Мои любимые детки.

- Ай, да где ж они?! Кроссовки! Кроссо-о-овки! Тула, не мешайся! Дай я тебя перепрыгну и дальше побегу! - Я тогда не вырасту. - Ты и так не вырастешь!- всплеснул руками правдолюбец-Тверской, который пять минут бегал по дому в жуткой панике и искал свои любимые и единственные кроссовки, на которых ему расписался какой-то известный футболист, чье имя никто не запомнил. Но кроссовки почему-то не нашлись на своем обычном месте, чем и была вызвана эта паника. А тут еще Тула, который, сидя на диване и спокойно ожидая, пока все оденутся, очень мешал процессу беганья по всем поверхностям квартиры. - Обижусь ведь,- спокойно предупредил стрелок, чинно держа ладошки на коленях, как самый воспитанный и вежливый ученик в классе. - Ну ладно, обойду...- забурчал Тверской, слезая с дивана, обходя брата по кругу и залезая уже с другой стороны.- Кроссо-о-овки!- побежал он дальше по дивану, на кресло, а оттуда в сторону лампы, которая очень любила обнимать всех, кто неверно спрыгивал на пол. Семейство собиралось погулять, сходить в парк, повеселится. Но так как все буквально до последней минуты сидели со своими делами, то теперь в доме творилась веселая неразбериха, шум, гам, паника и апокалипсис под названием "Никто не может найти свою одежду". - Ужас-то какой,- покачала головой Марий Эл, осторожно пудря носик и глядя в зеркало. Они примостились на кухне, в относительной тишине, чтобы никто не мешал им приводить себя в порядок и наносить естественный макияж. - Да не говори,- кивнула Московская, которая исполняла руками затейливые па, стараясь накрасить ресницы на левом глазу правой рукой. - Мордовия, можно я пойду оденусь?..- тихо канючил Пензенский, которого сюда усадили, чтобы он держал зеркальце для всех, кто сможет в нем отразится. Ведь подставка у зеркала сломалась, а если кто-то будет держать зеркальце и одновременно краситься, то все выйдет криво, косо и непрезентабельно. - Сиди тут, там тебя убьют,- пробормотала Татарстан, аккуратно крася губы блестящим под светом лампы персиковым блеском. Сидящая рядом Мордовия согласно кивнула, в качестве доводов кивая в сторону гостиной, откуда слышались крики вперемешку с шумом телевизора. Телевизор смотрел Сахалин. То есть он как бы одевался, но мультик о пингвиненке ему был интереснее, поэтому все происходило в настолько замедленном виде, что улитка бы позавидовала. - Якутия придет и накажет тебя,- постарался призвать ребенка к скорости и быстрому одеванию Смоленщина, временно запутавшись в куртке, у которой куда-то делся рукав. Он ее и так, и эдак, а рукава все нет. - Да я одеваюсь...- пробормотал мальчик, не отрывая взгляда от телевизора и пытаясь натянуть штаны. Но так как они, сделанные по самому модному покрою, прилегали к телу получше колготок, возникла новая пауза. - Сахалин, ты оделся!?- старший родственник, который все же смог посреди общего хаоса отыскать свою одежду и в нужном порядке ее на себя надеть, спустился с лестницы. Ребенок понял, что его раскрыли. - Ага...- попытался он соврать, но было очевидно, что пребывающий в майке и одной штанине ребенок не может считаться одетым. - Нет, не оделся. Одевайся,- якут непоколебимой скалой встал между мальчиком и плоским экраном телевизора, неплохо так закрывая его широкими плечами. Сахалин нахмурился и стал вертеть головой, поднимая ее выше, чтобы нормально посмотреть, чем кончилась серия мультфильма. - Ну... Ну отойди!..- плаксиво попросил он, окончательно бросая собственные штаны и размахивая руками, чтобы старший внял его просьбе и отошел. - Одевайся,- кивнул Якутия на аккуратно сложенную около ребенка одежду. Сахалин надул губы. - Я хочу мультики смотреть!- категорично заявил он, скрещивая руки на груди и мотая ногой, на которой повисли штаны. Остальные в зале заинтересованно покосились на драму около телевизора. - А я хочу, чтобы ты одевался,- в голосе главной няньки явно слышался металл, однако ребенок был уверен в собственной неприкосновенности, поэтому решил, что спор не окончен. - А я не хочу!- плаксиво сообщил он, окончательно стягивая с себя штаны и кидая их на пол, откидываясь на спинку дивана и надувая губы, обижаясь на весь мир. - А ну живо начал одеваться!- парень прикрикнул, а все в гостиной замолкли, немного испуганно глядя на Якутию. Им ума хватало не спорить с такими сильными и высокими членами семьи. Ребенок наморщился, а в уголках глаз заблестели слезинки, покатившись по щекам. - А вот папа не кричит на меня!!- капризы достигли высшей стадии, а голос у Сахалина стал намного тоньше и пронзительнее, добираясь сквозь стены даже до кухни, где красились девочки. - А я не папа,- Якутия мило улыбнулся, а ребенок притих.- Я тебя не балую, а воспитываю, раз мне такое дело поручили. Так что живо начал одеваться, пока мы без тебя не ушли. Ребенок всхлипнул, но послушно поднял с пола штаны и, уткнувшись взглядом в собственные колени, стал одеваться. Остальные тоже выпали из ступора и потихоньку начали движение, то одеваясь, то раздеваясь, переобуваясь или просто слоняясь в ожидании, когда все будут готовы. Но, не прошло и года, как все были готовы. Самые активные личности выбежали на улицу, чтобы первыми разломать весь хрупкий ранний ледок на лужах вокруг дома, девушки поправляли, добавляли и справляли внешний вид некоторым членам семьи, которые отказывались носить шапки, перчатки и шарфы, а Камчатка, как вечно замыкающий, следил, чтобы никого не забыли. Якутия остался с ним за компанию, заодно применив великолепное правило по нахождению собственной обуви, просто дождавшись, когда обуются все остальные. - Якутия!- маленький комочек в зеленой куртке со светоотражающей звездой на груди врезался в якута, чуть не сбив того с ног и не уронив прямо в полку с обувью. Камчатка хихикнул, но потом надел на себя строгое выражение лица. - Прости меня...- всхлипнул ребенок в маленькой курточке, обнимая брата за ногу и явно не собираясь отпускать. Якутия, кое-как встав ровно, удивленно покосился на свою ногу в объятиях Сахалина. - Ну-ну...- он потрепал малыша по черной лохматой макушке. Однако тот все еще всхлипывал и не отпускал старшего брата. Якут вздохнул и сел на корточки, обнимая малыша и гладя по спине.- Все хорошо, я тебя простил. Давай, одевай шапочку и идем гулять. - Ага... Братик... Пойдем...