Чёрное и белое.

Переодевшись, четвёрка сидела в кафе и обсуждала дальнейшие планы. — Что нам теперь делать? — спросил Рон, стиснув палочку. — Возвращаться в прежние места теперь опасно, — произнесла Гермиона, покачав головой. — А новых у нас нет, — ответил ей Гарри. Все молчали. — Что, если нам отправиться в дом Ордена? — после минутного молчания произнёс Рон. — Опасно, — Гермиона стала говорить тише, так как входной колокольчик кафе зазвенел, оповещая о прибытии новых посетителей. — И всё же, идти нам больше некуда, — настоял Гарри, внимательно наблюдая за подозрительными мужчинами, стоящими у витрины. — Я согласна с Гарри, — в разговор вмешалась Кэтрин, — подумай, Гермиона, они решат, что мы явно там не объявимся, потому что это было бы слишком банально, дом, я так понимаю, защищён, — она переглянулась с Гарри, и он кивнул, — это идеальное место, пусть даже на столь короткий срок. — Не знаю, — прошептала Гермиона. Тут Гарри нахмурился, он сидел справа от Кэтрин, и сразу оттолкнул её, выкрикнув всем: «Ложись». Команда среагировала мгновенно. Завязалась драка. Рикошет заклинаний отскакивал в витрины, столы и стены. — Экспеллиармус, — Кэтрин обезоружила одного из пожирателей. Гермиона завершила начатое и обездвижила оппонента. — Нужно уходить, — произнесла Кэтрин в тишине, поглотившей кофейню. — Для начала, нужно решить, что с ними делать, — Гарри кивнул в сторону двух поверженных и обездвиженных соперников. Гермиона опустила жалюзи. Дальше всё было как в тумане. Гермиона стёрла этим двоим память, и компания двинулась на поиски убежища. В висках бесперебойно стучала мысль о том, что теперь они постоянно в опасности. Если тем двоим пожирателям удалось без труда обнаружить их, что будет дальше? Была и ещё одна мысль, которой она боялась больше всего на свете. Она зародилась в тот момент, когда Кэтрин наблюдала за тем, как Гермиона стирает память. Драко. Единственный, кого она боялась увидеть по ту сторону их сражения. Но, безусловно, он и так был по ту сторону. До этого момента, Кэтрин даже не допускала мысли о нём. Она смирилась, привыкла, приняла, что он оставил её. И только сейчас она поняла, что, возможно, он был прав. Она бы ни за что не стала сражаться на стороне пожирателей, а он не мог жертвовать своей семьёй. Всё казалось теперь настолько банально и просто, что все предыдущие переживания потеряли свою ценность. Четвёрка решила остаться всё-таки в доме Ордена. Несколько недель они провели в своём тайном убежище, добывая всё больше информации. Им удалось выяснить, что настоящий крестраж у Амбридж. Той самой, что была агентом министерства в «Хогвартс» в позапрошлом году. Им даже удалось заполучить его, когда они вторглись в министерство под видом рядовых служащих. Но вернуться обратно в дом было опасно. Гермиона трансгрессировала, и все четверо оказались в лесу. Рона расщепило, и всем пришлось остаться. Дни тянулись неимоверно долго. Выздоровление Рона продвигалось медленно, что заставляло нервничать всех. Но, как выяснилось, дело было не только в Роне. Крестраж, который они носили по очереди, влиял на них. Рону доставалось больше всех. Его ослабленный организм легко принимал на себя негативное влияние крестража, что провоцировало конфликты. Кэтрин молча снимала с него медальон, когда Рон начинал раздражаться. Но, в один вечер, всё изменилось. В этот момент они были уже далеко от того леса. Гермиона подстригала Гарри, потому что тот уже порядком оброс. Кэтрин читала «Сказки Барда Бидля», Рон перебирал цепочку медальона у себя на шее. — Может, отдашь его мне? — спросила Кэтрин, наблюдая, как Рон то и дело бросает взгляд на Гермиону и Гарри. — Нет, всё в порядке, — сдержанно ответил он, но его вид противоречил словам. — Рон, я же вижу… — Кэтрин отложила книгу, собираясь подойти к нему. — Оставь меня в покое! — крикнул он и направился в соседнюю комнату палатки. — Рон, — крикнула она, но было уже поздно. Рон дал волю чувствам, которые сдерживал всё это время. Кэтрин пошла следом. В помещении стало темно. Рон погасил свет своим новым делюминатором. — Меч был украден, — произнёс он в повисшей тишине, — да, я всё ещё здесь, — и снова зажёг свет. Кэтрин стояла позади и попыталась расстегнуть замок на цепочке, но Рон отмахнулся и отступил. Дальше произошло то, чего не ожидал никто. Гарри и Рон начали ругаться, девушки заволновались, ожидая драки. — Гермиона, медальон, — Кэтрин нахмурилась. Гермиона попыталась снять с шеи Рона медальон, но бесполезно. Он отмахнулся от неё. — Думаешь, я не понимаю, что ты чувствуешь?! — крикнул Гарри Рону. — Ты не понимаешь, что я чувствую! Твои родители умерли! У тебя нет семьи! — тут не выдержал Гарри. На слова Рона он бросился на того с кулаками. — Рон, прекратите! — крикнула Кэтрин, бросившись разнимать парней, Гермиона схватила Рона, и девушки разняли их. — Рон, как ты можешь, — тихо прошептала Кэтрин, сдерживая слёзы. Ведь она прекрасно понимала, что чувствует Гарри. Её родители тоже были мертвы. И слова Рона, словно нож, резали по живому. — Отлично, тогда уходи, уходи! — крикнул Гарри в порыве. Рон будто ожидал этих слов. Он сорвал с себя медальон и бросил его на пол. Кэтрин тут же подняла его и сжимала в руке. Он закинул свой рюкзак на плечо и направился к выходу. — Рон, — взывала Гермиона в тревоге. — А ты? — он остановился у выхода, обращаясь к ней. Гермиона не пошевелилась. — Ты останешься или как? — он смотрел прямо ей в глаза. Кэтрин повернулась и смотрела на подругу в отчаянии. Он вышел и снаружи теперь раздавался хруст веток. Гермиона бросилась за ним следом, в надежде остановить его, но раздался звук трансгрессии, и Гермиона вернулась в слезах. Никто в этот вечер не проронил ни слова. Кэтрин надела на себя медальон и теперь старалась ограничить его влияние на Гарри и Гермиону. Они по-прежнему меняли местоположение. Но теперь им удалось продвинуться в своих поисках. Гарри и Гермиона намеревались отправиться в Годрикову впадину, рассчитывая обнаружить там меч Годрика Гриффиндора. Троица трансгрессировала в Королевский лес, и Кэтрин осталась там, накладывая заклинание защиты и ставя палатку. К тому же, к возращению Гарри и Гермионы уже стемнеет, а значит, нужно приготовить ужин. — Будьте осторожны, — произнесла она на прощание друзьям. — Всё будет хорошо, — кивнул Гарри, но Кэтрин это не успокаивало. — Почему я не могу отправиться с вами? — взволнованно спросила она. — Пойми, если нас всех поймают, то надежды на освобождение совсем не останется, — начала Гермиона, — к тому же, — поникла она, — если вернётся Рон, вас будет двое. — Ты отважная, Кэтрин, — произнёс Гарри, — если с нами что-то случится, то мы будем спокойны за то, что ты сможешь победить и в одиночестве. — Ты заблуждаешься, — прервала его Кэтрин, — вы — моя семья, я не смогу без вас. Гермиона молча подошла к подруге и обняла её. Кэтрин сдерживала слёзы, уже застилавшие глаза и образовывавшие в горле ком. Настала очередь прощания с Гарри. Он крепко прижал её к себе, и тогда Кэтрин закусила нижнюю губу, чтобы не заплакать. — Ты стала для меня сестрой, — прошептал он ей на ухо. Кэтрин крепче стиснула парня и опустилась лбом на его плечо. — Пора, — произнесла Гермиона, глядя на вечернее небо. Гарри отошёл к ней, они взялись за руки и трансгрессировали. Кэтрин нанесла скрывающее заклинание, поставила палатку и разожгла костёр. Пока ужин тушился на огне, она села в корнях дерева, и, опираясь на него спиной, дала волю слезам, уже давно душившим её. Она и представить себе не могла, что они не вернутся. Куда потом ей бежать? Что делать? Как помочь им? Нет ничего хуже ожидания. Нет, они обязательно вернутся. И даже думать об ином не смей! От каждого шороха она вздрагивала. Успокоившись, она взяла в руки палочку и зажгла свет, продолжая читать «Сказки Барда Бидля». Около двух часов ночи раздался хлопок. — Слава Богу, — облегчённо выдохнула Кэтрин, увидев друзей, — я приготовила ужин. — Спасибо, — немного улыбнулась Гермиона. Теперь все трое ужинали. Гарри и Гермиона рассказали Кэтрин о своём путешествии. — Значит, всё было напрасно? — подвела итог их рассказу Кэтрин. — Нет, — мотнул головой Гарри, — мне нужно было быть там. В три часа ночи было решено лечь спать. — Идите, я останусь дежурить, — произнесла Гермиона, усаживаясь в корнях деревьев. Никто не возражал. Гарри и Кэтрин отправились спать. Следующий день прошёл относительно спокойно. Выяснилось, что палочка Гарри теперь сломана, и остались только палочки Кэтрин и Гермионы. Следующим вечером дежурить остался Гарри. Гермиона оставила ему свою палочку, а палочку Кэтрин девушки взяли в палатку. Ночь была особенно беспокойной для Кэтрин. Ей всю ночь снился Драко, окутанный чёрным дымом. Она пыталась помочь ему, протягивала руки, но как только дым касался её кожи, оставались сильные ожоги. Кэтрин с ужасом посмотрела на свои руки и проснулась. — Гермиона, Кэтрин, — раздался снаружи голос Гарри. Гермиона сразу же бросилась на улицу. Кэтрин вышла следом. — Всё в порядке? — взволнованно спросила Гермиона. — Всё в порядке, — подтвердил Гарри с улыбкой. — Всё хорошо, вообще-то, даже замечательно, — он кивнул в сторону, и девушки увидели Рона. Гермиона была в ярости. Она начала ругаться на Рона, бросала в него листья, а Гарри и Кэтрин улыбались, наблюдая за всем этим. Теперь их снова четверо. Теперь всё будет как раньше. Эта мысль грела сердце не только Кэтрин, но и остальных. После возвращения Рона произошёл разительный подъём командного духа. Теперь меч Гриффиндора, добытый Гарри той же ночью, когда вернулся Рон, был их оружием. Крестраж был уничтожен, и никто не поддавался больше подавлению извне. Тем же вечером было решено навестить семью Лавгуд. — Что-то мне не по себе, — поёжилась Кэтрин, когда следующим днём, компания стояла на пороге дома Полумны. — Вдруг он расскажет нам об этих символах? — приободрилась Гермиона, проводя пальцем по символу, изображённого на титульном листе книги. — Треугольник, вертикальная полоса и круг, — прошептала Кэтрин. — Это символика, однозначно, — подтвердила Гермиона. Гермиона постучала тяжёлой ручкой в дверь, и почти сразу её открыл отец Полумны. Объяснив причину своего присутствия, компания уже сидела в гостиной и пила чай. Впрочем, чаем это называлось условно. Какой-то странный горьковатый напиток, но друзья старались быть любезными и изредка делали глоток. Ксенофилиус Лавгуд объяснил им, что это символ так называемых Даров Смерти. «Вертикальная полоса», как сказала Кэтрин — это бузинная палочка, самая мощная из всех палочек в мире, «круг» — воскрешающий камень, а «треугольник» — мантия невидимости. — И если собрать их все воедино, то вы сможете победить саму смерть, — подвёл итог мистер Лавгуд. Как только он завершил свой рассказ, то тут же отправился наливать горячий чай, вместо остывшего. — Какой-то он слишком странный, не находите? Слишком встревоженный, — высказала свои мысли Кэтрин, как только осталась наедине со своими друзьями. После короткого обсуждения было решено уйти. Они спустились вниз и попрощались с отцом Полумны. Но вместо прощания, Ксенофилиус закрыл им выход и с дрожью в голосе сказал, что Полумна в плену у пожирателей, и просто так он их не отпустит. Едва он произнёс эти слова, как началась атака. Все четверо легли на пол и взялись за руки, трансгрессировав в лес. — Лживый мерзавец! — выругался Рон, — Хоть кому-нибудь можно доверять? — Они похитили её, потому что он поддержал меня. Он был в отчаянии, — произнёс Гарри. — Мы сотворим заклинание, — прервала их Кэтрин, и отошла в сторону. Рон спустился ниже, но тут же замер. — В чём дело? — спросила Кэтрин, развернувшись на внезапно затихшие шаги друга. Перед ними стоял один из егерей. Ребята уже встречались с ними ранее, когда оставались в этом лесу. Только тогда один из них учуял запах духов Гермионы, а вокруг было защитное заклинание. Теперь компания оказалась в западне. Не сговариваясь, все четверо побежали. Началась погоня. Вокруг раздавался треск и грохот от попаданий заклинаний в деревья и землю. Все старались бежать как можно быстрее, но егеря были быстрее. Они знали эти леса как свои пять пальцев, и вряд ли преследование могло продолжаться долго. Им не составило бы труда схватить четвёрку. Егеря играли с ними, развлекались, давая своим жертвам надежду на успешное сокрытие и побег. Среди егерей был оборотень по имени «Сивый». Гарри узнал его. Это был тот самый оборотень, который напал на Билла, старшего брата Рона. — Гермиона, надо что-то сделать, они догонят нас, — девушки бежали на небольшом расстоянии друг от друга, и Кэтрин знала, что её услышит только Гермиона. — Я не знаю, — в панике ответила Гермиона, увернувшись от очередного залпа заклинания. Рона сковало железной цепью. Теперь бежали только Гарри, Кэтрин и Гермиона. Они выбежали на небольшую поляну, но их уже ждали. Их окружили, и Гермиона споткнулась. — Не шевелись, — крикнула ей Кэтрин и выставила свою палочку, направив на Гарри, который приближался к ним. Гермиона замерла. А Кэтрин совершила жалящее заклинание, сбив Гарри с ног. Теперь всё его лицо преобразилось до неузнаваемости. Сплошные отёки исказили черты лица, скрыв шрам. Гермиона подбежала к нему и сорвала очки. Кэтрин подбежала к ним. — Дары Смерти существуют, но он охотится только за последним из них, — прошепелявив Гарри, — он знает, где искать, скоро Сама — Знаешь — Кто завладеет бузинной палочкой. — Тихо, — прошептала Кэтрин, и её тут же схватили. Гермиону отвели от Гарри и тоже удерживали. — Что с тобой, уродец? — спросил, очевидно, самый главный из них. Это был тот, который учуял духи Гермионы в прошлый раз. — Как тебя зовут? Все замерли. Кэтрин мысленно умоляла Гарри придумать что-нибудь. — Дадли, — еле выговорил Гарри, — Вернон Дадли. Тогда главный егерь подошёл к Кэтрин. — А как тебя зовут, солнышко? — спросил он, взяв её за подбородок. — Мариэтта Эджком, — произнесла Кэтрин. — А тебя? — спросил он у Гермионы, наклонившись к её шее. — Пенелопа Кристал, полукровка, — ответила Гермиона, отклоняясь. Кэтрин дёрнулась вперёд, когда главный егерь подошёл к Гарри, но её тут же грубо прижал к себе один из егерей, нагло усмехающийся самому себе. — Я передумал, — произнёс главный егерь, разглядывая опухшее лицо Гарри, — мы не поведём их в министерство. — А куда? — спросил егерь, сдерживавший Кэтрин. — В Малфой — мэнор, — Кэтрин почувствовала, как её ноги, от ответа главного егеря, стали ватными.