Мои любимые детки.

- Так, партизаны домашние. Я вот тут, в холодильнике, оставляю свою сгущенку. И если вы ее тронете, я вас самих в банки закатаю. Поняли, лапочки? - По-оняли... - Умницы. Все, я пошел. Дом не громить, к нам на этой неделе тети должны приехать,- помахал рукой добрый и заботливый папа, натягивая куртку и выходя на улицу. Дети помахали вслед и посмотрели на холодильник. С точки зрения отца предупреждение должно было помочь, и оно несомненно заставляло детей задуматься о бренности мира и способах запихивания в консервные банки. Но сгущенка заставляла задумываться больше. - Я тоже хочу сгущенки,- надулся Сахалин, которому много сладкого не давали, чтобы ребенок не болел. Да и особо не баловался, потому что жизнь жестока, а на сладенькое не всегда хватает денег. Но это не мешало детским капризам иногда прорываться наружу. - Папа бы с ним поделился?- поинтересовался Ленинградский у пространства. Пространство, голодными глазами пожирающее кухню, промолчало вполне себе утвердительно. Решение большинства было принято на веру. Кончилась банка быстро. Казалось, только-только они ее открыли, а тут уже на дне осталась одинокая белая капелька сладкого тягучего вещества. И все щеки и пальцы липкие и смешно прилипают к столу. А пустая банка, как символ раздора, стоит гордо и непоколебимо. - Он нас убьет,- сокрушенно покачал головой Псковский, облизывая пальцы. Руководствовался он собственным опытом, потому что сам за съеденную без него банку сгущенки зарыл бы в землю по шею. - Надо где-то достать сгущенки,- начал думать над решением проблемы Ленинградский, облизывая ложку, так как ел, как культурный и образованный человек. - Сделать,- подумав, предложил Новгородский, заглядывая в консервную банку и с сожалением вздыхая, наклоняя тару и языком слизывая последнюю капельку. - А из чего?- спросил главный виновник поедания чужой сгущенки, то есть Сахалин. Он отца не сильно боялся, но не хотел расстраивать и лишать вкусной сладости. Ведь папа загрустит и будет плакать. - Из молока и сахара,- уверенно кивнул Псковский, который любил незамысловатые рецепты с не более, чем тремя ингредиентами. Поэтому что-то сложнее бутербродов у него не получалось. - У нас есть молоко, так что, можно попробовать сварить, а потом налить в эту же банку. И отец не заметит,- скреативил план Ленинградский, задумчиво глядя на плиту. У него был навык создания еды из того, что есть нельзя. Но насчет сгущенки он сомневался. Да и вообще, как подтвердил один случай, мужчинам с Севера плиты в доме лучше не касаться. А то придется мыть кухню. Но страх и любовь к отцу пересилили нежелание заниматься готовкой, поэтому пришлось достать кастрюлю, налить в нее молока и поставить на слабый огонь. Сахар лежал рядом, а минуты тянулись и тянулись. - А если туда добавить мяса, будет вкусно?- риторически вдруг поинтересовался Псковский у пространства кухни. Экспериментировать было нельзя, поэтому Новгородский отвесил ему подзатыльник. Парень вернул удар ложкой по лбу. Начавшуюся драку прекратил Сахалин. - Ой, молоко убегает!- радостно захлопал в ладоши ребенок, который вчера вечером смотрел мультфильм про Карлсона. Мультфильм ему понравился, поэтому веселые будни с молоком тоже приглянулись. Старшее поколение начало спасать молоко и сгущенку в перспективе. Молоко вернули в кастрюлю, а так же туда высыпали сахара, побольше. Новгородский с ложкой стал помешивать эту прелесть, то и дело поглядывая на часы. Он не знал, сколько должно вариться это чудо, но чутье ему подсказывало, что долго. - Может огонь посильнее включить?- предложил Псковщина, нетерпеливый в тонком деле приготовления сгущенки. Но остальные повара решили, что идея неплохая и, по логике, с более сильным огнем все должно варится быстрее. Сгущенка решила подчиняться логике и стала изготавливаться немного быстрее, правда, то и дело прилипая ко дну кастрюльки, поэтому ее надо было мешать и соскабливать со стенок и со дна. - А мы как-то из сгущенки бомбу сделали,- вспомнил вдруг Ленинградский, сидя за столом и подпирая щеку рукой. Все, кто был занят готовкой, заинтересовались, как можно из сладости сделать взрыв, если ты не Осетия. Он-то мог из всего подряд сделать салют, но на то он и Осетия. - Мы ее варили в банке, часа два с половиной. Ну, по рецепту. Но не до конца. А потом, когда играли, решили кинуть банкой в другую команду, ради веселья. Волгоградский ее в воздухе подпалил и она рванула... И все в сгущенке были,- хихикнул Ленинградский, который игру с едой не одобрял, конечно, но ничего не мог поделать с тем, что это весело. И абсолютно безопасно для здоровья. Ведь что может быть вредного в вареной сгущенке?.. - А наша так не рванет?- озаботился вдруг настоящим Новгородский, которому мыть кухню совершенно не хотелось. Тем более от сладкой и клейкой массы, которая получается, если варить сахар и молоко. - Не должна,- пожал плечами Псковский, который знал только о том, что взрывается коричневая сладкая масса. А дальше надо было интересоваться у специалистов. А специалисты могли съесть еще не приготовленную сгущенку. - Ну и хорошо. Сахалин, посмотри, что в холодильнике еще сладкого есть,- попросил Новгородский. Мальчик радостно спрыгнул со стула и попрыгал к холодильнику, увешанному магнитами с прицепленными записками и всякими листочками с непонятными телефонами и цифрами. - А тут еще сгущенка есть!- обрадовался ребенок. Взрослые подавились и уставились на холодильник с укоризной. Холодильник не ответил, а Сахалин достал еще одну, точно такую же баночку с сине-белой этикеткой. - Давайте ее сварим? Вкусно будет,- предложил Ленинградский, который явно был против того, чтобы оставлять целые запасы сгущенки в доме. После истории о веселом взрыве на лицах его соповаров отражались некие сомнения по поводу того, хватит ли им квалификации, чтобы сварить и ничего не испачкать. Но лицо главы Северо-Западного округа светилось уверенностью и верой в своих братьев. Поэтому сгущенку решили еще и варить, попутно создавая в соседней кастрюльке свою, домашнюю. Ошибок в рецепте варения сгущенки быть не должно было, так как занимался этим признанный и временный специалист по варению консервных банок со сгущенкой. На кухне царила приятная дружеская атмосфера, а ребенок жевал найденный где-то в шкафу пряник. Все было хорошо и спокойно, и еда вела себя прилично. Через полтора часа стала готова белая, девственная сгущенка. Ее вылили из кастрюльки, игнорируя пролитые на стол и руки капли, а потом стали выбирать дегустатора. Кулинарным способностям и познаниям в сфере изготовления сладостей у Новгородского все доверяли, но пробовать все равно боялись. Поэтому спихнули первую ложку Сахалину. - А у папы другая на вкус была,- сообщил ребенок, который не хотел в будущем становится дегустатором, поэтому более точно описать получившийся вкус не смог. Тогда дегустатором номер два был выбран Псковский, потому что он по алфавиту дальше всех. И, чтобы подопытный не спорил, заткнули его столовой ложкой получившейся сгущенки. - Ну как?- поинтересовались хором остальные два повара, которым были интересны результаты совместной готовки. - Дай еще,- потребовал Псковский, проглотив получившуюся сладость. Новгородский фыркнул и отодвинул миску с домашним продуктом. - Ты и так в одну харю полбанки сожрал, хватит тебе! - Но она вкусная!- возразил дегустатор номер два. Однако повара были неумолимы и убрали в холодильник сгущенку, которая вообще-то предназначалась для отца в качестве компенсации. Счастливые, что теперь их не упекут в консервные банки, дети устало расселись за столом. Сахалин, которому понравилось заниматься готовкой, решил, что он тоже повар, поэтому имеет право потрогать плиту. Так его к ней не пускали, чтобы не сломал ничего и не поранился, но сейчас же он не просто Сахалин, а великий повар сгущенки Сахалин! Поэтому газ под кастрюлькой с оставшейся вариться сгущенкой был выкручен на полную. Голубые языки пламени лизали ручки кастрюльки, вода булькала, а банка начинала плавно надуваться. - Смотрите, какая большая сгущенка!- обрадовался ребенок, хлопая в ладоши, потому что чем больше банка, тем больше вкусняшки. А про физические процессы варения сгущенки он пока не знал. - Большая?- удивленно обернулось взрослое поколение, которое вообще забыло о том, что они там все еще что-то варят, полностью расслабившись и заболтавшись. - Ой блин,- кратко описал всю их ситуацию Ленинградский. А потом раздался БУМ. На звук сбежалась половина семьи точно. Кухня, вся расцветшая новыми красками карамельных оттенков, вызвала у девушек дружный вздох. Юные повара, с ног до головы липкие, красивые и в ошметках сгущенки, зло смотрели друг на друга, но найти виноватого не могли. - О боже...- покачала головой Московская, которая сегодня была заместителем. Но так как главный, то есть Ленинградский, внезапно ударился в детство, то решение по уборке приняла она. - Пока не уберетесь, никакого обеда!- строго отчеканила она, захлопывая дверь на кухню. Парни, поразившие весь дом своими кулинарными способностями, вздохнули. - Зато теперь наедимся до смерти,- философски пожал плечами Псковский, облизывая перепачканную вареной сгущенкой руку.