Она не из мира сего

 А на следующий день (не прошло и года!) вернулись Наруто с Джираей, а с ними и эта сисястая (извините, но ЭТО только так и описывать) женщина. С одной стороны это было хорошо — Саске плохел с каждой минутой и я действительно начала думать, что Наруто не успеет, а я просто не способна сейчас ему помочь. У самой никаких сил нет — энергия не может восстановиться, я являюсь лишь …....... вся сила, какую я могу собрать, тут же переходит волкам. И это происходит подозрительно долго... из них качают энергию намного дольше, хотя нет, энергию вытягивают ИЗ МЕНЯ, используя их. Черт... Так или иначе, я слишком уж привыкла к Сурку и была рада, что эта женщина здесь и, возможно, у нее получится помочь Учихе, но есть большое НО. Ее собирались назначить Хокаге, а Хокаге должен все разузнать о своих подчиненных. И поколение мелких шиноби не останется неизученным. Уверена, мое личное дело привлечет к себе лишнее внимание. Да стопудово привлечет! Конечно, разговора мне не избежать, но я постараюсь избегать ее как можно дольше и не отсвечивать. Хотя, куда уж еще сильнее отсвечивать-то?!   Наруто (была б у него сила) чуть ли не пинками погнал ее к Учихе. А она боевая женщина — после Узумакинского восклицания “бабуля”, тааак ему вмазала, что тот пробил несколько стен. Пришлось Джирайе отскребать своего ученика от четвертой. Женщина лечила Саске не более десяти минут. Но что-что, а эти десять минут были сложными. Она и впрямь хороший медик — я наблюдала за ее работой и могу лишь поклониться перед ее мастерством. Как только терапия была закончена, я соскочила с крыши больницы. Хорошо, с одной проблемой разобрались, но теперь другой вопрос - Как поведет себя Саске? Сейчас он сломлен. А так как они с братом оба непредсказуемы, а тараканы в их головах самой редчайшей породы, я боюсь делать предположения. * * * * * * Спрыгнув с горы Хокаге, я пошла в штаб шиноби. Пустые раздумья ничего не дали, а накопленная за короткую медитацию сила вновь безвозвратно ушла, так что я лучше возьму какую-нибудь миссию. Меня сразу узнали. Еще бы, с такой-то внешностью. Одна повязка чего стоит! Хотя, шепотки вроде “Убила Хокаге” тоже многого стоят. Одна проблема: Я была маленькой, еще ребенком. И давать, хоть и знаменитому, но все равно ребенку какую-то ответственную миссию (нечто выше прополки грядок, другим словом) “нельзя”, ведь заказчики не поверят, что малявка может выполнить их задание. Так что пришлось прорываться с боем. Выбила какую-то по сопровождению неизвестно кого, но как я поняла, он богат. И то, меня взяли как дополнение к истинному сопровождающему — парню лет 20. Мне было все равно. Выходили сегодня. Довольная, я вышла на улицу и наткнулась на Какаши.   —Ты видела Саске? — спешит, говорит быстро. Что-то случилось....   —Нет, — кажется, учитель ругнулся (и не очень печатным словом) и поспешил дальше. Я пристроилась рядом. Зачем он ищет Учиху? “Не знаю, - тут же подал голос Чума, - Но мне это не нравится.” —Что случилось?   —Они с Наруто подрались. Наруто оказался сильнее,— Хатаке замолчал, но продолжение не нужно, было и так понятно, что мы в полной ж Учиха сломлен. Он понял, что слаб. Он проиграл. А клеймо Орочимару продолжает напоминать о себе (мысли-то сурка я слышу), так что теперь он наверняка вспомнит об обещанной саннином силе. Не хочу снова казаться пессимисткой, но предчувствия весьма не оптимистические. Нашелся Учиха довольно быстро, уютно расположившейся на ветке дерева и пиливший себя мыслями о слабоум... кхем, о своей слабости и никчемности. Видимо, и я и Какаши понимали, что по-хорошему Саске слушать нас не будет, так что Хатаке быстренько скрутил того леской.   —Саске, что вы не поделили с Наруто на этот раз?   —Это не вашего ума дело, — зашипел брюнет.   —И что теперь будешь делать? — на меня он посмотрел таким же ненавистным взглядом. Неприятно.   —А тебе то какое дело?   —Да просто не хочу чтоб ты глупостей натворил.   —Ты никто, чтоб мне указывать.   —Послушай ее, Саске. Она пра....   —У нее нет права говорить мне что делать.   —Это почему же? — кажется, я начинаю злиться.   —Тебе не понять, — отвернулся брюнет.   —Не понять чего? — он не ответил. — Как жить без родителей? Как лишиться их в детстве?— он посмотрел на меня с ненавистью. — Должна огорчить тебя, Саске. Меня разделили с родителями. А в первую встречу за год их убили через пять минут после того, как они со мной попрощались. Их кровь и тела были все еще теплыми, когда я прибежала на крик матери и споткнулась о них, — он посмотрел на меня, и в его глазах было сомнение. — Больно, не правда ли? Но мне повезло. Мне потребовались 2 года, чтоб найти это место. Я водилась не с самыми хорошими людьми. Они могли обучить запретным техникам и так быстро сделать меня сильнее. Вот только я не хочу отдавать за них человечность. И я пошла сюда. Может, сейчас меня и не учат так быстро, как обучили бы те, с кем я водилась пару лет, - а точнее вообще ничему не учат, но это я попридержу при себе. - Но здесь я не стану …........... , - нет, это все правда, вот только я, как личность, уже состоялась, и на меня такая компашка не повлияет, а на Саске повлиять как раз плюнуть. - У тебя два пути — к Орочимару, т.к. темная метка дает довольно занимательную силу, которую здесь тебе не дадут. Или остаться тут и усердно работать, но сохранить себя, — я ухмыльнулась. Мои слова ему не помогут, а мне лишь хреновее стало. — Вряд ли ТЫ поймешь МЕНЯ, - куда уж ему. Все мысли лишь о мести, а того, что Орочимару учить его за бесплатно не будет и у змея свои цели, в которых планы сурка вообще не учитываются, он не понимает. - Оставляю его на вас, Какаши сенсей. А мне нужно собираться, — я исчезла.   “Как же противно, — появиться на очередной улочке и пнуть попавший под ногу камешек, — Изнеженный мелкий гаденыш. Самовлюбленный эгоист. Нянчится со своим прошлым, а не живет настоящим и будущим.” “А ты? - прервал мои ругательства волк, - Ты тоже нянчишься со своим прошлым.” “Это не то. Я хочу узнать свое прошлое, чтоб понять, КТО Я и чего от себя ожидать. Без прошлого я понятия не имею, кто я в настоящем, - я усмехнулась, - По крайней мере, когда я вспомню, буду знать чего от себя еще ожидать...” “Пожалуй. У твоего Учихи более приземленные взгляды.” “Вот потому то он и идиот! - вновь вспылила я, - Выбить бы из него всю эту ху...” “Так, Кира, - вмешался Чума, - Тебе нужно успокоиться.” Пожалуй... а то только что лопнувшие рядом стекла выглядели очень подозрительно.. Я пошла на гору Хокаг. * * * Там было довольно ветрено и это хорошо. Ветер — как раз то, что нужно. По крайней мере, я не слышу о чем говорят внизу жители Конохи и запахи деревни пролетают мимо меня... Нужна медитация. Успокоюсь и накоплю еще энергии... вряд ли она останется со мной, но если вспомнить, то видение и фантомы их ощущений... им нужна моя сила, хоть и передать я смогу очень и очень мало. Да и вновь рухнувшие барьеры нужно восстановить. * * * Когда я “очнулась”, солнце уже клонилось к горизонту. Пора собираться. Спрыгнуть с горы и пойти домой. Там, забрав пару ножей, засунув в рот что-то почти несъедобное и водрузив за спину полюбившиеся Катаны, я отправилась к воротам, куда должны были придти джонин и заказчик.   —Саске, нет! Не уходи! “Сакура?” - пойти на звуки ее голоса. — Если ты уйдешь я.... я.... я ведь люблю тебя! Я не могу тебя отпустить, я закричу! — наблюдаю как Учиха, при помощи недавно разученной скорости, появляется у нее за спиной.   —Сакура.... спасибо, — быстрый удар и девушка падает ему на руки. Довольно осторожно он кладет ее на лавку.   —Какой же ты гад, Учиха, — вновь смазанная линия, но я не позволила себя отключить, поставив блок. Удар ногой, отклониться и сделать подсечку. Его кувырок, но я быстрее. Ударить ногой ему в грудь — он отшатывается к дереву, и уже пытается отлепиться от ствола, когда я пришпиливаю его кофту кунаем.   —А теперь послушай меня, мальчишка! — еле сдерживаюсь, чтобы не разукрасить кровью его симпатичную мордашку, но мой злой голос говорит сам за себя. — Ты полнейший дурак, если считаешь, что Орочимару поможет тебе набраться сил. У тебя уже есть проклятая печать, и что? Даже если ты научишься пользоваться ею, активировать эту дрянь надолго и часто нельзя — она сведёт тебя в могилу. Ты не можешь даже вырваться из тоненькой лесочки. Ты слаб, но не из-за того, что у тебя никчемный учитель “Я никогда не ду....” — И даже в мыслях сейчас не пытайся отрицать, что ты так не думал! Ты слаб, потому что у тебя нет воли. Ты думаешь только о том, что ДРУЗЬЯ виноваты в том, что ты не можешь стать сильнее, — меня снова прожигали злые глаза. — Разве же я не права? Ах, как легко свалить всю вину на других! Ведь на самом деле слаб ТЫ и только ТЫ. И не в техниках и силе проблема — это дело поправимое. Ты не слаб силой, Саске. Ты слаб духом. И ты никогда не сможешь победить ни меня, ни Наруто, — подойти и забрать нож. — Если хочешь, уходи. Порви связи, что считаешь бесполезными — дурака и могила не исправит. Знающих он слушать не будет, — я покачала головой. Почему я чувствую боль? — Эгоист. Ты эгоист, что переваливает свою вину на других. И из-за такого как ты, Наруто и его друзья будут страдать. А если ты уйдешь, ты не стоишь ни единой их слезинки. Уходи. Но не попадайся мне на глаза. Если еще раз тебя увижу, — слышу, как он достал свой кунай; оборачиваюсь, и мой нож врезался в дерево у его щеки.— Мой нож не промажет, и я тебя убью. Ищешь легкий путь, заставляя друзей страдать. Эгоист. Конечно, тебе решать уйдешь ты или нет, но повторяю еще раз. Если попадешься мне, я тебя убью, — обойти его стороной и пойти дальше. Я и так довольно задержалась, а меня ждет миссия.   —Эй, Кира.... — оглядываюсь на Учиху. Он показательно снял подсумок и положил на землю. Пошел ко мне — я напряглась. Что он хочет? У него ничего нет, но почему его сердце ускоряет ритм. Он исчез. Его губы на моих губах. “Чегоооо?! - выкрикнули мы с Чумой.” А я просто стояла. Его язык лизнул нижнюю губу, прошел по контуру и он отстранился. В его глазах удовлетворение, но не полное. Что?... Зачем? Этот вопрос так и остался со мной.   —Прости, Саске, — мое дыхание сбилось, но надеюсь он этого не услышит. —  Но я тебе не Сакура. Если ты уйдешь и попадешься мне на глаза — я сдержу обещание.   Мы разошлись в разные стороны.   Под бешеные биения сердец. * * * Недовольный партнер по миссии и богатенький заказчик уже ждали меня со злым видом. Я, ничего не говоря, пустилась в дорогу. Этот шаринганистый брюнет все настроение портит. И что это было? Слава богу, хоть Чума молчит.... Я знала, что он уйдет. Но все равно это неприятно и, кажется, обидно... Но почему мне обидно? Хотя, кого я обманываю? Прекрасно ж знаю “Почему.” Привязалась. Выделила его из всей толпы. Посчитала “своим”, поставила на собственную “полочку”, как сделала это с Наруто и Гаарой. Вот только этот сурок занимал Отдельное, свое собственное место. Так, кажется, говорил Чума? Полностью с ним согласна. Привязалась. Сделала то, что Итачи говорил мне НЕ делать. Нет, я скучала и по Итачи, но с сурком все было... как-то иначе. Острее, что ли. Хотя, это все можно объяснить творящимися в моем организме... изменениями. ДО прихода в Коноху я еще никогда так сильно не ощущала эмоции окружающих. ДО прихода в Коноху мой зверь не проснулся, а после его пробуждения весь мир чуть ли с ног на голову не перевернулся! Больше эмоций, больше ощущений, больше острых и неконтролируемых желаний. А сурок слишком часто был рядом, когда категория “свой” приобрела... менее человеческую значимость. И очень не хотелось, чтобы он уходил... Но это не важно. Гордость не поможет Саске остаться. И он понимает, что если останется, его “ Личико—кирпичиком” перестанет быть таким каменным. Особенно при виде брата. * * * Только на полпути к месту назначения, я заметила, что мой напарник хорошенько от меня отстает. Кажется, я была очень зла, так как сказала ему пару не очень ласковых слов и возмущалась, как он вообще умудрился стать джонином, если меня догнать не может?! Думаю, если б он не был настолько уставшим, у нас бы завязалась драка. Я была слишком зла на Учиху и все делала на автопилоте, не замечая никого вокруг и бедному напарнику (имени его я так и не узнала) не оставалось ничего, кроме как идти рядом с клиентом, будто бы я охраняла их обоих. Мне было глубоко на все плевать. Миссия длилась два дня. И то только потому, что эти двое уставали, и приходилось постоянно с ними нянчиться. И на охоту я, и ловушки обезвредь я, и из очередной передряги их вытащи я.... Еще понимаю охрана — моя работа. Но на охоту этот горе шиноби уж мог сам сходить. Но они так выдыхались, что могли только костер развести и поесть. Ну, хоть это мне не пришлось делать за них. * * * Возвращалась домой я со странным чувством опасности. Слишком много знакомых запахов крови по лесу. Слишком много смешанных чакр. И знакомых и не очень. Драка? С чего бы вдруг? Что у них тут произошло? Вначале я еще пыталась держаться поближе к напарнику — все же то, что мелкая слепышка смогла превзойти его - здорового и ловкого шиноби - его хорошенько задело. Но эти запахи заставили меня забыть о нем и воспользоваться техникой перемещения. Я попала прямо к воротам Конохи. Там, как всегда, сидели два закадычных друга. Напряженные и взволнованные.   —Что у вас произошло? — ну да, в этом вся я. Ни здрасте, ни до свидания.   —А, Кира. Учиха ушел, ребята пытались его вернуть, но только пострадали.   —Где они теперь?   —Не волнуйся, с ними все в порядке. Госпожа Цунаде сумела вытащить их. Теперь они отдыхают в больнице.   —Хорошо. Спасибо, — я пошла в больницу.   Ребята еще не пришли в себя. И к ним не пускали. И я быстро увильнула из белых стен, так как почувствовала Цунаде. Хочу оттянуть момент нашего разговора как можно сильнее.   “"Какой же ты дурррррак, сурок,” — сваливаю и разношу по щепке уже n—надцатый по счету тренировочный столб.   —Кира?   —Наруто? Ты же в больнице, — я его даже не заметила. Выглядит побитым....   —Да, — он взлохматил волосы. Но теперь в этом движении не было того задора, на его лице не сияла улыбка, — Прости....   —За что?   — Я не смог его остановить, — и грусть этих лазурных глаз.   —Наруто, — спрятать катаны и подойти к нему. — Ты ж знаешь, вдолбить что-то в его голову — палевное дело. Пока сам на грабли не наступит 26 раз, и они его не ударят по самому больному месту — до него ничего не дойдет, — блондин сжал кулаки. — Давай тренироваться. Не можем же мы уступить этому теме, — усмехнуться и, наконец, добиться его улыбки.