Когда встаёт солнце

Расстояние между двумя зданиями было порой слишком большим, но разве это серьезная преграда для профессионального убийцы? Я уверенно перепрыгивал через пустые переулки, порой скользя на мокрой после дождя черепице. В ушах шумел ветер, который холодил кожу лица, а в голове кружился хоровод мыслей, которые отвлекали и мешали мне сосредоточиться на выполнении задания. Я морщил лоб, мысленно отмахиваясь от своих дум, и лихорадочно соображал, как добраться до церкви быстрее. Здесь нужно повернуть, чтобы срезать. Перемахнуть через деревянное заграждение. Пробежать по толстым канатам через улицу и сразу же прыгнуть на крюк, чтобы подняться ещё выше. Проехать под заколоченным проходом между двумя башнями, подтянуться на руках и забраться на небольшой приступок рядом с куполом церкви. Осталось совсем немного — дотронуться до креста. Я встал на мыски и, вытянувшись всем телом, коснулся ледяной поверхности чугунного знака Божьего. Замерев на месте, я взглянул в сторону гавани, где только поднималось рассветное солнце. Огромный оранжевый диск медленно и величественно плыл вверх, освещая огромные корабли, которые везли товары со всех концов света. Когда-нибудь и меня будет корабль, может, не очень большой, но быстрый и лёгкий, словно волна… — Что, Шэй, ты уже устал? — Насмешливый звонкий голос Хоуп резанул плотный воздух над ещё спящим Нью-Йорком, и я обернулся в сторону девушки. Несмотря на длинную юбку и бесчисленные украшения, она легко и деланно беззаботно преодолевала любое препятствие, словно просто совершала утренний моцион. — Будь ты на задании — был бы уже мёртв, растяпа. — Её голос раздаётся слишком близко; вот она перепрыгивает разделявший нас провал между высоким жилым домом и собором и начинает подъём на купол, ко мне. Я широко улыбаюсь. — Я же добрался до цели быстрее тебя! — Нельзя останавливаться, надо всегда идти вперед! Да и на открытом месте стоять ни в коем случае нельзя — тебя могут увидеть и просто-напросто убить. — Хоуп словно кошка грациозно встала на край какой-то балки и прислонилась к светло-коричневой черепице. — Видом залюбовался? — Она перевела взгляд на далекие здания и, скептически подняв бровь, склонила голову. — Но ведь он великолепен, не находишь? — Я опустился на крошечную плоскую площадку, показывая рукой на какой-то торговый корабль, который почти что покинул порт. — Смотри, люди на том корабле сейчас поплывут в какие-то незнакомые им земли, встретят новых знакомых, узнают что-то интересное… — …А ты научишься бесшумно уничтожать чёртовых тамплиеров! — оборвала меня Хоуп и словно невзначай коснулась моего плеча. — Подумай, что же всё-таки лучше? — Конечно, путешествие в неизведанные страны! — Я насмешливо посмотрел на женщину, чьё лицо удивлённо вытянулось. — Что ж, тогда надо было становиться не Ассасином, а каким-нибудь пиратом, — полным презрения голосом заметила Хоуп и сложила руки на груди. — А тебе — амазонкой, чтобы по праву ненавидеть мужчин, которые так легкомысленны, — рассмеялся я и поднялся с уступка. Девушка поджала губы. — Хоуп, не стоит принимать всё так серьёзно. Неужели ты никогда не хотела бы пуститься в плавание, плюнув на всё и вся, просто отдаться бесконечному морскому простору? Только представь: солёные брызги, яркое солнце, лёгкий ветер, шевелящий твои волосы. Идиллия! Вот где рай на Земле — в море! Хоуп внимательно посмотрела на меня. — Видимо, это и есть предел твоих мечтаний? — Девушка взглянула мне в лицо. — Нет, не совсем. Я бы предпочёл плавать не в одиночестве, а в приятной компании. — Солнце поднималось всё выше, и от стёкол домов по улицам запрыгали весёлые ярко-жёлтые блики. Один из отражённых лучей упал на лицо Хоуп, и я подумал, что она слишком молода и женственна для того, чтобы хладнокровно убивать людей. Девушка наиграно безразлично спросила: — И в какой же компании? И её ресницы чуть дрогнули. За это незаметное движение я по её приказу бросился бы с этой башни на мостовую, убил бы самого Магистра Тамплиеров, подарил бы ей весь мир. Но пока она стояла и выжидающе молчала, и, я готов поспорить, сердце в её груди сжалось в комок, одновременно желая и страшась услышать ответ. Я взглянул в её тёмные глаза и просто ответил: — В твоей. Хоуп улыбнулась, нерешительно дернулась вперёд, и я быстро поцеловал её в губы. Непобедимая воительница смущенно покраснела и, поправив прядь волос, заигрывающее заметила: — Ты даже не спросил, согласилась бы я. Хмыкнув, я притянул девушку к себе за талию и крепко обнял. — Ты бы согласилась. — Ты прав, — тихо отозвалась Хоуп и, обвив мою шею руками, положила подбородок мне на плечо. Я нежно гладил её по беззащитной стройной спине и блаженно думал, что когда-нибудь я приплыву к ней на корабле, и мы уплывём туда, где нас никто не найдёт. В то место, где я касался рукой такого хрупкого позвоночника Хоуп, через несколько лет вошла холодная сталь моего клинка.