Реабилитация

— Виктория Юрьевна, можно? Вывел меня из раздумий голос вошедшего в ординаторскую начальника. Как же я ценю эту работу, в том числе и за вот такое уважительное отношение наставников к приемникам. — Да, разумеется, Николай Константинович! Пожилой мужчина мне по-доброму улыбнулся и присел в кресло напротив. — У нас новый пациент. Парень молодой, восемнадцать. Хоккеист, травма произошла на матче, перелом лодыжки со смещением, порваны связки. А мальчик, насколько я понимаю, в спорте профессионально. Его родители, мои давние знакомые, я пообещал им сделать все возможное, чтобы их сын встал на коньки. А ты лучший реабилитолог из тех, кого я знаю. Было приятно слышать комплименты о своем профессионализме от учителя, но я видела, что он что-то не договаривает. — Я должна знать что-то еще? — Да, Вика. Я выбрал тебя и потому, что ты молода. Хоть и много старше его, но ближе к нему, чем все мы. Парень сломлен, а ты хороший человек и красивая девушка, что если это повлияет на его прогресс в лечении?! Ах, вот оно что. — Можно его историю? Я взяла из рук Николая Константиновича историю болезни и на какое-то время погрузилась в ее тщательный просмотр. Что ж врач прав, у парня почти не осталось шансов не то что на коньки встать, но и ходить не хромая, в принципе. — Хорошо, попробуем. Хотелось порадовать, человека, который вложил силы в мое обучение. За свои двадцать пять лет, я встречала действительно достойных людей, которые проявляли ко мне немыслимую доброту, и я обязана быть полезной людям так же. Красивая? Утверждает профессор. Ну, можно и так сказать. Невысокая, стройная, зеленоглазая брюнетка. Я выглядела моложе своих лет, что нисколько не влияло на мою работоспособность. Не теряя времени даром, мы прошли в палату к парню. Еще из больничного холла я услышала его возмущенные крики, и в дверь ударился костыль, закинутый парнем так далеко, как только он мог. Понятная мне реакция, я повидала за годы интернатуры много таких. Люди, особенно молодые, и с которыми горе случилось нежданно — негаданно, отрицали свою немощь до последнего. Из истории помнила, что парня зовут Егор Щукин. Именно таким я себе его и представляла. Поджарым, с торчащими в разные стороны, нуждающимися в уходе волосами, красно — белой хоккейной форме и не по детски понимающими голубыми глазами. Было видно, что парень борется, за то чтобы встать на сломанную ногу и убежать подальше отсюда. Шок. У него просто шок и он еще не ощущает боли, пройдет время и он полезет на стену. — Егор, здравствуй. По — дружески похлопал хоккеиста по плечу мой спутник. Заметно, что они давно и не плохо знакомы. Парень, на какое-то время даже расцвел в улыбке. Которая совсем меня не касалась. Ему было действительно не до меня, и даже если бы сюда зашла девушка его мечты, он бы проигнорировал ее. Так велика была его беда. — Познакомься, это Виктория. Моя ученица и теперь и твой врач на ближайшее будущее. Поморщился, окинул меня взглядом и, не задержавшись ни на чем во мне, грубо перебил Николая Константиновича. — Мне не нужен ВРАЧ! Мне нужен ХОККЕЙ!