Мои любимые детки.

- Дедушка, а ты сильнее Камчатки? - Да. - А сильнее папы? - Да. - А папы и Камчатки?- не сдавался упрямый ребенок, храбро усевшийся на коленях деда и болтающий ногами. Больше в семье никто не рисковал садиться на дедушку, хотя бы потому, что по возрасту не подходили. Да и страшно было. Это он младшенького не трогает, потому что боится зашибить насмерть, а старшим вполне может дать пару леденящих подзатыльников. - Да-да-да, отстань уже от меня,- закатил глаза Генерал, успевший пару раз посочувствовать тому, что стал таким мягкотелым и не может просто скинуть младшего с колен. Сахалин же не обращал внимания на просьбы, продолжая якорем привязывать деда к дивану. - А ты можешь расколоть алмаз? Братик Якутия сказал, что никто не может расколоть алмаз!- вспомнил Сахалин занятный факт из добывающей отрасли промышленности старшего брата. Генерал тоже задумался. Ему никогда в голову не приходило колоть алмазы, потому что они ему не были нужны. Но после вопроса младшего пришлось задуматься. - Не сможет,- авторитетно заявил Якутия, который знал, как расколоть алмаз, в теории, поэтому мог заявлять, что дед так сделать не может. Хотя бы из-за того, что нужен резкий и громадный перепад температур от минуса к плюсу. - А ты сможешь?- сразу переключился на другого члена семьи Сахалин. Он сам алмазы видел, правда, довольно давно, но примерную структуру представлял. И то, что старший брат может расколоть такую блестящую стекляшку из-под земли, его впечатляло. - Вам заняться нечем?.. Зачем вы вообще меня сюда позвали?- решил в пятый раз спросить Генерал. Предыдущие четыре вопроса умело детками игнорировались. Конечно, дед такого большого семейства мог позволить себе немного посидеть в гостях, но все же ноябрь уже вступил в свои права и скоро должна была начаться зима. Это только в скучных странах зима по расписанию. - Папа сказал, что это секрет,- серьезно кивнул Сахалин, которому сам секрет не рассказали, чтобы он случайно не проболтался. Но так получилось, что отец задерживался где-то на работе, поэтому приходилось развлекать деда разговорами. Или мучить. - Иногда меня поражает ваша выборная законопослушность...- покачал головой самый старший в семье, укоризненно глядя на Якутию. Якут фыркнул и отвернулся, махнув рукой, как бы намекая, что они лица подневольные и все надо требовать с отца. - Дедушка, а ты когда был маленьким, ты родителей слушался?- решил Сахалин углубиться в дебри прошлого, дабы найти корни такой выборной законопослушности. С отцом все было ясно, он в детстве был странным, так рассказывали старшие дети. А вот дедушкино детство никто не застал. - Я не был маленьким. И родителей у меня не было,- фыркнул Генерал, который ценности семьи не понимал отчасти из-за того, что у него ее не было. И хоть он много времени провел в компании славян, все равно некоторые вещи остались непонятыми. - Бедный дедушка...- шмыгнул носом ребенок, который всех членов семьи любил одинаково и сочувствовать, по-детски чисто и невинно, готов был каждому. Поэтому обнял старшего родственника, не обращая внимания на холод, который исходил от Мороза даже в человеческом, осязаемом облике. Дед вздохнул и похлопал младшего по спине. - Все, слезай, а то замерзнешь и заболеешь. Рассердишь своего отца,- скованно и как-то неловко пробормотал Генерал, который всегда впадал в ступор от проявления детской нежности и любви к нему. И, наверное, даже бы краснел, если бы мог. - Какая милота,- подавился кашлем Пензенский, которого такие сцены умиляли буквально до потери пульса, правда, что-то ему подсказывало, что если он присоединится к обнимашкам, то потеря пульса будет вызвана резким похолоданием. - Я дома!- раздался наконец долгожданный крик после удара двери об полку с обувью. Дверь всегда билась об эту полку, просто потому что никто не мог спокойно и не ногой открывать дверь. У России были заняты руки, а дети дверь открывали посредством врезания в нее всей гурьбой. - Папа пришел!- обрадовались все и побежали встречать кормильца и официального главу семейства. Генерал, получив свободу, решил, что убегать под шумок не достойно его гордости и чести, поэтому пошел за толпой. В коридоре Россию радостно затискали дети, потом украли пакет с едой и табором убежали на кухню. - Всех на работе убил, или кто-то живой ушел?- хмыкнул Генерал, глядя на акробатический этюд под названием "Самая большая страна мира снимает ботинки, не расстегивая молнию". - Между прочим!..- сообщил участник этюда, прыгая на левой ноге, пытаясь обоими руками стянуть обувь с правой.- Я почти... Почти-и-и!.. Почти подружился с Эстонией!- на этом радостном моменте акробат дернул ботинок слишком сильно и уронил себя на пол, обрушив заодно полку с обувью. Генерал вздохнул и потер переносицу. Иногда он сомневался в том, что конкретно этой личности можно доверить управление чем-либо больше чайника. - Почти?- решил все же уточнить дед, глядя на то, как сапоги все же проигрывают и пинком отправляются в угол, к упавшей обуви, а сам Иван выпутывается из своего шарфа. - На последней стадии он все же смог убежать,- покачал головой Россия, вздохнув и как бы сетуя на то, что он не достаточно крепко держал друга за плечо. Встав, наконец, с пола, он подошел ближе к деду и улыбнулся. - Кстати, сегодня праздничный ужин в честь твоего дня рождения!- похлопал он Генерала по плечу, чуть наклоняя голову в сторону, как любопытная птичка.- Поэтому не убегай, а поболтай еще немного с детьми, пока я все приготовлю! - С ними?.. - Дедушка, идем разбивать алмазы! Я нашел у братика один в комнате! - Да, с ними.