Эх, на четыре косточки, да на четыре звёздочки...

      0:45 ночи. Квага ворвался в дом и захлопнул дверь. Бушрут в это время смотрел научный канал, и поэтому не стал отвлекаться на вечно бегающего-скачущего-ржущего шута. Тем более по ящику показывали как делают удобрения особого сорта. Но тут Квага загородил телевизор и схватил ничего не ожидающего овощного селезня за плечи. Ботаник (по профессии) был просто ошарашен внешним видом всегда весёлого друга: Квага тяжело дышал и смотрел на Бушрута выпученными глазами. - Где Антиплащ!? - губы клоуна немного дрожали. Было видно, что ему страшно. Более того: последний раз он так пугался только после фильма "Зеркала". Ему потом что то померещилось ночью в зеркале, висящем в туалете. Теперь там нет зеркала. - На полигоне. - Не успел он это договорить, как Квага рванул к названному месту.       Полигоном вся ужасная пятёрка называет огромную поляну через перелесок от их дома. Сам же дом находился в лесу за городом на другой поляне, только поменьше. Они его нашли во время одного из побегов из тюрьмы. Состояние двухэтажного здания было плачевное. Но они его отреставрировали и обжили. Не без изобретений Мегавольта, Кваги и Бушрута, конечно.       С полигона доносились звуки выстрелов. Пока Шут бежал к источнику звука, он чуть ли не упал, два раза споткнувшись о корни деревьев, один раз полетел на землю и стукнулся головой о ёлочку, встал, пробежал каких то два метра и получил веткой чуть выше клюва. Выбежав на поляну, он увидел, как Антиплащ, стоя на одном колене, стреляет из ружья по далеко поставленным мишеням. - Антиплащ! - Селезень в плаще даже не обернулся: - Если ты опять насолил тем панкам, то советую бежать мимо и как можно быстрее, потому что спасать твою задницу я не собираюсь. - Выстрел. - МЕНЯ ХОТЯТ УБИТЬ!!! - Квага схватился за голову. - Они вообще отмороженные! Сказали, что если я не приду завра на разборки, они сами ко мне придут и разборок никаких не будееет! - Последние слова клоун произнёс плачущим голосом, осев на желтоватую траву, и, не убирая рук с головы и поджав ноги, начал, поскуливая, раскачиваться взад и вперёд. Снова выстрел. Антиплащ начал перезаряжать ружьё и напевать: - Мы похороним тебя, под берёзонькой. Под берёзонькой, под родименькой... - Под какой берёзой?! - Квага чуть не упал, но успел опереться правой рукой, а левую поджал к груди. - Какую Бушрут вырастит, под такой и похороним. - Антиплащ усмехнулся и защёлкнул двухстволку. - НЕ НАДО!! АНТИПЛАЩ, ПОМОГИИИ!!! - Шут попытался схватить селезня за плечи, но тот отпрянул и они оба упали: один на живот, другой набок. - Ладно, ладно. Не верещи. Где там эти... Кто там тебя убить хочет? - Антиплащ встал и немного понизил голос, как бы говоря себе. - Я им руку пожму. - Он посмотрел на немного офигевшего и побледневшего клоуна. - Да я шучу. - Главарь ужасной пятёрки направился к краю поляны. Отойдя где-то метров на десять, он остановился и, обернувшись корпусом в сторону всё ещё воляющегося, вопрошающе развёл руки в стороны. - Ты идти собираешься, не? - Он подождал, когда Квага, спотыкаясь, пробежит половину расстояния до него, и отправился дальше.       Всю дорогу до самого моста шут неустанно прыгал во круг Антиплаща и рассыпался в благодарностях и ярких описаниях его обидчиков: какие они злые, здоровые, как их можно найти по запаху перегара... Но вскоре Квага подошёл слишком близко к раздражённому защитнику, и тот влепил ему знатный подзатыльник. Квага аж прошагал шага три по инерции. Дальше они шли в полной тишине.       Вскоре они оказались у трёхэтажного здания. Шут подскочил к двойной почти горизонтальной двери и, немного подпрыгивая от волнения, указал пальцом в её сторону: - Они там, в подвале. - Квага нервничал: он то и дело дёргал за хвосты своей шутовской шляпы. Антиплащ покачал головой и открыл дверь, ведущую вниз.       Их взору открылась освещённая одной лишь лампочкой небольшое помещение, наполненное сизым сигаретным дымом. У стен стояли нагромождённые друг на друга деревянные ящики. По середине стоял стол из двух таких же ящиков, на которую положили круглый лист фанеры. За такой мебельной импровизацией сидели два селезня и один пёс. Рядом с ними стояли два бугая: бульдог и селезень. Антиплащь их определённо видел. Точно! Они работают в порту грузчиками. Сидящие за столом играли в карты.У первого селезня была прямая осанка и зализанные назад перья на голове. одет он был в косуху, джинсы и тяжёлые чёрные берцы. Пёс выглядел не хуже: тёмно-зелёная футболка с Бобом-Крякли, штаны маскировочной расцветки со множеством объёмных карманов. Оба явно чувствовали себя в своей тарелке. Второй из селезней, пускающий дым, был худощавый, сгорбленный, сидел так, будто он тут всем заправляет. В прочем, так и было... - Антиплащ! Старый ты жук! - Он потушил сигарету прямо об фанеру, встал и приветственно развёл руками. - С чем пожаловал? Вот, присаживайся. - он указал рукой на свободное место на против себя, после чего селезень в косухе быстро встал из за стола и притащил ещё один ящик. Антиплащ откинул плащ и сел за "стол". Гостеприимный селезень тоже сел, собрал у всех игроков карты и начал их перетасовывать: - Я вижу, твой клоун пошёл к "папочке" жаловаться. - Карты, лёгким движением рук, перескочили из одной руки в другую. - Он мне сказал, что его убить хотят. - Так и есть. Но, ведь, не за просто так. Он мне очень важную сделку сорвал. Прискакал на своей палке с пружиной... Как там она называется? - он повернулся и слегка подался вперёд в сторону пса. Последний, пытаясь вспомнит, почесал правую щёку: - Кузнечик... Вроде... - Ну, это не так важно. Важно то, что я потерял миллион зелёных. Это не такая уж и маленькая сумма... - Ладно, Павел Степаныч, давай к делу. - Антиплащ встал и опёрся обоими руками о столешницу. - Что ты хочешь за жизнь шута?       Всё это время Квага стоял справа от Анти и старался не смотреть в глаза Павлу Степанычу. Но когда разговор зашёл о цене, он прислушался. - Да ладно?! - Павел откинулся немного назад, при этом одна рука оставалась у него на столе: - Антиплащ собрался за кого то платить? Ребят, слышите, завтра Осла из тюрьмы выпустят. - и все дружно заржали. Ну, кроме Кваги и Антиплаща, конечно. - Не, я серьёзно - сколько ты просишь за него? - После этих слов все разом заткнулись. Степаныч встал в полный рост. Как оказалось, он не на много выше Антиплаща. Но сверлить глазами они умеют оба. - О! А давайте разыграем клоуна на четыре косточки. - Селезень, что сидел по правую руку Павла оживился, взял карты со стола и начал их перетасовывать. - Что ж, отличная идея! - Старший, садясь на место похлопал идейного по плечу. - Молодец! - После он обратился к защитнику клоуна. - Антиплащ, присаживайтесь. Ну так что, сыграем? - Степанович забрал у молодого колоду и, напевая "Эх, на четыре косточки, да на четыре звёздочки...", начал заново мешать карты. Селезень в маске сел и, немного подумав, согласился: - Раздавай. Игра началась.       Лицо Кваги менялось с ходом игры. Ему очень не хотелось, что бы Анти проиграл. Шут, конечно точно не знал, что означает "сыграть на четыре косточки", но догадывался, что эта игра определит его дальнейшую судьбу.       Клоуна немного смутило, что начали они играть не в какую то неизвестную игру, а в обычного переводного-подкидного дурака.       Козырем стали трефы. Поначалу у Антиплаща карт было столько, сколько нужно. Но вдруг их количество стало заметно увеличиваться. В этот момент снова закуривший селезень радостно усмехнулся и подкинул пикового вольта. Анти взял. Квага чуть ли не упал, но его падение предотвратила стена, по которой он медленно съехал на пол. Кон продолжался где - то пол часа.       Финал. У Степановича всего две карты. На руках же Антиплаща их было столько, что, кажется, самое время начать сколачивать для Кваги гроб. СЕМЬ ШТУК! Очередь ходить была за Павлом. Король пик. Селезень в шляпе покрыл тузом той же масти. У Шута, стоявшего за спиной Анти, в глазах заиграла надежда. Антиплащ с досадой отдал короля бубей и отвернулся. Степанович расхохотался и покрыл... тузом треф! Бугаи, стоявшие за спиной победителя, радостно загоготали. Приближённые Павла дали друг другу пять и одновременно пожали руки. Квага застыл с отвисшей вниз челюстью. Ещё секунды три Антиплащ сидел на месте, быстро но тихо отбивая всеми пальцами по столу, как вдруг сорвался с места, схватил до сих пор офигевшего Квагу и рванул к выходу. Молодой селезень и пёс побежали и отрезали пути отступления, бугаи разминали руки, предвкушая мордобой. Анти отпустил руку напуганного клоуна, и злобно оскалился, как загнанный в угол пёс. После он выхватил из за пазухи нож и, перехватив его поудобнее, начал медленно пятиться назад, к двери, где его ждали приближённые Павла. Резкий разворот и лезвие ножа полоснуло юного селезня, стоявшего ближе, по нижней части клюва. Не смертельно, но малоприятно. Антиплащ снова схватил шута и снова рванул к двери, попутно ударив ножом и пса. Бугаи, спотыкаясь о ящики, побежали за ними, но было уже поздно: оба селезня, и Квага, и Антиплащ уже скрылись за дверью. - Сто-оять. - скомандовал Степаныч. - Но они уйдут! - возмутился раненый селезень, прижимая рану. - Ну и пусть идут. - Павел произнёс это с такой интонацией, будто сказал "А что в этом такого?". ***       Тем временем Квага и Антиплащ добежали до противоположного городу края моста и пытались отдышаться. Спустя минуту шут снова побежал. - Да стой ты... Мы оторвались уже... - Анти до сих пор тяжело дышал. Квага остановился и обернулся: - С чего ты взял? - Эти ребята, если от них убежали, преследовать не станут. Фишка у них такая. - А кто они? И что означает "на четыре косточки"? Антиплащ наконец востановил дыхание: - Это были Павел Степаныч со своим отпрыском Лойдом, а так же приёмным сыном Виктором. Ну, я думаю, не надо объяснять, кто из этих двоих приёмный. - Квага понимающе кивнул, а Антиплащ продолжил: - Они торгуют контрабандой из Китая. Ну, там драгоценностями, редкостями и так далее. А разыграть на четыре косточки, означает - разыграть жизнь кого либо, кто данной группе неугоден. - После этих слов Квага снова побледнел. После он бросился к Антиплащу и крепко его обнял: - Антиплащ, спасибо!!! Я для тебя всё что хочешь сделаю!!! - Отпусти! - Ладно. - Квага разжал хватку. - С этого момента будешь моим личным джином с неограниченым лимитом желаний. Квага сразу вошёл в роль: - Как скажете, повелитель... - шут сделал подобие реверанса и на секунду задумался - А на долго? - Пока я тебе свободы не пожелаю. - Антиплащ направился в сторону дома. - Ты идёшь? Квага поспешил за новоявленным "Алладином".