Мы едем-едем-едем
29 декабря 2014 г., 09:54
Тем временем где-то глубоко-глубоко в сугробе:
— Я пытаюсь! — злобно орал доведенный до белого каления Джуниор, вдавливающий в пол педаль газа. — Как вообще, по-твоему, мы можем выбраться отсюда, если увязли на километр-другой в этом гребаном сугробе?
— Километр-другой — это слишком много, — постановил не умолкавший ни на секунду Ларс, — максимум сотня метров, да и то много. Я вообще где-то читал…
Леон же велел Эллефсону «стараться лучше» ибо снег мягкий, а машина у правительственного агента была самая что ни на есть гибридная и очень-очень мощная. Дэйв же лишь стиснул зубы и прибавил газу, заставив джип жалобно взвыть. По радио заиграла еще одна очередная добрая, старая рождественская песенка. Ненавязчивая, издевательски жизнерадостная мелодия сливалась с балабольством Ульриха и советами Леона, создавая, таким образом, весьма неприятную какофонию. Спустя пару милых, душевных куплетов, басист «Мегасмерти» не выдержал и, отобрав у Кеннеди пистолет, несколько раз выстрелил в надоедливый приемник, после чего, предварительно поставив оружие на предохранитель, сунул его обратно в кобуру правительственного агента. Ларс мгновенно умолк и тревожно посмотрел в горящие безумием карие глаза Дэвида, после чего неуверенно осмотревшись, тихо произнес, обратившись к водителю, на чьем лице больше не отражалось каких-либо сильных эмоций: «ты его с «нейтралки» сними».
Эллефсон недобро посмотрел на Ульриха, так напомнив ему в тот момент маньяка по имени Стивен, неизменно исполняемого великим Элисом Купером на концертах. Кровь мгновенно застыла в жилах датчанина, а когда джип сорвался с места и с хорошей скоростью понесся, пробивая себе путь под толщей снега, парень вжался в сиденье, крепко впившись в него окаменевшими от ужаса пальцами и испуганно глядя на искаженное гримасой дикого безумия лицо Джуниора.
— Дэйв, ты ведь ничего сейчас не видишь, воспользуйся радаром или… — начал было Леон, тревожно глядя на шальной оскал парня.
И Эллефсон весьма благоразумно воспользовался советом Кеннеди, посмотрев на приборную панель, но в следующую секунду машина вылетела из сугроба и, пролетев по воздуху какое-то время, вновь мягко приземлилась в мягкий сугроб. По инерции проехав еще пару десятков метров, Джуниор остановил транспортное средство, спешно передав управление Кеннеди. Тот тут же согласился сесть за руль и пересел на водительское место. И вот гибридный красавец внедорожник вновь помчался сквозь снега навстречу новым приключениям.
***
Машина под управлением чуть менее раздраженного Леона пошла значительно мягче. Эллефсон же умудрился починить приемник и включил какой-то рок-н-ролльный канал, а Ларс, понявший что опасность, наконец, миновала, вновь принялся травить байки… Из динамиков в какой-то момент зазвучала легендарная «Дорога в ад» великих «Эй Си/Ди Си» и несколько приободрившиеся ребята тут же жизнерадостно затянули несложный мотив, подпевая Бону Скотту: — I’m on the highway to hell! Highway to hell! Ларс присоединился к пению, и все, казалось, было просто замечательно. А когда друзья выехали на хорошую расчищенную дорогу, казалось большего и желать просто невозможно. Машина быстро преодолевала спуски и подъемы, легко маневрировала на поворотах, и ничто не предвещало беды, когда внедорожник внезапно заглох на очередном пригорке и начал медленно опускаться вниз. Глаза Леона расширились от удивления и легкого ужаса, словно от осознания того, что случилось что-то очень страшное. Парень, быстро остановив машину, вышел наружу и, заглянув под капот, не обнаружил там никаких поломок. Затем он вернулся назад и был встречен тирадой советов, многословных размышлений и предположений Ларса, это немало разозлило Кеннеди, что просто не могло не отразится на его лице… Внезапное озверение Леона вызвало непроизвольный ржач Джуниора, который теперь являлся скромным наблюдателем и личной ответственности уже ни за что не нес. Сдержав желание заехать ржущему Эллефсону в морду, отважный правительственный агент несколько раз тщетно попытался завести машину, после чего вновь вышел на улицу и принялся рыться под капотом. В скором времени к нему присоединился Дэвид, с умным видом осмотревший потроха машины, ничего, естественно, не поняв, но, с видом эксперта, сказал, что никаких проблем он не видит. Спустя пару секунд, Ларс, которому наскучило сидеть в салоне автомобиля, тоже выбрался на свежий воздух. Вместе с остальными заглянув под капот, датчанин принялся строить гипотезы причин произошедшего, а в какой-то момент нырнул под машину и уже через секунду оттуда донеслось его радостное: «Ага!». Вернувшись к своим друзьям, парень сказал, что «полетела» какая-то деталь, которую нужно заменить, иначе ничего с починкой не получится. Выругавшись, Леон нервозно зашагал вперед по направлению к ближайшему населенному пункту, рассчитывая приобрести там необходимую запчасть, оставив Эллефсона в компании Ульриха, который согласился подождать друга здесь и даже развлечь Дэйва интересными житейскими историями. Когда Джуниор понял, что насчет «интересных историй» датчанин не шутил, он кинулся догонять Кеннеди, заверяя его в том, что в безлюдных районах Англии не более безопасно чем в диких испанских деревушках и вдвоем в этих краях будет не так страшно, а с Ларсом в машине ничего страшного не случится… Ну, по крайней мере, не должно. Кеннеди же, поняв в чем дело, предложил отправить Ларса одного, как самого шустрого из всех. Ульрих по какой-то необъяснимой причине согласился и зашагал по направлению к ближайшему населенному пункту.***
Тишина. Покой. Уши полностью отдыхали… За окнами машины шел снег. Освещенные светом фар крупные хлопья медленно падали на дорогу. Джуниор и Леон вот уже десять минут сидели в машине: Эллефсон вновь занял водительское место, Кеннеди же развалился на заднем сидении и листал журнал. Все было хорошо. И даже риск не успеть на праздник был не так уж и страшен, учитывая состояние полной расслабленности и умиротворения. И казалось, что ничто не может нарушить этой идиллии, когда внезапно вернулся говорливый датчанин, принесший необходимую деталь и чего-то поесть. Никто не думал, что Ульрих вернется так рано и намолчавшись за время своей прогулки примется балаболить в три раза более неугомонно и многословно чем раньше. Вновь врубив музыку и нервозно, весело проорав: «Ва-ха-ха-хау!!!», Джуниор мгновенно сорвался с места, разгоняя четырехколесного красавца, принадлежащего Леону, сразу до трехсот километров в час и несясь к дому Осборнов, стараясь не обращать внимания на то, что говорил Ларс и внезапное замечание Леона, относительно того, что до наступления нового года осталось не более получаса.***
И вот крутой внедорожник, взметнув в воздух снопы искрящихся снежинок, ревя, словно разгневанный Тилль Линдеманн, въехал во двор дома Осборнов, паркуясь рядом с собачьей упряжкой Немезиды. — Как же вы вовремя! Уже без двадцати двенадцать и мы уже думали что придется праздновать без вас! — радостно поприветствовал вновь прибывших хозяин дома, наряженный в праздничную красную шапочку. — Да, Джуни, мы уже думали, что нам достанется больше выпивки! — язвительно пошутил над своим старым другом Мастейн на что в кой-то веки получил от своего терпеливого няшки-басиста тираду шикарных ругательств и обещание и ни под каким предлогом никогда не возвращаться в группу. Выпустив пар, Эллефсон быстро зашагал в дом. Дэйв же лишь поржал с истерики своего старого друга, последовав за ним в помещение, по-прежнему весело улыбаясь и предвкушая незабываемый вечер в хорошей компании, полный выпивки и веселья.
