Пантера

Около года прошло с их первой встречи. И все это время ВонШик настойчиво пытается добиться от кота хоть какой-то реакции, кроме раздражения или полного игнорирования. В Рождество он даже осмелился настолько, что самовольно взял руки Тэгуна в свои и закружил того в хороводе, возле принесенной им самим же елки. Но, пусть Тэ и подчинился, прокружив пару кругов, после пошел на кухню, как и собирался ранее, будто и не останавливался. Хотя определенно кот доверял надоедливому парню. Не выгонял, когда тот по-хозяйски оставался на пару дней, так как «крупно накосячил», готовил на двоих, когда тот был в гостях, даже позволил сделать себе «современную» стрижку. За этот год ВонШик успел рассказать почти о каждой прожитой им секунде, благо, слушателем Тэгун был отменным. А вот о самом мифическом существе не удалось узнать ровным счетом ничего, кроме его боязни мегополиса и безграничной любови к рыбе, особенно красной. Сейчас наступила весна. ВонШик торопится к домику своего, как он считает, друга, чтобы поделиться радостью – ему предоставили возможность все лето практиковаться в медицине у японских мастеров. Он безумно переживал по тому поводу, что уже пару месяцев не показывался здесь, и безмерно боялся того, как встретит кот его сейчас. Мысленно парень составлял планы лучшего поведения в той или иной ситуации, но не мог с точностью представить настоящей реакции. Слишком долго и старательно были выложены нынешние отношения между ними. Нельзя позволить разрушить хоть одну сторону этой хлипкой конструкции. Каждое его появление в лесном домике подобно тайфуну. Двери резко распахиваются, тяжелые ботинки летают по коридору, скинутые на бегу, а сам Вон разрождается словесным недержанием, ибо нужно так много рассказать. Он заглядывает на кухню, обыскивает «дворик», и не найдя нигде ТэГуна, впервые решается поискать в его спальне. Страх медленно захватывает его мозг - а что если тот уже знает о его приходе, но старательно избегает? Обычно поиски друга заканчивались намного быстрее – как-будто кот чувствовал, что у него гости и, если находился вне дома, тут же появлялся. И Вону еще ни разу не представилась возможность лицезреть личную комнату старшего. Готовый увидеть пустую комнату, парень даже воскликнул от удивления, увидев на огромной кровати распластанного друга. «Неужели, спит? Не слышал, как я пришел?»… Обычно этого получеловека может разбудить самый малейший шорох, не говоря уже про шумного ВонШика. Но раз уж никакой реакции не последовало, то Шик постарался как можно тише развернуться и открыть дверь, как на зло, громко скрипнувшую. - Стой, - и без того тихий голос, сегодня, казалось, едва вырвался наружу. Юноша резко развернулся, ударившись носом об косяк, будучи еще не уверенным, что это ему не послышалось, и что звук имел место быть. - Хен? – Держась за болевший нос, юноша на цыпочках подошел к кровати и вплотную наклонился к старшему. - Принеси воды. – В этот раз Тэгун повернул голову в сторону гостя, и звук не был заглушен подушкой, но все так же, слова оставались еле различимыми. Когда младший вернулся с водой, лицо кота снова «утонуло» в подушках, поэтому, он положил ему руку на спину и позвал. Старший вздрогнул, а тело под рукой тут же напряглось. Парень медленно поднялся на локтях и отпил, не беря стакан в руки. Все это очень настораживало гостя. Где же обычное раздражение? Не смотря на частый игнор, кот все же одаривал хоть одним злостным взглядом, хотя бы одним ударом. Где все это сейчас? После пары маленьких глотков, Тэ снова бухнулся в подушки. Вон и думать забыл о том, что хотел вытащить друга на поездку в Японию, чтобы вместе любоваться цветением сакуры. И теперь лишь беспомощно стоял на коленях рядом с кроватью, держа в руках кружку с водой. «Что могло случиться такого, что кот даже не встает?». Он всегда считал, что кошачья спальня – это его крепость, в которую даже такому назойливому таракану, как Ким не удастся никогда пролезть, а уж если и получиться хотя бы свой любопытный нос засунуть в щель, то тут же будет выметен веником. А что происходит сейчас? - Хееен. Что происходит? Почему ты не встаешь? У тебя что-то болит? Ну хен! - Парень сейчас словно непонимающий маленький ребенок. - Отстань. – Уже явный прогресс. - Может ты просто устал? Хен! Я сделаю тебе массаж! Я недавно ведь закончил курсы массажиста. Будешь моим первым клиентом. Сейчас как новенький будешь! Обещаю! – Каждое слово юноша как только мог, обогащал позитивом. Больше он пытался успокоить себя сейчас, нежели помочь другу. Не обращая внимание, на категоричные отказы, сопровождающиеся шипением и, позже, рычанием, легонько начал массировать спину между лопаток, сквозь тонкую кофту. Тэгун снова привстал, опираясь на дрожащие руки и, видимо, попытался убить назойливого массажиста взглядом. - Правильно, никто массаж через одежду не делает, - как будто Вон видел совсем другую реальность, где кот не пытался его остановить той крохой, что осталась от его силы. - Сказал же – отстань! Пошел вон! Не нужен мне твой массаж. Не поможет! – последняя фраза была кинута явно совершенно неумышленно. Даже, можно сказать, против воли говорящего. - Тогда расслабляющая ванна! У тебя же есть ванна? – Никак не хотел униматься парень. - Отстань уже. Оставь меня, - Тэгун не на шутку разозлился, даже показал коготки. Все его тело было напряжено, до кончиков усов. - Да ладно, спокойно, спокойно, - нисколько не напугавшись, успокаивает его друг. С силой надавливая на спину, Шику на удивление быстро удалось уложить обратно разбушевавшееся животное. Успокаивая, юноша погладил существо по голове и помял ушки; получив новую порцию утробных рыков, снова приговаривал «спокойно, спокойно», по-дружески хлопая по попе. Кот утихомирился. - А теперь снимем твою кофту. И не вздумай рычать. – Кореец решил было, что имеет какую-то власть над котом, но снять кофту удалось лишь после продолжительной борьбы, получив пару царапин на руках. Зато то, что он увидел, явно стоило того – вся спина была исполосована глубокими ранами, а под правой лопаткой и того больше – был сдернут большой участок кожи. Все раны изобиловали грязью. ВонШик был, мягко говоря, шокирован увиденным настолько, что и спросить не мог, «как удалось получить столько увечий?». Хотя теперь уже и не было надобности задавать вопрос. Любой, даже самый неитересующийся, при виде такого количества ран, задал бы его. - С дерева упал. И раз уж ты теперь знаешь, то дай мне спокойно отдыхать. – Это объяснение не смогло бы убедить даже незнакомого человека, впервые увидевшего мифическое существо, не то, что Кима. Но полукот надеялся, что тот сумеет сдержать сейчас свое любопытство в руках и хотя бы перенесет разговор на более удобное время. - Нет! Теперь точно не оставлю. Надо обработать раны. У тебя есть… - он даже не закончил вопрос, так как внутренний голос сам ему ответил – «откуда в лесу, у человека, который боится города, будет аптечка!?». Младший деловито вышел из комнаты в поисках своего рюкзака – у самого-то постоянно с собой есть обеззараживатель. Пока ВонШик обрабатывал раны, пытался заговорить зубы другу, отлично зная, что шутка может отвлечь от любой боли. Поэтому он занимался тем, что лучшее всего умеет – разговаривал громко, увлеченно, порой даже сопровождая жестами, размахивая самодельным тампончиком для омовения ран. Когда юноша прикасался к глубоким царапинам, то получал хвостом по спине, рукам, по всему, что попадало в зону доступности. Надо сказать, что удары были весьма сильными, и когда удар приходился на руки, то молодой врач не сдерживался и ругал больного. Кот на пару секунд затихал, но снова и снова начинал дергать единственным, не придавленным Шиком органом. Тому пришлось залезть верхом на сопротивляющегося поначалу Тэгуна. Когда студент встал, чтобы взять из сумки заживляющую мазь, только тогда заметил, что все подушки и матрац оказались изодраны острыми коготками. Он ухмыльнулся про себя и продолжил врачевание. - А я-то всегда считал, что кошки в любом случае падают на лапы… - шутливо закончил свой монолог парень, интонацией явно давая понять, что готов ждать от кота истины, и не мучить расспросами. Теперь с обработкой ран завершено. В воздухе повисла тишина. - Почему ты так долго не приходил? – Хоть голос и не изменил себе, но Вон готов был поклясться – будь кот немного эмоциональнее, то сейчас бы он плакал. Это был первый раз, когда тот задал вопрос Киму. Раньше все его реплики сводились к односложным ответам и раздраженным «отстань». Поэтому волнение юноши было ясно. Потрясенный интересом к себе, он впал в ступор, не сумевший вспомнить ни одного из тысячи приготовленных заранее извинений. - Я…я…я.я.я… так это.. – рука сама потянулась к затылку и почесала макушку в попытке расшевелить мысли, - так вышло. - Понятно, - и снова лицо спряталось в подушки. Момент был упущен. Снова тишина. Постепенно мозг ВонШика начал оживать, запоздало выдавая возможные варианты ответа, которые уже никому не нужны. - Нужно помазать повторно. Для лучшего эффекта. – Немного сконфуженно и тише обычного предупредил парень. В этот раз он не стал залазить сверху, надеясь на то, что во второй раз кот будет не таким буйным. Нанося мазь, Вон сразу же дул на ранку, как делала его мама в детстве – так и правда боль становилась меньше. Сегодня его первый раз не учебного применения своих знаний. Сегодня Ким впервые ощутил на себе тот прилив счастья от осознания собственной пользы. Еще будучи ребенком он решил помогать людям. И вот – его первая возможность. И не для кого-то постороннего, а для уже ставшего почти родным существа. Поэтому сейчас он как-то слишком сильно проникнулся всеми населявшими его нежными чувствами, и, еще не ведая, что творит, наклонился и легко поцеловал шею Тэгуна, прямо под линией волос. После, нежно гладил по голове, пока не услышал мерное сопение. Сам, не смотря на усталость от пути и забот о беспокойном «пациенте», ВонШик не решался отойти от кровати, расположившись на полу, и лишь головой пребывая на краешке котовьего ложа. Юноша про себя все повторял "еще пятнадцать минут и ухожу", до тех пор, пока сам не погрузился в сон. Проснулся парень уже на кровати, по правую сторону от друга. Удивившись тому, как с подобными ранами спины можно вообще двигаться, мысленно он стал представлять, какая же сила кроется в соседнем теле. За размышлениями Вон даже не заметил, что безотрывно, беззастенчиво пялится на непонятное существо. Даже не из-за неограниченного любопытства хотелось бы узнать его историю. Парень любовался разрезом глаз, ровным носом, губами. Особенно губами. Неожиданно юноша словил себя на мысли, что хотел бы потрогать эти губы. Очертить большим пальцем совершенный контур, или даже поцеловать… От таких мыслей стало не по себе. Поэтому он резко встал с постели и предпочел уединение удобному ложу. Пару часов парень был предоставлен самому себе и своим мыслям, не поддающимся логике. Ким ВонШик – известный ловелас. Он точно не гей и уж определенно, не зоофил. Но, тогда что за чувства пробуждает в нем Тэгун? На любопытство можно было бы спереть, если бы не сегодняшнее утро. Да и раньше были моменты, когда старший завораживал до мурашек. Не в силах спрятаться от раздумий, кореец вернулся в дом, накипятил воды для чая и сидел на уже излюбленном диване в так называемом зале. Он не решался зайти снова в спальную к другу. Боялся своей разрастающейся реакции. Вон находился глубоко в себе, копая все больше в подсознательное. Настолько глубоко, что не заметил как кот вышел из комнаты и сел рядом. От самоанализа его оторвало настойчивое потрясывание. За сутки парень уже устал от удивлений, но снова был потрясен, увидев рядом с собой друга, что выдавали его раскрывшийся рот и округлившиеся глаза. Некоторое время они просидели молча, смотря друг на друга, как впервые. Тэ, молча, забрал кружку из рук онемевшего заводилы, и глоток за глотком утолял свою жажду чужим чаем. - Я же пил уже оттуда. – Все, что смог выдать находящийся в недоумении юноша. - Хотелось пить. – Как всегда резкий и четкий ответ, не оставляющий возможности на продолжение диалога. И вновь кот все больше ввергает гостя в шок, задавая новый вопрос: «Для чего ты пришел вчера?». - Хотел пригласить в поездку. В Японию. Там красиво. Скоро сакура зацветет. – Настала его очередь говорить односложно. Но интонация слишком отличалась от котовьей. У парня сейчас она была неуверенная, необдуманная. Слова вылетали на автомате. Сколько раз он надеялся на хоть какой-нибудь диалог, но, как оказалось, сам не был к нему готов. Слишком часто для этого существа Вон приходился пустым местом, чтобы сейчас, вдруг, тот начал им интересоваться. Неужели, кот тоже считает их хотя бы друзьями? Парень даже порой сомневался, что старший помнит его имя. Видимо, кот решил сегодня убить своим вниманием незадачливого «друга». Он приблизил свое лицо к чужому, увеличивая удивление юноши, и поцеловал его прямо в губы. Сам. Внутри ВонШика творилась невообразимая кутерьма. Внезапно в животе запорхали бабочки, в которые он никогда не верил, и в то же время, что-то тяжелое, там же, в животе, оторвалось с привычного места и ухнуло вниз, распадаясь на сотни фейерверков, разносивших тепло по всему телу. После, кот молча встал и ушел своей дорогой, оставив на диване оцепеневшую фигуру.