Безупречность

На следующий день в поместье Фантомхайв царила напряжённая, почти торжественная атмосфера. Гостей ожидалось немало, и каждый угол особняка сиял чистотой и безупречностью. Слуги суетились, но всё шло по отлаженному порядку. Сиэль, облачённый в строгий костюм, наблюдал за подготовкой с привычным хладнокровием. Лишь одна деталь не давала ему покоя — Себастьян. Он был, как всегда, идеален: изысканный чёрный фрак, точные движения, лёгкая улыбка. Но Сиэль слишком хорошо помнил вчерашние мелкие «ошибки» — забытая штора, смещённая бабочка, салфетки, которых не оказалось на подносе. Для Себастьяна это было невозможным. И граф был уверен: демон сделал это нарочно. Но зачем? Приём начался. Зал наполнился голосами, смехом, светом свечей. Сиэль раздавал положенные улыбки и реплики, однако всё время наблюдал за своим дворецким. Себастьян парил между гостями, словно дирижёр, руководящий оркестром. Казалось, сам воздух подчинялся его жестам. И всё же Сиэль не отпускало ощущение, что за маской безупречности скрывается что-то иное. Когда последние приглашённые покинули зал и двери за ними закрылись, Сиэль поднялся и сухо приказал: — Остальные могут идти отдыхать. Себастьян — останься. Слуги разошлись, и в огромном, только что шумном зале, воцарилась тишина. Сиэль медленно повернулся к своему дворецкому. — Ты всё сделал идеально, — произнёс он холодным тоном. — Слишком идеально. Даже раздражает. — Благодарю, мой лорд, — Себастьян слегка склонил голову, будто не заметив в голосе господина скрытого вызова. — Перестань, — шагнул ближе Сиэль, не отрывая взгляда от чёрных глаз демона. — Я видел твои ошибки. Несколько раз. Ты хотел, чтобы я заметил. Взгляд Себастьяна дрогнул. На одно мгновение в нём мелькнула искра — слишком настоящая, слишком человеческая. Но почти сразу он вновь изобразил ровную улыбку. — Ошибки недопустимы, мой лорд. Возможно, вы переутомились и… — Ложь! — Сиэль резко схватил его за лацкан фрака. — Ты прокололся. И теперь я хочу знать, почему. Повисла тяжёлая тишина. Обычно Себастьян легко отшучивался или парировал обвинения, но сейчас он стоял неподвижно. Его голос прозвучал ниже обычного: — Я… позволил себе лишнее. — Лишнее? — Сиэль нахмурился. — Объясни. — Вы для меня не только душа, — сказал Себастьян почти шёпотом. — Ваши слабости, упрямство, даже ваш гнев… Я слишком часто ловлю себя на мысли, что хочу сохранить это, а не разрушить. Граф замер. Несколько секунд он просто смотрел на демона, пытаясь прочитать его лицо. Но на этот раз привычная маска действительно треснула. — Глупо, — наконец сказал Сиэль, отпуская его. — Ты демон. Ты не способен на чувства. Себастьян слегка улыбнулся, но в его голосе не было насмешки: — Возможно. Но разве вы сами не учили меня, мой лорд, что даже идеалы иногда ошибаются? Сиэль резко отвернулся, глядя в пустой зал. Его сердце билось слишком быстро, и он ненавидел себя за это. Это признание не меняло сути контракта. Не отменяло конца. Но теперь он знал: его «идеальный дворецкий» не так уж безупречен. — Запомни, — холодно произнёс он, скрывая дрожь в голосе. — В конце концов, твоя цель та же — моя душа. — Разумеется, — тихо ответил Себастьян и склонил голову. Но, поднимая взгляд, он позволил себе ещё одну «ошибку» — взгляд, в котором не было голода, лишь что-то куда более опасное. И Сиэль впервые не смог решить: это его победа… или поражение.

***

Поздней ночью Сиэль долго не мог заснуть. Луна заливала комнату серебристым светом. Он лежал на боку, глядя на тяжёлые шторы, плотно задернутые на этот раз. Себастьян ничего не забыл. И всё же воспоминания о его словах не отпускали. Сиэль прижал ладонь к груди, словно стараясь унять предательский стук сердца. — Глупый демон, — прошептал он в темноту. Но сам не был уверен, кого именно хотел обмануть этим шёпотом — Себастьяна или себя.