Идеал или совершенство

- Как тебе удается оставаться таким оптимистом? Ты не общаешься с человеком, который тебе нравится, но при этом уверен во взаимности; ты переругался со всей школой, но считаешь, что они уважают тебя; наконец, ты всю жизнь завидовал миловидным мальчикам и пускал слюни на качков, однако полностью доволен своей внешностью. Ты псих, да? - кричала Вивьен, утирая слезы. Еще совсем юная, неуверенная, всю жизнь пытающаяся завести друзей, но они будто чувствовали ее слабость, давили на больное и проходили мимо, оставляя ее позади совершенно одну. Жизнь наносит удары, от которых остаются раны, некоторые заживают медленно, но Вивьен не способна выстоять: она будто истерзана ими. - Может быть. Но я не боюсь людей, я не хочу потакать им, они всегда будут виться вокруг меня, - спокойно отвечал ее друг, Вильгельм Каулитц, к которому она в очередной раз прибежала плакаться в жилетку. Вивьен не понимала его. Вернее, она хотела быть такой же, как он, - самоуверенной, властной, самодостаточной. Но как же она, маленькая, страшненькая и глупенькая, станет такой важной фигурой, как Билл? Это вгоняло ее в депрессию, так как страх остаться такой никому не нужной дурнушкой не отпускал Вивьен. - Как? Они все хотят дружить с красивыми, популярными... А... - А я не красив? - перебил ее Каулитц, вопросительно подняв правую бровь. - Каждый человек красивый. Если все будут подстраиваться под одни стандарты красоты, но ее просто не будет. Знаешь, никто не увидит в тебе ничего красивого, пока ты это не покажешь. Вивьен перестала плакать: интересные, но немного непонятные слова Билла ее успокаивали и зарождали какое-то чувство уверенности, первые ее капли, чуждые раньше. Каулитц мягко улыбнулся и подал стакан чая. Он был зеленый, приятно пах мятой и жасмином, чуть остывший, совсем немного сладкий: Билл считал, что сахар делает все вкуснее, но клал его мало, правда, никогда не объяснял почему, но в этом был особый смысл. - Чем больше ты будешь пытаться стать идеальной для них, тем недостижимее будут идеалы. Люди так устроены: всегда должна быть планка, до которой они не смогут допрыгнуть, но, знаешь, есть люди, которым стыдно, что всю жизнь они не могут достичь идеала, а есть те, кто понимает бесполезность этого, - Вивьен хотела было перебить, но Каулитц остановил ее, поднося стакан ближе к ее губам и продолжая. - Самосовершенствование и погоня за идеалом - разные вещи. Гнаться за идеалом можно всю жизнь и не догнать его, при этом человек останется на одной точке своего развития. - Как? Если мы пытаемся достичь какого-то идеала, мы совершенствуем себя, становимся лучше... А самосовершенствование не достижение своих каких-либо идеалов? - Вивьен пила чай, и с каждым глотком казалось будто внутри нее появляется маленькая часть Билла. Она даже относилась к чаю как-то по-особому: такой не пил и сделать такой сложно, а Каулитц ей дал часть своей оригинальности, подарил ей часть своего, оттого ей и казалось, словно это что-то вроде посвящения в "Каулитцы". - Ты чувствуешь разницу между мотивом и потребностью? - Ну конечно. - Понимаешь, что я имею в виду? - Не совсем... - Почему ты вечно пытаешься похудеть, ругаешься с мамой из-за того, что она не покупает тебе дорогое шмотьё в магазинах, где одевается Катрин со своими куклами, а потом объедаешься бежишь сначала блевать, а потом ко мне плакаться? Самосовершенствуешься? - спросил Каулитц, уставившись на Вивьен. Девушка потупила взгляд и прилипла губами к кружке. Это было похоже на осуждение или что-то вроде "тыкнуть котенка носом в испорченные ботинки". Стало не по себе, очень стыдно, но она знала, что таков метод Каулитца: забивать мысли в голову эмоциями. Билл видел все это, он продолжил. - Ты понимаешь, в чем бесполезность таких идеалов? - Их невозможно достичь? - Не только. Их просто не существует, Вив, - улыбнулся Билл и сел напротив девушки, поджав под себя ноги. Вивьен недоуменно смотрела на друга, видимо, теряя суть повествования. - Ну смотри: Катрин - конченая сука, косящая под куклу барби, вечно на диетах, тупая как дерево, еще и шлюха. Разве это тот идеал, которого ты хочешь достичь? - Нет. - А по факту, ты стремишься к этому. - Просто... Ну... Я тоже хочу быть популярной, я хочу много друзей, парням нравиться, чтобы меня тоже на вечеринки приглашали, - краснея, признавалась Вивьен. Ей казалось, что любой, кому она об этом расскажет, рассмеется ей в лицо и назовет неудачницей, особенно она боялась Билла, потому что он таких проблем не имел, да и вообще, зачем ему, такому самоуверенному и независимому, общаться с ней, она тоже не понимала, но очень доложила этой дружбой. Они познакомились еще в далеком детстве, однако сейчас ей каждую ночь снится, что Каулитц оставит ее, потому что она не такая, как он. - Я популярен, меня зовут на вечеринки, правда, врагов у меня больше, чем друзей, хотя... Я думаю, из врагов у меня только эти курицы, так как их парни тайком пускают на меня слюни, - засмеялся Билл, вызвав улыбку на лице подруги, что вообще довольно редко бывает. - Ну ты такой... Не знаю... Ну я бы не смогла даже представить в роли забитого ботаника или вроде того, - пожала плечами Вивьен. - Поверь мне, я такой же, как и ты. Я не хуже, но и не лучше тебя. Не думай, что все вокруг бросают все ради меня по одному моему зову. Помнишь того блондина Макса из старшей параллели? - Вивьен кивнула, сделав небольшой глоток чая. - Он мне очень сильно нравился. Я пытался с ним заговорить, старался выглядеть как можно лучше, но когда я оказывался рядом, то всегда чувствовал себя каким-то отбросом и казалось, что он прямо сейчас пошлет меня куда подальше. А самое обидное - это то, что все в школе считали, что он встречался с тем придурком, который бегал вечно хвостом за понравившимися мне парнями, будто бы назло. В итоге я забил на него. Зачем мне этот смазливый блондинчик? В нем не было ничего особенного, я не знаю, как вообще повелся на него. А, иными словами, Макс просто меня отшил, когда я признался ему в своей симпатии. Со мной, видите ли, весело, но я не его типаж. Я был вне себя от злости. Каулитцу было сложно это вспоминать. Это для всех вокруг он скала с неотразимой внешностью и победитель по жизни, но чего ему это стоило. Билл всегда боялся быть отвергнутым, недостойным, «третьим лишним» - да кем угодно, кроме того, кем он являлся на самом деле. И что оставалось делать? Ломать себя, терзать, бить по рукам за каждую дурную мысль о самом себе. Знаете, добиваться оптимизма весьма пессимистичным образом. Слишком худой? Удар по лицу. Некрасивый? Лезвием по руке. Что, опять не такой, как нужно? А ты подумай заодно и над тем, как будет чувствовать себя после удара головой об стену со всей силы. Итак, синяки, шрамы, порезы, слезы, депрессии, но зато теперь перед нами тот Каулитц, которым восхищается не только Вивьен, но и все вокруг. Труднее и болезненнее всего добиться любви не от других, а от самого себя. - Одним зимним днем я вышел на улицу в старой куртке, без грамма макияжа, в поношенных джинсах и рваных ботинках, правда, чувствовал себя лучше и комфортнее, чем будучи в шмотках от самых знаменитых геев. Ну так, угадай кого я встретил? Макса. Он поздоровался, болтал без умолку, хотя всегда на любые мои слова отвечал так, будто всем видом собирался показать, что мне было бы неплохо свалить куда подальше. Мы гуляли весь вечер. Я не понимал почему: он меня отшил, избегал, а сейчас ведет себя так, будто я его друг. Затем Макс проводил меня до дома и пытался поцеловать, а я развернулся и ушел. - А причем здесь эта история? - пробубнила в кружку Вивьен, отчего горячий пар чуть обжог ее губы. Каулитц усмехнулся. - Знаешь, ничто не поднимет тебя на вершину, пока ты сам туда не заберешься. Ты понимаешь, к чему я веду? - заговорщически улыбнулся Каулитц, по-доброму смотря на хлопающую глазами Вивьен. Билл засмеялся. - В самом начале я чувствовал себя ничтожеством даже в дорогой красивой одежде и с идеальным макияжем, да и разве это помогло привлечь его внимание? Нет. Видишь ли, о конфете судят по вкусу, а не по обертке, если уж переводить на аллегории. - Ладно, я поняла, о чем ты. - Скажи вслух, ибо твое «я поняла» может означать лишь хаос в твоей голове, а не порядок, который я пытаюсь там навести. - Дело не в том, как ты выглядишь, а в том, как ты чувствуешь себя, - заключила Вивьен, делая несколько больших глотков. Чай вдруг как-то быстро остыл, и нормально пить его уже не составляло труда. - Браво! А теперь попробуй сложить это с самым началом разговора. Это явно озадачило Вивьен. Разговор, вернее, по большей части монолог Каулитца тек так плавно и красиво, что она уже забыла, с чего это все собственно и началось. Вивьен допила чай. Последние глотки она делала так жадно, будто бы пьет не чай, а эликсир мудрости или удачи и он обязательно должен помочь. - Ну... Получается, что у меня нет друзей не потому, что у меня нет дорогой одежды или я не похожа на скелет, а потому, что даже с этим я не смогу чувствовать себя уверенно, - Слишком грустно и много безысходности, переделай и будет правильно, - задумчиво протянул Каулитц. - Чтобы у меня были друзья, мне просто нужно быть уверенной в себе, - пробубнила Вивьен. Биллу такой вариант понравился намного больше, отчего он даже наигранно захлопал в ладоши и поцеловал подругу в макушку. - А теперь скажи, чего ты хочешь достигнуть: идеала или совершенства? - Господи, Билл, как ты умудряешься запомнить весь разговор! Это же было в самом начале, - удивилась Вивьен. - Потому что говорю здесь только я. Кстати, заодно объясни мне свой выбор, - улыбнулся Билл, поудобнее усаживаясь, как бы всем видом выражая готовность слушать грандиозную речь. - Совершенства. Как я поняла, идеал - это стандарты, достижение которых может якобы осуществить наши заветные желания, но осуществление их зависит только от нас самих. Получается, что совершенство - это... - Вивьен задумалась, заново прокручивая разговор в голове. Билл ни слова не говорил о понятии совершенства, но его хитрая улыбка подсказывала, что ответ найти очень легко. И тут в голове девушки всплыл единственный момент, после которого она звонко щелкнула пальцами и воодушевленно продолжила: - Совершенство - это результат работы над собой, но тот результат, который удовлетворяет тебя, делает тебя уверенным в себе и... Подожди. То есть, достижение идеалов должно как бы заставить окружающих думать, что я такая крутая и так далее, а достижение совершенства заставляет тебя поверить в себя и... - Да, да и еще раз да! Но, как видишь, соответствие каким-либо идеалам не всегда возвышает тебя в глазах окружающих, а достижение совершенства возвышает тебя лишь в своих глазах, но в результате это возносит тебя и в глазах остальных. К тому же, маленькое лингвистическое замечание, ты знаешь, как я это люблю: идеал переводится как образец, стандарт, а они, как известно, в каждом обществе разные, поэтому идеала достичь невозможно, нельзя ведь удовлетворять всем идеалам сразу. А слово «совершенный» значит законченный, а когда закончить работу над собой решаешь только ты, для этого стандартов нет. К тому же, самосовершенствование - это в первую очередь саморазвитие, самодисциплина, самоуверенность, любовь к себе, целеустремленность, да и сколько прекрасных слов, ты только послушай... - казалось, Билла уже не остановить, как уж нравилось ему говорить, а когда красивая цепочка слов сливалась с его умом и воображением и набирала обороты, то это могло длиться вечно. Вивьен засмеялась и обняла его. Я не знаю, какой итог, как автору, можно подвести. Я просто чувствую бесконечную радость, передаваемую вместе с описанными мною героями. Наверное, я хочу сказать, любите людей, близких Вам и чужих, ведь благодаря им вы и можете получить ответы на все волнующие Вас вопросы, узнать много нового, научиться чему-то, да и вообще получить удовольствия от этой жизни ❤️