Навстречу мечте

— Мне кажется, ты меня не понял. Ему сделали укол, и сейчас он находится в медблоке под присмотром врачей. Комэ лично вызвал его родителей, потому что надо решать, что с ним делать. Всё более чем серьёзно! Я же вам говорил, что его надо врачу показать, а вы меня не слушали, всё отмахивались. Вот и доотмахивались. Получили нервный срыв. Конечно, нервный, а ты как думаешь? Ой, да ладно, влюбился он! Ничего не влюбился! Можно подумать, я влюблённого рэрди никогда не видел. Вцепился лапками в парня, типа он его собственность, и плевать ему было на то, что чувствует Ли. Нет, они просто общались, разговаривали об учёбе, больше ни о чём, Миризе вечно бегал к нему, используя любой предлог. Нет, никто ни за кем не ухаживал, не придумывай, папа. Кто тебе об этом сказал? У меня что, глаз нет? О чём ты говоришь?! Какой брак?! Папа, они ровесники. Да, ровесники! Миризе давно надо было дать в лоб, чтобы пришёл в себя. Да он на него с выпущенными когтями кинулся! Видите ли, нашему умнику не понравилось, что ему рэрд сказал. Что сказал? Правду, папа, правду! Лучше своему брату помоги. Я уже бегал туда, мне сказали, он спит. И пока его не посмотрит врач, к нему никого не пустят. Кванг вообще считает, что Миризе надо временно полностью изолировать и никого к нему, кроме специалистов, не подпускать. Наивный Ли переживает, винит себя. Нет, никто ни в чём не виноват! И не придумывай. Ему никто ничего не обещал! Так дяде и передай, когда его увидишь. Кстати, можешь с ними сюда приехать, я ужасно соскучился. Тут и поговорим. Да, светлого пути, папочка. Надеюсь, до скорой встречи. — Ханни закончил разговор и обернулся. – Ой, Ли, ты вернулся! Это я с папой разговаривал, рассказывал о том, что случилось с Миризе. Ну, мой братик и учудил! Это ж надо было драться к тебе полезть! — А мне его жалко. — Между прочим, до этого именно твоя жалость довела! Думаешь, он понял, что ты его просто жалел и не хотел обидеть? Щас! Он принял твоё поведение за слабость. — Всё равно жалко. Ханни завёл кверху глаза. — Вы стоите друг друга. Боюсь, при таком твоём отношении наш Миризе от тебя никогда не отлипнет. Несмотря ни на какое лечение. Разве что отсечением дурной головы. Так и будет хвостом таскаться, мученика из себя изображать. Послал бы ты его, а? — Не могу, он хороший, — вздохнул Линад. — Ты сам не знаешь, что хочешь, — в сердцах воскликнул Ханни, возмущённо всплеснув руками. — Да ничего я не хочу! Просто общаться, и всё! Я ему так и сказал, а он разозлился и когти выставил. Как только увернулся! Он бы мне лицо всё исцарапал! — Жаль, что увернулся! Так бы быстрее до тебя дошло, и мозги прояснились! А то жалко ему Миризе, видите ли! Нашёл, кого жалеть. А знаешь, что я узнал, пока у медблока толкался? Мы на выставке взяли второе место и три дополнительных приза! Но кому они достались, я так и не узнал. Победители поедут на Миссу, их там торжественно поздравят и вручат подарки. — А у кого первое? — Естественно, у Свободной Академии! Там же многие с художественным образованием! Я, конечно, догадываюсь, кто из наших взял второе место, но пока говорить не буду. А ещё говорят, твой «Сбор ягод» получил больше всего очков. Кстати, Миризе, кроме тебя, никто и не жалеет. А вот на твоей стороне все: и рэрды, и рэрди всех курсов, и наставники. — Ханни, нельзя так. Тем более он твой брат. — И что? Мне нужно поддерживать все его сумасбродства? Ладно бы, и правда, любил! Бывает же небесная любовь, я не отрицаю. Но ведь нет! Просто вцепился, как айярс в добычу. Ой, извини, опять папа вызов прислал. Ли не стал мешать другу и вышел из комнаты. Немного постоял в коридоре и спустился по боковому ходу на улицу. Но почти сразу столкнулся с Харрай. — Привет роковому рэрду! — отсалютовал тот ему. — Издеваешься? — Завидую, — ухмыльнулся старшекурсник. — Умеешь ты, Ли, находить на свою голову проблемы. — Они меня сами находят. — Поздравляю! — С чем? С очередной проблемой, что ли? — С призом! Это я тебе по большому секрету говорю. Ты у нас везунчик, выиграл один из пяти призов зрительских симпатий. — Не может быть! — Может. Наш куратор сказал, что вас определяли чисто математическим способом — по количеству очков. Твой «Сбор урожая» побил все рекорды. Так что готовься к поездке на Миссу. Ты сейчас куда? — Хочу развеяться, до спортивной площадки дойти. Чего смотришь? Расстроился я из-за Миризе. — Ты ещё скажи, что ему надо было поддаться. Ему и не сосчитать, сколько раз говорили, чтоб не ходил за тобой и не надоедал. А он никого не слушал, продолжал таскаться, как привязанный. — Может, ты мне и скажешь, какого Згана он это делал? — Поставил цель тебя поймать, вот и оплетал со всех сторон для надёжности, чтоб в последний момент не вырвался. Я так, во всяком случае, понимаю. — Зачем? Ну, зачем я ему сдался? Сам по себе я никто и ничего из себя не представляю. — Это тебе так кажется. А для него ты явно что-то представляешь. И вообще, чтоб был под рукой, когда ему понадобится или приспичит. Он сделал выбор в твою пользу. Я слышал о таком, но, если честно, не верил, чтоб рэрди так себя вёл. Плевать ему на любовь, он нашёл подходящего, по его мнению, рэрда и вцепился мёртвой хваткой. Да, характерец у Миризе ещё тот! — Подходящего для чего? — растерялся Ли, ошарашенно покрутив головой. — Для чего? Ты как маленький, честное слово! — засмеялся Харрай. — Для продолжения рода. Отца своим будущим детям. Ли в шоке уставился на парня. — Если это и в самом деле так обстоит дело, тогда Миризе, и правда, лечить надо, и чем раньше, тем лучше. — А никто с этим и не спорит. — Что-то я не горю желанием быть отцом его детей. — Посмотрим, что ты скажешь к окончанию Академии, — Харрай ухмыльнулся и хлопнул Ли по плечу. — Или ты предпочитаешь рэрдов? Вдруг я тебе нравлюсь? — Слушай, шёл бы ты, а? — неожиданно разозлился Линад. Первым развернулся и пошёл прочь, не прощаясь. Харрай лишь качнул головой. Ли так хотел тишины и спокойствия, но, видно, не судьба была ему уединиться. На подходе к спортплощадке он столкнулся с Хартом и сразу вспомнил, что хотел сам с ним поговорить. — Можно тебя на несколько минут? — спросил он наставника. Рэрд послушно отошёл за ним в сторону. — Хочу спросить о Ханни. Мне кажется… — Ли, хочешь совет? Не уподобляйся всезнающему скраду. Ты — не он. Думаю, мы сами как-нибудь без кого-либо разберёмся. Впереди ещё три года на раздумья. Я не собираюсь никого торопить и заставлять делать против воли. У нас с Ханни взаимная симпатия. Вот пока всё, что тебе надо знать. — Мне этого более чем достаточно. — Вот и замечательно, что мы так быстро разобрались. Для меня самого влечение к столь юному рэрди слишком непривычно и неожиданно. Как-то раньше у меня были партнёры и партнёрши постарше. Так что я понимаю твои опасения, защитник рэрди, — Харт немного помолчал, а потом вдруг выдал странную фразу: — Лично я бы на твоём месте был поосторожнее. — Ты о чём? — Об одном из мастеров, который явно уделяет тебе слишком много внимания. Впрочем, не думаю, что он рискнёт к тебе напрямую приставать. По крайней мере, сейчас. Линад уставился на Харта круглыми от изумления глазам, не веря своим ушам. — Я? Ммммастеру? Кккакому? А… ты… ннне ош… шибаешься? Харт качнул головой и, довольный произведённым эффектом, отправился по своим делам, оставив Линада, ошарашенного его советом. Тот застыл на месте, пытаясь переварить сказанное. За его спиной раздался еле слышный шелест раздвигаемых веток. Паренёк шарахнулся в сторону, но тут же с облегчением выдохнул, увидев озабоченного чем-то Ойла. — Светлого пути, мастер, — Ли перевёл дыхание. — И тебе светлого. Поговорим? — А… о чём? — О… нас. О тебе и обо мне, — решительно ответил рэрд. И тут Ли почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Сегодня с событиями и полученной информацией у него явно был перебор… Он очнулся, сидя на коленях у Ойла в зарослях какого-то кустарника, оттого, что тот поднёс к его носу нечто пахучее, пробивающее до слёз. — Ты как? Пришёл в себя? — Ну, да… кажется, пришёл. Или не пришёл… я ещё не понял. Я вообще сегодня ничего не понимаю. Ойл ласково погладил его по волосам, явно пытаясь успокоить. — Харт говорил тебе обо мне. Я случайно услышал ваш разговор. — Неправда. — Ну, хорошо, да, я подслушивал вас. — Зачем? — Я… мне нужно было понять, что вас связывает. — Нас? Связывает? Меня и Харта? Абсолютно ничего, кроме поверхностного знакомства и Ханни. — Это я уже понял, — вздохнул Ойл. — Но не ожидал, что он начнёт с тобой этот разговор… собственно, Харт не имел права разговаривать с тобой о подобных вещах. Понимаешь, существует профессиональная этика… я вообще не считал нужным говорить с тобой на эту тему. Пока. Решил отложить наше более тесное общение лет эдак на пять. Потому что мне кажется, это преждевременно. — Полностью с тобой согласен, — ляпнул не до конца пришедший в себя Линад. — Ты ещё слишком мал и сам не понимаешь себя, свой организм. Знаешь, едва я увидел тебя, как почувствовал притяжение. Мне нравится смотреть на тебя, наблюдать, как ты двигаешься, улыбаешься. Общаться с тобой, пусть и по мелочам. И я вовсе не хочу, чтобы ты бросил наши занятия из-за того, что сказал Харт. Считай меня заинтересованным лицом. Хорошо? Я не собираюсь тебя ни торопить, ни переубеждать, ни соблазнять. В этом нет такой необходимости. Просто хочу, чтобы мы узнали друг друга лучше. Решение примешь ты сам. А к Миризе… ты будешь смеяться… я ревную тебя. И уважаю за его смелость и уверенность. Я бы так не смог. Ли закрыл уши. — Не хочу ничего про этого ненормального рэрди слышать. — Он не ненормальный, а несчастный. Встретил подходящего рэрда неподходящего возраста. Не злись на него, а попытайся понять и простить. — Я на него не обижаюсь и не злюсь. Даже хотел поговорить, но Кванг меня и близко к нему не подпустил. Сказал, чтобы не было рецидива. — Думаю, наш главный психолог прав. Ойл отпустил, наконец, парня, и тот съехал с его колен на траву. Ли обхватил руками согнутые ноги и о чём-то задумался. — Как всё странно и сложно, — вдруг сказал он, ни к кому не обращаясь. — В жизни всегда так. Чаще всего. За редким исключением. Когда-то я смеялся над любовными терзаниями старшего брата, а теперь сам оказался на его месте. Но не жалею. Тогда дед нам сказал, что всему своё время, мол, наш организм сам нам подскажет, что ему надо, и определит цель. Я ему тогда не поверил. — А теперь? — Теперь, — Ойл усмехнулся, — верю. Мой организм чётко отреагировал на тебя. Линад вздрогнул, тоже кое-что вспомнив. И неуверенно кивнул. И посмотрел на Ойла. Их глаза встретились. Внезапно перед ними возникли Арден и Нграфф, они дружно раздосадованно зашипели и, извинившись, так же мгновенно исчезли. — Это что было? — спросил уже уставший удивляться Линад. — Сам не понял, если честно. Откуда они выскочили? — Небось здесь переброска стоит, — отмахнулся Линад, его не это удивило. Ойл закатился от смеха. — Ну, Ли, ну, Ли… вот что значит тесное общение со скрадом! Тебя, смотрю, ничем не удивить. — Да ладно! Я сегодня весь день удивляюсь. Уже устал. — Не о том речь. В данном случае ты удивляешься от недостатка жизненного опыта, чужой логике и поступкам. Поверь, это дело наживное. А я говорю о другом: твоей реакции на изменение внешних условий. Объяснение на первый взгляд необъяснимого. Молодец, у тебя крепкие нервы и хорошая реакция. Из тебя получится отличный охотник. Ладно, пошли, а то, видишь, как все всполошились. — Интересно, кто и что подумал? — Мне кажется, первый и основной вопрос, кто и что увидел, — улыбнулся Ойл. «Скорее всего, кто-то заметил, как я тебя нёс на руках, и вообразил не пойми что…» Так он подумал, но не стал говорить парню, которому, действительно, слишком много досталось за один день. — Я не очень грязный? — спросил его Ли, вставая и пытаясь осторожно повернуть голову назад. Ойл с удовольствием заботливо его отряхнул. — Всего ничего. Так, по мелочи. Перед тем как выбраться из кустов, Линад посмотрел на рэрда. Самому себе он твёрдо мог признаться, что ему рядом с Ойлом действительно просто и легко. Как ни с кем посторонним. — Спасибо за откровенность. Не переживай, я не собираюсь отказываться от твоих занятий. Мне нравится заниматься эттроо. И нравится, как ты двигаешься. Очень красиво, — улыбнулся Ли тому на прощание и первым выбрался из кустов. У него сработал таймер, Ли опаздывал в студию. Поэтому ему пришлось бежать со всех ног за рисовальными принадлежностями, чтобы успеть. Но, оказывается, он мог бы и не торопиться, на полпути ему встретился Эйни, держащий две папки — свою и его. — Пошли скорее! Естественно, они оказались последними, народу было в студии — не протолкнуться. — Можно начинать! — сказал кто-то. — Сегодня мы хотим объявить вам первым имена наших победителей! — громко сказал Комэ, чьего присутствия в студии никто не ожидал. — Для нас большая честь взять половину конкурсных призов. Второе основное место и целых три приза зрительских симпатий! Сейчас я назову имена курсантов. Победители, имейте в виду, что за получением призов вам придётся отправиться на Миссу и предстать перед отборочной комиссией и зрителями, которые будут вам рукоплескать. А теперь тишина! И Комэ стал торжественно называть призёров. Рэрди то и дело радостно повизгивали. А победителей обступили друзья, знакомые и незнакомые рэрды и рэрди. Их дёргали, тормошили, целовали и обнимали от избытка чувств. «Жаль, нет Миризе. Он был бы рад», — некстати подумалось Ли. Занятия по такому случаю отменили, и Ли каким-то чудом сумел свернуть в сторону и остаться в полном одиночестве. Ноги сами понесли его к медблоку. Там он наткнулся на озабоченного Ханни, переминающегося с ноги на ногу. — А ты тут что делаешь? — одновременно спросили они друг друга и рассмеялись. — Я папу жду, — признался Ханни. — Он приехал вместе с родителями Миризе и нашим дедушкой. Они зашли туда, к врачам. Представляешь, оказывается, приехали три очень известных врача, чтобы решить, как лечить моего братца. — А я… я не знаю, как-то само собой получилось… нам объявили победителей конкурса. — Да ты что! — Если бы была такая возможность, то… Миризе порадовать… я думаю… — Пффф, тебе надо поменьше думать о нём. — Не могу. Ведь в том, что произошло, есть и моя вина. Мне следовало сразу с ним поговорить… — Думаешь, ты бы смог до него достучаться? Я в этом очень сильно сомневаюсь, парень. — К ним незаметно подошёл незнакомый рэрд. — Так что ты хотел передать Миризе? У тебя есть такая возможность. Он сейчас вполне адекватно себя ведёт. — Скажите ему, что Линад взял приз зрительских симпатий. Я хотел бы, чтобы и он порадовался за… него. Если, конечно, это не навредит Миризе. — Не думаю. Я передам твои слова, возможно, эта новость даже поможет, и он отвлечётся от собственных переживаний, — кивнул рэрд и вошёл в медблок. — Ух ты! Здорово! Ли! Представляешь, ты полетишь на Миссу! — взвизгнул Ханни и бросился к соседу на шею. — Поздравляю! Пошли в корпус, а то я устал тут болтаться. Думаю, папа сам к нам зайдёт. Новость о победителях конкурса в одно мгновение облетела ЗА, и когда они добрались до своего этажа, Ли притомился благодарить за поздравления и, извинившись, закрыл за собой дверь в комнату. — Ой, я и не думал, что слава — это так утомительно, — прошептал Ханни, плюхнувшись на свою кровать. — Я бы точно не выдержал и устроил истерику. — Считай, что я её устроил, — вздохнул Ли, растянувшись на полу с закрытыми глазами. — Зорген в таких случаях говорит, что бы ни случилось, меня не кантовать. *** — Папуля, приветик! Как ваши дела? Много твоих любимых ягодок насушили? Не понял… как это, почти ничего не собрали? Полностью?! Ни ягодки?! А куда они делись? В предыдущий раз только внизу ничего не было. Странно. Какие у вас новости? Скрад башенку отремонтировал? Ого! Хочу посмотреть. Недавно, говоришь… что-то у меня в голове такое крутится, сейчас… Вспомнил! Я понял, кто твои ягоды собрал! Точно знаю! Ха, есть вещественные доказательства! Нет, не вывернутся. Не поверишь, но висят в галерее на Миссе. Мы тут на днях на выставку рисунка «Моя Империя» летали. Называется сие творение «Киуйя. Сбор урожая» или типа того. Нарисован большой ягодный куст, с которого обрывают ягоды проходимцы сийю и исинэ. Ага, точно-точно исинэ! Их со спины нарисовали. Забрались вглубь куста так, что одни хвостики торчат. Так что никакого чуда, просто ловкость рук. Кто рано встаёт, папуля, того и урожай. Меньше спать надо по утрам и не бодрствовать по ночам, читая любовные романы земов.