Мои любимые детки.

- Почему мы, еще раз?.. - Мы единственные, кто имеем навыки общения с... Такими людьми. - Звучит унизительно,- заметил Ханты-Мансийский, пытаясь пригладить торчащие на затылке густые светлые волосы. Они непослушно и упрямо старались расти в сторону солнца, но глупые человеческие предрассудки по поводу того, в каком виде можно появляться в обществе, были против. - Это такие же дети, как и мы,- уверенно закивала Омская, затягивая свои хвостики потуже, чтобы они не мешались. В лифте было тесно вчетвером, но если была роскошь ехать на третий этаж, а не идти пешком, то надо ей пользоваться. - Зачем вы меня-то с собой позвали, мелочь?- зевнув, поинтересовался Псковский, пытаясь потянуться, но натыкаясь руками на потолок лифта. Проехав чуть назад, металлическая коробка остановилась. Дзынькнув, открылись двери. Маленький белый коридор кончался одной лишь белой пластиковой дверью, на которой висела аккуратная табличка "Центр адаптации детей-инвалидов". - Что-то мне страшно...- дрогнувшим голосом пробормотала Омская, снова затягивая свои хвостики, которые и так туго сдавливали волосы. Бурятия похлопал ее по плечу, улыбаясь. - Ничего! Мы же волонтеры, а волонтеры не должны бояться!- уверенно сообщил он, хлопая себя по бейджику, на котором крупно и ярко значилось его имя и приписка "волонтер". Также ниже имя было выдавлено с помощью шрифта Брайля. - Я тут вообще не по своей воле,- лениво прогундосил Псковщина, наконец-то нормально потягиваясь и выгибаясь едва ли не колесом до хруста позвонком где-то в спине. - Тебя очень любят подростки. Ты учил их драться на мечах в прошлый раз?- тихо фыркнул Ханты-Мансийский, снова приглаживая волосы на затылке и поправляя одежду. У него тоже был бейджик, который висел на веревке на шее так, чтобы его можно было взять и прочитать пальцами, если была необходимость. - Та однорукая девка дралась как лев! Я чуть не упал!- всплеснув руками, отвернулся Псковский, который закинул бейджик себе за спину, якобы из-за того, что он бил его по животу. - Тише-тише,- зашикала на него Омская, но было поздно. За дверь раздались шаги, а потом ручка плавно повернулась вниз. Белая дверь открылась, являя коридор и женщину, которая стояла перед ним, загораживая вид на большую комнату дальше. - Здравствуйте, мы волонтеры... Извините за опоздание,- добро улыбнулся Бурятия, поправляя чехол с гитарой за спиной. Женщина улыбнулась в ответ и кивнула на коридор, намекая, что они могут проходить. Разувались все около стены. Примерно пятнадцать пар разномастной обуви - от брутальных берцев до легкомысленных и истоптанных шлепанец. Сбоку стояла небольшая стойка, к которой пролегала ребристая дорожка для слепых, покрашенная в желтый цвет. - Вы заполняли анкеты?- тихо спросила женщина, вставая за стойку и перебирая множество однотипных белых бумажек с красной полосой сверху. - Да, вот,- подсуетилась Омская, доставая из маленькой сумочки аккуратно сложенные листки. С этих листов, которые им вручила девочка на улице, предлагая пройти опрос и узнать, насколько они способны помогать особенным людям этого мира, и началось желание волонтерить. Ну и с подзатыльника отца, который сказал, что нечего проводить все дни в радостном ничегонеделании и надо помочь людям. Поэтому они уже раза три или даже четыре наведывались сюда в дни волонтерства и помогали. - Да, спасибо...- кивнула женщина, вдумчиво вчитываясь и хмурясь, отчего на ее лбу пролегла длинная морщина. Однако, через полминуты она удовлетворенно кивнула и разослала всех к тем детям, навыкам общения с которым обладали детки Брагинского. Ханты-Мансийский, следуя дорожке из желтого ребристого материала, дошел до уголка, отведенного для слепых. Там было много мягких игрушек, радио, книги на шрифте Брайля, специальная печатная машинка для слепых, много разноцветных лент. Отсюда регулярно доносился стук белых палок по различным поверхностям, смех и подколы. - Привет,- первым поздоровался парень, обращая на себя внимание легким стуком костяшек пальцев по шкафу. Сегодня тут была одна четырехлетняя девочка, слабовидящая, но с прогрессирующей слепотой, угрюмый парень двенадцати лет, потерявший зрения в детстве, и слепая с рождения шестнадцатилетняя девушка, сияющая, как солнце. - Пливет!- радостно помахала руками малышка, отвлекаясь от своей книги с большими, жирно обведенными буквами. Парень обернулся на звук и вяло помотал тростью, постукивая ей об пол. Жизнерадостная слепая встала с табуретки, подбирая свою окрашенную в белый палку и пошла обниматься. Омская обычно занималась с немыми или глухонемыми детьми. Она знала язык жестов до степени свободного на нем общения, а также иногда играла для немых на стоящем здесь в углу фортепиано. Таких детей здесь было больше и многие из них были еще маленькими. Двое немых мальчишек семи и восьми лет, которые умудрялись производить оглушительный шум. Три глухие девочки разного возраста, которые сблизились и помогали друг другу. Глухонемая девушка-подросток, которая научилась у Омской играть собачий вальс и планировала дойти до произведений Глинки. И глухой пацаненок, потерявший слух из-за психической травмы, из-за чего все еще крайне неловко себя вел, но зато часто помогал слепым в их играх, служа для них глазами. Обычно пришедшую волонтерку первыми замечали немые мальчики. Сейчас они тоже подбежали, стуча в пластиковые тарелки и барабан, показывая радость. Один из них побежал стучать остальных по рукам и плечам, чтобы обратить их внимание на гостью. Глухонемая девушка с радостной улыбкой подбежала к ней, начиная на жестовом языке взахлеб рассказывать о том, как подруга отдала ей свои ноты из музыкальной школы и как она хочет научится их играть. Маленькие девчонки показывали нарисованные ими картинки. После рассказа Омской о глухих художниках, дети впечатлились и стали рисовать те звуки, которые они представляли. Выходило что-то волнообразное, разных цветов, с переливами, но красивое. Сибирячка кивала и хвалила, пытаясь описать какие-то новые звуки. Правда, иногда возникали проблемы, например, со звуком органа. И хоть она часто его слышала, как-то внятно пояснить, как же звучит эта огромная установка, так и не могла. Бурятия, который не обладал какими-то особыми навыками, обычно просто находил себе уголок и начинал играть на гитаре. Умея успокаивать и расслаблять собственной музыкой и голосом, он собирал вокруг себя различный контингент. Иногда у него просили разрешения поиграть те, кто умел, иногда он сам давал попробовать или разрешал просто касаться гитары, чтобы чувствовать пальцами вибрации. И старался играть что-то легкое и веселое. Псковский вообще не хотел становится волонтером, потому что про себя прекрасно знал, что лишен сочувствия и от всех требует всего одинаково. Но за это его и позвали. Все-таки, когда считаешь себя нормальным, очень бесит жалость со стороны окружающих. Поэтому его лишь попросили не оскорблять никого по злости и направили к тем, кто был ограничен физически. Сегодня приехали не все. Парень-колясочник, любящий рисовать портреты всех людей, кого видел, девочка с ампутированной левой рукой, близняшки, которые родились сросшимися, из-за чего им пришлось ампутировать правую и левую руку соответственно. Иногда еще приезжала девочка-колясница, но сегодня ее не было. - Ага!- с воплем воинствующего пирата, из-за чего в своем углу негодующе зашикали слепые, закричала однорукая девочка.- Ты пришел за реваншем, а!? - Я пришел за победой, пиратка,- самодовольно фыркнул Псковский, разминая кулаки до хруста костяшек. Девушка хмыкнула и показала ему средний палец. Близняшки восхищенно завизжали, предвещая новую драку. - Боже мой...- закатила глаза Омская, которой шум немного мешал сосредоточиться на восприятии рассказа о нотах и подруге, которая окончила музыкальную. К тому же, возбужденные дракой на деревянных мечах, вокруг нее начали носиться мальчишки, не издавая ни звука, но перекидываясь подушкой. В комнате часто кидались мягкими вещами, но всегда в стороне от слепых, зная, что им уворачиваться немного сложно. Разбивающих и стоящих опасно высоко предметов тут не было, а самым тяжеловесным считался гигантский плюшевый белый медведь. Но его еще поднять надо было. Незрячим, которые затеяли игру в правда или действие, шум мешал, поэтому они старались сначала цензурно донести свою просьбу. Но цензурность быстро кончилась, поэтому мрачный парень просто подставил свою трость под ноги Псковщине, когда тот пробегал максимально близко. Запнувшись об алюминиевый предмет, парень грохнулся на спину, прокатившись головой по желтым ребристым полосам, указывающим конец зоны слепых. - Привет,- добродушно улыбнулся Ханты-Мансийский, нагибаясь над поверженным братом. - Свали,- недружелюбно откликнулся брат, отпихивая от себя специалиста по слепоте и садясь, потирая затылок. Хитрый слепой парень, подставивший такую подножку, стал делать вид, что ему очень интересно уткнуться лицом в стену. - Кто вам вообще эти палки разрешил?.. Ими убить можно,- недовольно фыркнул блондин, подтягивая к себе ноги и ради своей гордости решая, что это не он проиграл, а просто великодушно вышел из драки. - С их помощью можно ориентироваться в пространстве,- покачал головой Югра, который по праву считал "своих" ребят какими-то особенными, зная, что слепота отнюдь не является жесточайшей карой и клеймом на всю жизнь. - Интересно как,- с издевательской заинтересованностью пробурчал Псковский, стараясь не обращать внимание на то, как победившая девчонка просит колясочника нарисовать ее аки амазонку с ногой, поставленной на гору трупов. - Кира...- Югра осторожно коснулся плеча жизнерадостной девушки. Та, отвлекаясь от ксилофона, которым забавляла самую младшую, повернулась.- Можно твою трость? - Да, конечно,- открыто улыбнулось местное солнце, возвращаясь к радужному музыкальному инструменту и стуча по металлическим полоскам в ритм капели. - С помощью звука можно определять материал поверхности. Звук дерева,- Ханты-Мансийский постучал по деревянному столу,- звук металла,- он пару раз стукнул по металлическим частям стола,- и звук бетона,- он стукнул по полу, чистому от мягких ковров,- различается. - Ну и че?- не впечатлился Псковский умением слепых различать материал по звуку. - А еще с помощью трости можно смотреть, нет ли перед тобой предметов, чтобы обходить их,- Югра был терпелив и мог обучать кого угодно и как угодно долго. - А еще в трости можно прятать клинок, как у Мэтта Мёрдока из Марвелл,- впечатляюще таинственным шепотом сказал подошедший паренек из группы глухих, округляя глаза и кивая с самым уверенным выражением лица. Псковский хмыкнул и задрал нос, отказываясь драться с теми, у кого в трости клинок. - Как ты нас услышал?- неумело копируя жестами слова, спросил Югра, глядя на мальчика, который остановился на случай, если с ним захотят поговорить на эту плодотворную тему. - Аа... Мальчишки сказали, что вы тут болтаете,- махнул он рукой на бегающих пацанят, которые теперь упрашивал однорукую пиратку подраться с ними и одолеть двоих. Близняшки, закрывая рты ладошкам, готовы были болеть за своих. - Отнеси Кире трость, пожалуйста,- показывая сначала на трость, а потом на девушку, попросил Югра. Глухой кивнул и, прихватив с собой белую тросточку, понес помогать в игре на ксилофоне. - Понятно, в общем, с вами, особенные...- махнул Псковщина рукой, вставая и собираясь пойти внезапно покатать парня-колясочника и, возможно, даже задавить им однорукую хитрюгу. - Все люди особенные,- заметила Омская, которая мимо шла, чтобы попросить Бурятию присоединится к ее фортепиано и, возможно, сыграть что-то дуэтом. - Если кто-то особенный, то никто не особенный,- напомнил Псковский великую истину из мультфильма про супергеройскую семейку, после которого Брянского неделю звали Фиалкой. - Но все хорошие,- строго ткнула в его сторону пальцем девушка, которая не терпела оскорбления людей, особенно тех, которые хоть как-то отличались от других. Из-за этого ей пришлось выучить приемы самообороны и рукопашного боя, чтобы отстаивать свою правду на темных улицах Омска. - Да как скажешь,- примирительно поднял руки вояка, не желая спорить с агрессивными сибирскими личностями. Бурятия смог всем объяснить, что сейчас будет гитарно-фортепианный концерт и надо перебираться, а сам пошел первым, таща за собой свой чехол. - Если у человека есть самый главный орган чувств, то он уже идеален,- философски протянул Югра, гладя длинную прядь у виска и мелкие бусины в ней. - Какой же?- заинтересованно спросил парень-колясочник, старающийся подъехать ближе, но при этом никому ничего не отдавить. - Сердце...