Мои любимые детки.

- И зачем нам так много картошки? К нам приезжают гости? Пусть с собой еду везут! - Чисть и не отвлекайся. Осталось всего три килограмма... - Три? Пять минут назад было два! Кто ещё притащил?- всплеснула руками Удмуртия, орошая сидящих рядом грязными брызгами холодной воды. Все дружно поморщились, но тоже заинтересовались, откуда у них взялся лишний килограмм картошки. Потому что они были сейчас не в таком положении, чтобы ему радоваться. Картошка нужна была для еды. Для супа, для второго, для еще одного второго и просто так, на всякий случай, вдруг не хватит. Поэтому половина семьи сидела и чистила, чистила нескончаемые потоки картошки. И многие уже устали от этого, поэтому появлялись такие шедевры творчества как Картошка-Горыныч, Картошка на Картофельном коне и смелый рыцарь Картофель. Со сказочными персонажами, сооруженными с помощью ножиков и зубочисток, играл Сахалин на столе. А остальные продолжали добывать себе продукты для обеда. - Тверско-ой! У тебя нет какой-нибудь особенной картофельной магии? У меня руки по локоть в крахмале!- Орловский негодующе бросил нож в тазик, где свободно дрейфовала стая картофелин. Одна не увернулась и затихла, пронзенная насквозь ножом. - Могу только еще килограмм картошки примагнитить... Но, чувствую, убьют меня за это добрые люди...- настороженно протянул северный маг, который уже один раз попытался помочь и в итоге превратил мешок с картошкой в черную дыру, которая чуть не засосала Марий Эл. Пришлось спасать, а на шум пришел отец с логикой, что если на кухне шумят, значит, делать нечего, знать, можно еще картошки принести. - Правильно чувствуешь!- похвалила мага Марий Эл, которая сидела за столом с чашкой ромашкового чая. Она немного злилась на то, что ее чуть не засосало в черную дыру, но после трех неудачных попыток разбить чашку об Тверского, успокоилась. - Да ладно вам... Если не будем отвлекаться, то все закончим быстро,- примирительно улыбнулся Пензенский, планомерно очищая картошку от кожуры. На него покосились, но решили промолчать, потому что одна ссора с участием поэта уже случилась. Собственно, из-за этого его и отправили на кухню, чтобы больше не было инцидентов с доказыванием важности книг с применением насилия. - А были бы у нас какие-нибудь штуки, чтобы р-р-раз! И почистил...- вздохнул Тверской, посасывая большой палец, который он уже в который раз поранил об острый ножик. Картошка, которую он чистил, окрашивалась красивыми красноватыми пятнами. - Изобретем когда-нибудь,- пожал плечами Иркутский, который капнул в свой небольшой тазик йода и теперь там все было синее, красивое и переливающееся из-за химических реакций крахмала и йода. Правда, сам он тоже был местами синий. - Надо сейчас!- не согласился Тверской, который уже устал чистить и чистить, потому что считал что ему, великому почти что царю, не пристало чистить картошку. Зря он что ли за власть так долго боролся?.. - Сейчас надо картошку дочистить, потом мусор выкинуть, потом ножики помыть, а потом уже можно идти...- сообщила Московская, которую тоже почти что царственное положение не спасло от общественных работ. Потому что обидно должно быть всем в одинаковой степени. Правда, те, кто сидели в зале и чистили лук, были в чуть лучшем положении - у них был телевизор. Правда, из-за слез на глазах они мало что видели. Россия все очень грамотно придумал. - Нож, вообще-то, в первую очередь оружие, а потом уже кухонный прибор... Им убивать надо! Птичек там всяких... А не картошку чистить!- забурчал Орловский, кидая еще одну почищенную картофелину в воду, заставляя ту возмущенными брызгами разлететься в стороны. - А вот почему нож?- заинтересовался внезапно Иркутский, подпирая синей, перепачканной рукой щеку.- Почему не вилка? - А что вилка?- не понял Орловский, стряхивая с ножа воду и беря еще одну грязную картофелину, принимая счищать длинную картофельную стружку. - Почему нож метательное оружие, а не вилка или ложка? Нож то любой дебил метнет, он сбалансирован и одинаков. А вот ты ложку сможешь кинуть так, чтобы она воткнулась?- предложил Иркутский, временно роняя свой ножик в тазик с синей водой и синими картошками. Все тоже отвлеклись, заинтересовавшись такой темой, как применение столовых приборов в оборонительных целях. - Ну, наверное...- почесал затылок Орловский, кладя нож на стол и дотягиваясь до чайной ложечки, которую Марий Эл вытащила из кружки и образцово правильно положила на стол. - Куда кидаем?- полюбопытствовал Тверской, пробегаясь взглядом по кухне, но не находя чего-то довольно хрупкого, но в то же время не очень нужного. Все предметы на кухне были очень нужны и за их повреждения могли наказать. - Давай в стенку?- предложила Удмуртия, кивая на тонкую, не несущую стену, которую возвел лично Россия, чтобы немного продолжить кухню. Потому что базовая ее комплектация не позволяла всему семейству есть вместе. Только в две смены, как в лагере. Первый эксперимент закончился неудачей. Орловский, кинувший ложку в стену, сделал это под каким-то не таким углом, поэтому бедный столовый прибор отскочил от стены, оставив на обоях вмятину, а потом упал на стол со звоном. Все поморщились. Теория с метанием ложек проваливалась. - А теперь я!- схватил ложку Тверской, тоже бросая ее в стену. На этот раз удар получился сильнее, вмятина стала явно больше, даже что-то хрустнуло, но ложка все равно отскочила. Правда, на этот раз не на стол, а в сторону сидящих и честно чистивших картошку. Удмуртия успела пригнуться, поэтому столовый прибор угодил в затылок Московской. Все притихли. - Вам что, заняться нечем?!- ударила она кулаком по колену, вставая и горящими глазами глядя на юных экспериментаторов, держа в руке бедную ложку. - Прости, я не специально! Прям вот на сто процентов не специально!- перекрестился Тверской, глядя на сестру большими и честными изумрудными глазами. Девушка нахмурила брови. - Переросшие дети!- фыркнула она напоследок и кинула злосчастную ложку подальше от себя. Та, пролетев несколько метров, вонзилась в гипсокартонную стену и застряла там. Иркутский присвистнул. - Ух ты. Ложками стены пробивать можно!- обрадовался Орловский.- Теперь надо их заточить и кидать в людей! - Если ты будешь ложками в людей кидаться, они наоборот к тебе будут бежать,- скептически заметил Пензенский, вытирая руки о штаны и вздыхая.- Идем обратно, картошку чистить. - Ложками? - Ну попробуй ложкой, если нервы железные... Только мне теперь страшно рядом с тобой сидеть, зная, что ты ей стену пробьешь...