего он глубоко вдохнул воздух. Запах неожиданно заставил голову кружиться. От одногруппника пахло омегой, точно омегой, но что-то в этом запахе было особенное. В нем играли нотки сладостей, а от одежды хорошо чувствовался запах свежемолотого кофе. Честно говоря, Кенсу был помешан на кофе. Все очень странно, потому что сам Кенсу был омегой, самой обычной и непринужденной, тихой и спокойной, но почему сейчас запах другой омеги так сводит его с ума, что аж холодок пробегает по позвоночнику? - А я Бекхен, - и снова красивая, заразительная улыбка, - у меня в группе нет знакомых, поэтому, давай дружить? Кенсу кивнул, а после принялся слушать все, что говорил преподаватель о новом предмете. Перемена. И Бекхен тащит Кенсу в другую аудиторию. А все же это приятно, когда не приходится искать друзей и пытаться с кем-то познакомиться, что есть такие люди, как Бекхен, которые не стесняются и не боятся, что он подошел именно к нему, и Кенсу сейчас очень рад. Он все идет и смотрит на него, принюхиваясь, и ему кажется, что Бекхен пытается кого-то найти. Его зрачки бегают туда-сюда, и он словно ищейка принюхивается на каждом повороте. - Нет, здесь слишком много запахов, так много альф, с ума сойти, - Бекхен скрестил руки, и его лицо окутало разочарование. - Разве это плохо? - брюнет посчитал про себя, что из тридцати человек в группе омег был всего пять, включая его и Бекхена, - может, тут будет твой альфа, если ты, конечно, его не нашел. - Не нашел, да и не искал, - Бен пожал плечами, - мне не очень-то верится, что истинные так сильно любят друг друга с первого взгляда, так… пустые байки. - Хотелось бы проверить, - Кенсу прикусил губу, он и мечтать не смел, что когда-нибудь найдет своего истинного, мир слишком большой, и в семи миллиардах легко можно затеряться, - от тебя очень вкусно пахнет. - Мм? От меня? - удивился студент. - А давай вообще все законы рушить? Не истинные, так еще и омеги. - А такое возможно? - Кенсу улыбнулся, - от тебя реально пахнет так, что я... Подойдя вплотную, Бекхен не дал ему договорить, он сжал в пальцах вверх черной толстовки и оттянул слегка, поднимаясь на носочки, так как оба парня были практически одинакового роста. Кенсу понял, что он пытается сделать и слегка наклонился, улавливая запах толстовки. Он значительно различался с запахом Бекхена, и Кенсу закрывает глаза, пытаясь принять в легкие как можно больше воздуха, так много, что от удовольствия, зрачки закатились наверх. - Теперь все ясно, - Бек усмехнулся и обхватил парня за плечи, потому что тот начал шататься, - это не мой запах тебе так нравится, а хозяина толстовки. - Так она не твоя? - брови До двинулись наверх, и он подумал, что если бы этот самый хозяин стоял сейчас здесь, он бы, наверное, упал в обморок. - Нет, - Бекхен снова посмотрел куда-то в сторону и резко улыбнулся, махая кому-то рукой, - вон того парня. Юноша боялся повернуть голову. Запах неожиданно стал резким и чувствовался в сотни раз четче. Как он и ожидал, он почти упал в обморок, но старался держаться и все так же боялся повернуться. Услышав чужой голос, кофейный альфа поздоровался с его новым другом, услышал, как он ему мило ответил, услышал, как сильно забилось его сердце. Скорее всего они встречаются, раз он носит его вещи, и будет неловко, если Кенсу решит с ним заговорить из-за этого запаха. - Кай, Кай, ты вообще слышишь, что я тебе говорю, ну, Кай, - и Кенсу сдается. Он медленно поворачивается и поднимает голову, а потом пугается, когда этот самый Кай смотрит на него и даже не думает отвести взгляда. Время остановилось, а воздуха стало чертовски мало. Черные, как смола, глаза, такие выразительные и красивые, смотрящие куда-то в самую глубь его сознания. Глаза и только они, дальше он побоялся разглядывать, пока хватило этого, чтобы окончательно сойти с ума. Любовь с первого взгляда? Нет. Кенсу стало очень страшно от того, что он сейчас испытывал. - КАЙ! - Бекхен очень громко крикнул, и альфа, наконец-то, обратил на него внимание. - Да что с тобой? - Прости, ты нас не познакомишь? - взгляд снова приковался к глазам Кенсу. - Ну уж нет! - Бен скривил губы. - Этот парень теперь моя омега, и я не позволю тебе его обижать, понял? - Бекхен обнял Кенсу за плечи. - А ты даже не думай с ним знакомиться, от него одни неприятности. После этих слов студент насильно потащил Кенсу в аудиторию, в которой сел на то же место, и точно так же вырвал листок из тетради, протягивая его соседу. У Кенсу был столько вопросов, что даже не мог сейчас спокойно сидеть на месте, только бы побыстрей увидеть вновь этого альфу, от которого сносит крышу. Интересно, почувствовал ли он тоже самое? Интересно, что подумал, когда увидел его? Но Кенсу продолжал молчать, решив, что будет наглостью доставать Бекхена подобными вопросами. А потом пронеслась мысль о том, что возможно именно это испытывают люди, когда видят истинных. Такие? Кенсу так хотел спросить это у Кая. - Знаешь, - тихо начал Бекхен, - я рад, что ты ничего не спрашиваешь. Обычно мне выносят весь мозг вопросами о нем, я рад, что ты сдержался. - Мне нечего спрашивать, - Кенсу был удивлен, но он все равно решил соврать. - Есть. Или это не ты потек от запаха его толстовки? - Бен легонько засмеялся. - У него сильный запах, я бы даже сказал, что слишком. Многие омеги считают, что он истинный, но это не так. Я знаю его сколько себя помню. - Я понял, - Кенсу опустил голову, не желая показывать расстроенное лицо, - я же твоя омега, зачем мне что-то спрашивать о нем? - парень улыбнулся и получил такую же яркую улыбку в ответ. Больше Кенсу его не встречал, но все время в коридорах чувствовал этот запах, словно он ходил за ним по пятам, словно они постоянно разминаются и никак не могут увидеться. У Кенсу разгоралось желание увидеть его снова и больше никогда не встречать. Дурацкое противоречие, но ему правда не хочется чувствовать этот запах и понимать, что он ему нравится. Но, к сожалению, вся следующая ночь проходит в раздумьях о прекрасном Кае и его пронзительных глазах. На следующий день Кенсу постарался ничего не забыть: аккуратно складывая тетради в рюкзак, взял парочку запасных ручек и засунул телефон в передний карман джинсов. Очередная прогулка до метро, станции, люди, мысли, запахи. Кенсу был благодарен всем богам за то, что Бекхен сегодня надел свою толстовку и больше не было никакого кофейного запаха, только сладости. Он спокойно сидел, сосредоточившись на лекциях и пытался отдать всего себя учебе. Бекхен тоже, на удивление, был тихим сегодня: никаких рассказов, шуток и улыбок. Кенсу даже подумал, что что-то могло случиться, но вспомнил, что Бен не был любителем вопросов, поэтому в очередной раз промолчал. - Идем в столовую? - спрашивает Бекхен на большой перемене, а Кенсу только кивает и идет следом на первый этаж. Там было шумно и очень просторно: множество столов у окна, посередине, светлые оттенки стен и вкусный запах еды. Усевшись на первый попавшийся свободный стол, Кенсу с Бекхеном поставили подносы и не торопясь принялись уничтожать все, что они купили. Бекхен все еще был молчаливым и это начало немного смущать. - У тебя все хорошо? - Просто настроения нет, все в порядке, - ответил Бен и посмотрел куда-то сквозь Кенсу. До заметил как он кивнул кому-то и парень рефлекторно повернулся, чтобы посмотреть кому. Впоследствии чего пожалел. Кай. Этот запах он теперь может узнать из тысячи других, и это сумасшедшее желание. Снова глаза в глаза, и Кенсу хмурится. Взгляд Кая отличался от вчерашнего: более мягкий и спокойный, не такой прожигающий. Сегодня и сам Кай был каким-то другим. На переносице он разглядел красноватую радужку от очков, а черная челка игриво падала на глаза, путаясь с длинными густыми ресницами. Кенсу решил, что слишком долго смотрит, поэтому кивнул ему в знак приличия, а тот лишь ухмыльнулся и отвел взгляд. - А почему ты не обедаешь с ним? - спросил Кенсу. - С кем? - С Каем. Бекхен ничего не ответил, только легонько рассмеялся, и Кенсу понятия не имел, почему вызвал его смех. Но был рад, что Бекхен наконец-то улыбнулся и пришел в себя. - Скоро будет концерт, - Бен перевел тему, - второкурсники сказали. - Кай на втором курсе? - Да, - юноша продолжал улыбаться, - сказали собирать актив и готовиться. Умеешь что-нибудь? - О, нет, - Кенсу отрицательно помотал головой, - даже если и умею, ни за что не выйду на сцену, один раз вышел, чуть с ума не сошел, честно. Все что угодно, только не выступать. - А я люблю сцену, - ответил Бен, - люблю петь и люблю, когда меня слушают, а еще больше - когда говорят, какой я классный. Бекхен еще очень долго, до конца перемены рассказывал о своих талантах, выступлениях, фанатах, а Кенсу чувствовал, что скоро в его спине прожгут дыру. Он отчетливо понимал, что Кай смотрит на него, и он так хотел повернуться и посмотреть на него еще раз. Ведь этот запах заставлял кровь бежать быстрей по венам, отдавая пульсацией где-то в висках. День, второй, третий, выходные, понедельник. Кенсу начинает жалеть о том, что его другом стал Бекхен. Он старательно пытался игнорировать Кая, но тот слишком часто попадался на глаза. Неужели ему теперь предстоит страдать еще несколько лет? Или стоит срочно найти себе кого-нибудь, чтобы отвлек от сумасшедших мыслей? А лучше бросить универ и переехать в другую страну. Месяц. И До лезет на стену от безысходности. Он как огня боится безответной любви, боится, что кто-нибудь может узнать о его чувствах. Насмешки и упреки, косые взгляды, а главное - унижение. Нет, этого он точно пережить не сможет. Только одна мысль о том, что ему следует познакомиться с Каем, приводит в откровенный ужас. "Если он и правда мой альфа, уже давно подошел бы ко мне. Успокойся, Кенсу, прекрати думать о нем" - говорил парень сам себе, когда в очередной раз столкнулся взглядом с брюнетом. Сейчас не было Бекхена, который стоял рядом и отвлекал его. Полупустой коридор и Кай, который идет напротив. Кажется, у Кенсу начали подкашиваться ноги. - Может, перестанешь бегать от меня? - он даже не заметил тот момент, когда альфа успел так близко подойти. Ему пришлось поднять голову, чтобы заглянуть в угольные глаза. - Я не бегал, - чуть заикаясь, ответил До, попутно давясь воздухом. - Не ври, - голос альфы обволакивал каждый нерв, и омега не мог даже пошевелиться, - я вижу, как ты на меня смотришь, Бекхен опять про меня гадости говорил? - Нет, - юноша сделал шаг назад, а Кай два вперед, - только то, что вы друзья. Кенсу услышал, как Кай тяжело вдохнул, увидел, как его глаза прищурились, и испугался, когда тот начал сокращать расстояние. - Не могу понять, в чем дело, - наконец, он отстранился, - вокруг столько омег, а я чувствую только твой запах, нет, я чувствую всех, но твой особенно сильно. Кенсу хотел сказать, что это взаимно, но продолжал молчать и не шевелиться. Ком застрял в горле, и ему хотелось убежать куда-нибудь, лишь бы не стоять так близко к очаровательному альфе. Сегодня его взгляд опять был дерзким, а черные волосы аккуратно уложены назад. Та самая черная бесформенная толстовка и темно-серые обтягивающие джинсы. Омеге даже нравился этот стиль и внешний вид, да все, что было связано с ним: красивое лицо и чуть смуглая кожа, пухлые, покусанные губы, линии лица и изгиб шеи, и почему Кенсу не может оторвать от нее взгляда? - Да, у меня сильный запах, - и все же Кенсу ответил, - я часто это слышу, физиология такая, понимаешь? Прости за это. Кенсу чувствовал себя каким-то героем, хоть и всего трясло от непонятного страха. Он просто вспомнил слова Бекхена, и вовсе ему никогда не говорили таких слов, вообще ничего не говорили про его запах, он еле чувствовался на фоне остальных. Но неужели Кай правда смог выделить его среди всех? Кенсу поклонился в знак уважения и сделал несколько уверенных шагов, проходя мимо. Его бесила вся эта ситуация с запахами и хотелось скорее скрыться где-нибудь, чтобы его как и раньше никто не замечал. Слишком привык быть невидимкой, которую все игнорируют, и он совсем не мечтал об изменениях. В выходной До Кенсу хотел остаться дома, но Бекхен позвал его гулять, поэтому пришлось собираться, снова идти до метро и снова погружаться в свои мысли. Они договорились встретиться у одного торгового центра, в котором Кенсу ни разу не был, даже до той станции ни разу не доезжал. Скрежет тормозов, голос диспетчера, открытые двери, люди выходят и заходят новые. А Кенсу решает открыть приложение на телефоне и уткнуться в очередную новую книгу. Поезд неуверенно трогается и слышатся шаги новых людей. Кто-то подходит к поручням, кто-то садится, кто-то уходит в другой конец вагона, и в этом вагоне начинают играть новые запахи. Один из них привлекает внимание Кенсу. Судьба или просто совпадение? Он боялся оторвать взгляд от телефона, так не хотел встречаться взглядом с Каем, но он хорошо понимал, что тот находится где-то рядом. Этот запах не сравнится ни с чьим другим. Еще одна станция, ситуация повторяется, но запах не проходит. До медленно поднимает глаза и видит перед собой черноволосого альфу, который похитил его сердце. Но что-то было в нем не так: взгляд снова мягкий, тело расслабленно, челка падала на глаза, радужка на переносице, лицо спокойно, а сам Кай почти на него не смотрит. На очередной станции место рядом с альфой становится свободным и Кенсу, набравшись смелости, садится рядом. Он нервно крутит в пальцах телефон и прикусывает нижнюю губу, боясь сказать и слово. На это место его привел не здравый смысл, а инстинкт, запах, только благодаря ему он становится таким. - Ты друг Бекхена? – Кай заговорил первым и Кенсу облегченно выдохнул, но успел удивиться. - Да, я еду сейчас к нему, а ты? – пришлось говорить на ухо, так как в вагоне было слишком шумно. - Я еду домой с репетиции, завтра концерт, меня заставили выступать, - альфа улыбнулся и повернулся к омеге. Черт, а ведь он даже улыбается сегодня как-то не так. - Кай, - Кенсу казалось, что он точно скоро прогрызет свою губу, - можно тебя кое о чем спросить? Альфа еле заметно засмеялся и скрыл свою улыбку за ладонью, он еще раз посмотрел на Кенсу и даже не знал, что ответить. Но он четко чувствовал, что в этой омеге было что-то не так. - Может, в следующий раз? – Кай пожал плечами. - Здесь плохо слышно. - Ты сказал мне, что мой запах чувствуешь сильнее остальных, - Кенсу проигнорировал его слова, - и я твой… я только твой и чувствую. Альфа продолжал ухмыляться и молчать, то ли он не расслышал, то ли не знал, что ответить. Выходить на следующей, а оставлять все так, было бы неловко. - У меня уже так давно заложен нос, - брюнет встал, - давай как пройдет, я тебе отвечу? Не дождавшись ответа, парень вышел из вагона, оставив Кенсу наедине со своими мыслями. Паршивыми мыслями, потому что этот ответ больше походил на отговорку. Но омега все равно зачем-то запоминает станцию, на которой он живет, а в голове назревают новые вопросы, на которые никто не ответит. Все настроение испорченно, и Бекхен это замечает. Он угощает друга кофе и тащит его на улицу в парк, который находился поблизости. Рассказывает, как ему нравится этот парк, как много времени он здесь проводит, как хочет переехать в этот район и садится на скамейку, указывая другу сесть рядом. Кенсу делает глоток остывшего кофе и смотрит на Бекхена, который очаровательно улыбается. Эта улыбка всегда заражает его, но только сейчас он заметил, что его глаза все время остаются одинаково печальными. - А когда у тебя заложен нос, ты чувствуешь запахи альф? – спросил Кенсу, между делом. - Плохо, но чувствую, - честно ответил Бекхен, - а что? - Я просто никогда не обращал на это внимание, когда болел, - задумался До, - но, кажется, они правда не чувствуются. Можно я немножко побуду наглым? - В смысле? - Хочу спросить у тебя кое-что, - омега опустил голову, - почему ты всегда улыбаешься, когда на самом деле тебе грустно? - Я уже ждал вопрос о Кае, - Бекхен засмеялся, - мне не грустно, Кенсу, и просто так я никогда не улыбаюсь. Просто… не могу быть до конца счастлив в этот момент. Как-нибудь я расскажу тебе. Кенсу решил на этом остановиться. Вопросы о Кае у него тоже были, но ведь Бекхен не виноват в том, что дружит с ним. Это ужасно, если Бен подумает, что тот использует его в своих целях, потому что Бекхен единственный человек, который сам подошел к нему, подружился и хочет с ним гулять. - Почему ты выбрал меня? - Эй, омежка, - Бекхен развалился на лавочке, раздвинув ноги, пытаясь походить на брутального альфу, - забыл, что у тебя прекрасный запах, который сводит меня с ума? - Опять ты начинаешь, - Кенсу даже успел смутиться, - обычный у меня запах. - Я люблю шоколад, а от тебя им пахнет, - пояснил Бен, - когда ты спокоен, молочным, когда ты злишься, горьким. Знаешь, вы с Каем отличное средство для повышения давления. Одно напоминание о Кае заставило сердце забиться чуть быстрее обычного, но омега хорошо это скрыл за улыбкой. - Завтра на концерте не забудь выкрикивать мое имя и говорить, как любишь меня, ясно? Только давай без цветов, это слишком мило, можешь просто обнять и… - Бекхен замолчал. - И… Что? - Тебя будет ждать сюрприз, - слишком серьезно сказал Бен, от чего омега успел испугаться и придумать десятки вариантов этого сюрприза. Конечно же Кенсу плохо спал следующей ночью. Мысли, раздумья, сюрприз. Интересно было, как поет Бекхен, и что будет делать Кай. Тоже петь, или это будет сценка? А может, он танцует хорошо? А что надеть завтра? Он хватается за голову и утыкается лицом в подушку, прогоняя картинки в своей голове. До трезвона будильника каких-то четыре с лишним часа, а он все еще думает о всякой ерунде. Занятия длились чертовски медленно, Кенсу нервничал по каждому вопросу в своей голове. Его невроз был слишком очевиден, но Бекхен старательно это игнорировал. Последняя пара, и Бен сообщает, что не идет на нее, так как всех участников отпускают на прогон. Он просится с ним, не боясь прогулять, но тот не позволяет, улыбается, и говорит, что сюрприз потеряет весь смысл, если он пойдет сейчас. Омега послушно идет в аудиторию, стараясь слушать преподавателя, чтобы время прошло быстрее. Перед входом в концертный зал Кенсу зашел в туалет, чтобы поправить волосы и посмотреть, как он выглядит. Выбритые по моде виски и уложенная назад челка, омега даже решил, что выглядел он как-то дерзко по сравнению со своим характером. Но одет был довольно скромно: все тот же темно-серый кардиган и рубашка, светло-голубые джинсы и темно-коричневые ботинки. Кенсу обратил внимание на то, что ноги в этих джинсах выглядели короче обычного. Он хмурился еще несколько долгих мгновений, пока в дыхательные пути не поступил кофейный запах. - Ты выглядишь прекрасно, - омега увидел в отражении Кая, который смотрел на него безумным взглядом, - и пахнет от тебя сегодня очень… вкусно. - Твой насморк прошел? – удивился До и повернулся. А потом он замер, и его движения в очередной раз сковывались. Он рассматривал каждый сантиметр альфы, его шикарный вид, который больше походил на айдола или модель с обложки журнала. Кожаная куртка в заклепках и с непозволительно большим вырезом майка. Дерзко выпирающие ключицы и темная кожа. Может, уже пора вызывать доктора? - Насморк? – Кай нахмурился, - ты… Альфа начал смеяться. А Кенсу в который раз не понимал, почему так смешит его. Но брюнет подходит ближе и утыкается носом в волосы омеги, вдыхая полной грудью запах, от которого трясутся конечности. - Мой, - тихо шепчет альфа, - ты все-таки мой. Мне становится дурно, когда твоего запаха нет слишком долго. - Но тогда, в метро, - омега положил ладони на широкую грудь собеседника и постарался оттолкнуть его, - ты сказал… - Мне надо идти, - и альфа отстранился сам, - скоро увидимся. «Мой» - это слово как надоедливая заевшая пластинка крутилась в голове. Неужели Кенсу правда нашел своего истинного альфу? Неужели это не байки, ведь он еще никогда не встречал таких парочек. Даже его родители и то не являлись друг другу настоящими альфой и омегой. Они просто любили друг друга и этого было достаточно, чтобы построить семью. Выступающие выходили один за другим, а Бекхен даже не сказал, когда он выступает. Очередное ожидание сводило с ума. Рядом с Кенсу сидели его одногруппники и что-то обсуждали. Один из них повернулся к нему и мило улыбнулся. - Давно хотел тебя спросить, - парень по имени Сехун мило улыбнулся, - почему ты общаешься только с Бекхеном? - А почему я должен общаться с кем-то еще? - В группе так много альф, а ты крутишься с омегой, это странно, - Сехун еще немного сократил расстояние. - Это любовь, - коротко ответил До, хоть и хотелось дополнить. С одной стороны, ситуация была выигрышной. Омег мало, альф слишком много. Он и сам не замечал, как с ним хотели познакомиться одногруппники, как часто он ловил чьи-то взгляды, как резко стал чуть ли не эпицентром внимания. Но омега решил, что не стоит этим пользоваться, особенно когда его голова забита только одним альфой со второго курса. - И последние выступление с факультета экономики. Бен Бекхен, студент первого курса, приветствуем. Бекхен был очень красивым. Кенсу даже подумал, что он просто обязан всегда стоять на сцене. Он уверенно держал в руках микрофон, когда по всему зала послышалась музыка. Он сразу же начал петь, и омега узнал песню. Красивая и сильная, и он даже не мог поверить, что Бен сможет вытянуть такие высокие ноты (Alicia Keys – Girl On Fire, стоит послушать). Но Бекхен вытягивал, и на пару мгновений показалось, что даже лучше оригинала. Мурашки в один момент захватили все тело, и отчего-то омеге даже захотелось плакать, так чувственно и так превосходно он пел. В зале все открыли рты и с замирающим сердцем слушали и восхищались. Кенсу поймал взгляд Бекхена, и сейчас он был очень горд за него. Он решил, что Бекхен не имеет право на грусть, что Бекхен слишком прекрасный для такого чувства. Когда песня закончилась, он встал и начал хлопать, а все остальные последовали его примеру. Хлопки раздавались эхом по стенам, а Кенсу начал выкрикивать, что любит его, очень сильно любит. К сожалению, кто-то вместо него все же вышел на сцену и подарил ему цветы. Наконец-то улыбались не только губы омеги, но и глаза. - Прекрасное выступление, Бекхен, ради тебя можно делать концерты чаще, - говорил ведущий, - а сейчас поприветствуем следующий факультет – Международных отношений. И всеми любимые братья Ким. В зале стало громче обычного, и Кенсу начал на всех смотреть. Кричали в основном старшекурсники, хлопали, свистели еще до того, как эти братья вышли. Ну а когда вышли, сердце Кенсу остановилось, а воздух перестал поступать в легкие. Два высоких и стройных брюнета вышли на сцену под какую-то музыку в стиле хип-хоп. В одинаковых костюмах, с одинаковыми прическами, одинаковыми лицами и абсолютно неразличимыми запахами. - Кай… - сорвалось с уст Кенсу, - Кай? Наверное, об этом сюрпризе говорил Бекхен. Мысли и вопросы смешались в одну кашу. И кто бы мог подумать, что у Кая будет брат-близнец, у которого даже запах такой же. Сильный и кофейный. И сейчас Кенсу чувствовал только его. Он даже не мог сосредоточиться на танце, который, по всей видимости, всем нравился. Голова начала болеть, а виски пульсировали быстрее обычного. Кенсу начал задыхаться и, не дождавшись конца выступления, вышел из зала, игнорируя просьбу куратора вернуться на место. Лицо побледнело, а и без того неспокойное сердце разнылось. - Почему ты ничего не сказал? – наконец, Кенсу увидел в коридоре Бекхена. - Почему? - Удивлен? Это было забавно, когда ты думал, что Чонин, это Кай, - Бекхен засмеялся, - а чего ты убежал-то? И где мои комплименты? Кенсу пытался держать себя в руках, но получалось тщетно: он начал злиться, и в коридоре появился резкий запах горького шоколада. В метро был не Кай, а Чонин. Или наоборот? Все это время к нему подходил Чонин, а не Кай? В кого он влюбился? И имеет ли это смысл, когда у них одинаковые запахи? - Ты был прекрасен, Бекхен, хороший голос, - тихо ответил Кенсу и направился в сторону выхода, - мне нехорошо, я домой пойду. - Постой, - Бекхен пошел следом, - давай их подождем и пойдем вместе? - Нет, не хочу. - До Кенсу! - Бекхен, пожалуйста, отстань, я хочу домой и не хочу их видеть, - ему показалось, что он сейчас заплачет, и он снова начал злиться за чувства, которые испытывает. Он пытался отрицать все, что творилось в его голове.