I stand alone

- Махариэль. – пробуя на вкус, растягивая звуки, басом произносит наёмник. Эльф смешно морщит нос и вновь прикладывается к доброй кружке медовухи, делая вид, что не слышал своего имени. Не нравится оно ему. Не нравится и надо было что-то с этим делать, а то «босс» да «босс»… не по-дружески это как-то. Слишком много острых углов, наконечников стрел, торчащих из тонкой спины. Странная версия дикобраза… Песнь лютни заглушает пьяные голоса таверны, плеск хмеля, звон пинт. - … Маха. – без угрызения совести у имение отрывают конец, его половину и выкидывают в никуда, оставляя это простое короткое «Маха». Вестник Андрасте, совсем не ожидая такого подвоха со стороны Быка, звучно хрюкает в медовуху и поднимает на коссита удивлённые глаза. Острые уши дрогнули, изображая приступ нервного тика. - Не коверкай моё и без того безобразное имя. – бурчит эльф, вытирая губы тыльной стороной ладони. Бык только устало мотает головой, специально задевая рогом эльфийскую макушку. – Ай тыж бл… - Я не «Бл…». Ладно, «Маха» не прокатило. Наёмник снова уходит в раздумья, как бы обозвать своего босса. Обозвать и чтоб тот не обиделся. Гм… наглый Вестник тем временем переливает медовуху из косситской кружки в свою. Не пропадать же добру, пока Бык копается в своих ящиках сознания? - Махаон! – резкий ор разносится по всей таверне. Эльф, занятый во истину «важным делом» вздрагивает, роняет обе пинты и чуть ли не шарахается с нагретого места, оглушённый ором кунари себе в ухо. Бык самодовольно усмехается, поправляя съехавший капюшон на голове босса. – Махаоном будешь, вот. -… бабочка. – мрачно выдает «Махаон». - Бабочка. – повторяет наёмник за ним. – Ты имеешь что-то против бабочек? - Я, твою на лево, бабочка! Дожили, ох… - Махариэль злится, пыжится ежом и топорщит несуществующие иглы-стрелы из-под кожи, а коссит тихо ржёт в новую пинту медовухи, не в силах выдержать на себе озлобленный взгляд ушастого. – Ой, да завались! Смех распирает таверну. Махаон, так Махаон.