Бойся

Утро принесло две новости. Обе не радостные. Первая и более ожидаемая это боль в пояснице. Вторая – приезд родителей. Повезло лишь в том, что Юра проснулся рано. Ему нужно было приготовить краски и холст, заодно он убрался в комнате после ночных приключений. Мы и раньше, еще живя у родителей, менялись спальнями. Поэтому увидев меня закутанного в одеяло в кровати брата, мама не стала меня будить. А когда я проснулся, Юра между делом сказал родителям, что я заболел. И сейчас бездумно грызя яблоко, я смотрел на маму. Рыжеволосая невысокая самая дорогая для нас женщина. Она тепло улыбаясь, рассказывала как у них дела без нас, то и дело оглаживая ткань платья. Теплый серо–зеленый взгляд не спеша скользил по комнате. Тонкие пальцы перебирали складки на сарафане. Я видел что мама никак не решается мне что–то сказать и решил спросить напрямую. – Ма, что–то случилось? Женщина вздохнула и улыбнулась, потрепав меня по голове. – Все–то ты замечаешь, – отозвалась она, – Отец хочет взять с собой Юру в командировку. Рассчитывает познакомить его с парочкой старых друзей. Вроде среди них есть и художники. Я мысленно нахмурился. Вот уж чего не ожидал, так этого. Нет. В любой другой ситуации я бы только порадовался за брата, но только не сейчас. У нас ведь все только стало складываться. Точнее с мертвой точки сдвинулось. Блин, и вообще, хочу романтического утра, когда тебя будят не голоса родителей, а нежные поцелуи любимого. Я поперхнулся яблоком и закашлялся. О чем я, черт возьми, думаю?! Конечно, я люблю его, но... Задумавшись, не заметил, как в спальню вошел отец. Высокий статный сероглазый мужчина с коротко подстриженными темно–русыми волосами. Подойдя к маме, отец чмокнул ее в макушку и подмигнул мне. – Вот скажи мне, кто в начале лета болеет? – весело поинтересовался он, показано нахмурив брови. – Я, – вяло отозвался и наигранно хлюпнул носом. Отец ухмыльнулся. – Так, мы сейчас в магазин, тебе что-нибудь купить? – Ага, вишневое мороженое или сок, – тут же отозвался, – А можно и то и другое. Мама кивнула и вместе с отцом покинула спальню. Послышался голос брата, ему что–то ответил отец, хлопнула входная дверь и все стихло. Через пять минут на пороге появился довольно улыбающийся Юра. Я же мрачно на него уставился. Брат нахмурился. – Что случилось? – поинтересовался он, плюхнувшись рядом, нырнул рукой под одеяло, привычно пощекотав по животу. Я хрюкнул. Рука у него оказалась холодной. Брат ухмыльнулся и прошелся по ребрам. Не выдержав, захохотал и начал от него отбиваться, изредка морщась от боли. Хотя это было лишь показное, болело не так сильно как ожидалось. Через пять минут, умирая от смеха и слабо дергаясь, случайно провел рукой по паху Юры. Огось! Брат тут же отстранился и резко двинулся к выходу, но я успел поймать его за руку. – Инцест! – весело закричав, дернул его к себе. Повалив, тут же оседлал и, смотря взглядом победителя в серые глаза, прочел в них жгучее желание. Усмехнувшись, нарочно поерзал, отчего брат хрипло выдохнул. Медленно нагнувшись к губам, слегка прикусил нижнюю и углубил поцелуй. Руки Юры легли на бедра и меня попытались подмять под себя, но я прекратил эту попытку, подняв и зафиксировав его руки над рыжей макушкой. Вновь поцеловал. – Неее, – я нахально улыбнулся, – Теперь моя очередь. – Родители скоро вернутся, – предупредил он, однако в его глазах уже заплясали чертята. Я вновь наклонился, целуя шею. Отпустил руки и прикусил твердый сосок, слегка лизнув, проделал тоже самое со вторым. Юра со свистом втянул в себя воздух и застонал. Я провел мокрую дорожку до резинки шорт и едва касаясь, очертил языком границу, поцеловал. Не отрываясь, взглянул на Юру. – Какой у меня развратный брат, – усмехнулся парень, и резко за волосы притянул меня к себе за поцелуем. И все-таки перевернулся, подмяв меня под себя. Я зашипел от легкой боли и мстительно прикусил ему язык, на что он лишь улыбнулся сквозь поцелуй. Мазохист, что ли? – Ты первый совратил своего младшего наивного братца, – не остался в долгу, и в странном порыве притянул к себе и обнял его. – В каком месте мы наивные? – поинтересовался он мне на ухо и слегка прикусил мочку, – Ты сам меня совращаешь, особенно сейчас. Он выдохнул и поцеловал меня в шею и ключицу, отстранился и чмокнул в нос. – Как бы ни хотелось, но сейчас не время, – проговорил он и поднялся. Врешь! Не уйдешь! Я быстро вскочил вслед за ним, роняя на пол одеяло и, едва на нем же не поскользнувшись, обнял брата со спины и ловко просунул руку под резинку шорт. Брат дернулся, выругался и замер. Я тоже застыл, пытаясь понять свои действия. Впрочем, высунув кончик языка, погладил большим пальцем твердую плоть и тут же оказался на кровати. А брат, тихо рыкнув, вылетел из спальни. Я заржал. Больной, пора вам лечиться. Раскинув руки в стороны, уставился в потолок. Мда... Как все поехало-то в голубые дали. Меня отымели, хотя я ни разу даже об этом не подумал. Втюхался в своего старшего брата и вполне этим доволен. Моральных мук, как говорится, пациент не испытывает. Совесть мирно дрыхнет на своем месте. Интересно, а что чувствует Юра? У него это просто физическое влечение или же такой же бред как и у меня? Я провел языком по припухшим губам. Покосился на свое достоинство и, решив, что Юра вполне уже справился со своим стояком, поднялся. Надо бы и себя в порядок привести. Родители приехали минут через пятнадцать. Как раз когда я выходил из душа. Нагруженный кучей пакетов, отец вилял по всему коридору, то и дело норовя что–то да уронить. Брат же забрал пакеты у мамы и, обсуждая с ней свою дипломную работу, спокойно следовал за папой. Идиллия прям. Решив не халтурить, забрал парочку пакетов у отца и шепотом поинтересовался про подарок брату. – Почти все готово, – отозвался тот, – Доску из красного дерева привезут на следующей неделе, а краски мне друг достал. Schmincke*, дорогие заразы, но мы с матерью кое-какие сбережения имели, да и ты хорошо помог. Я кивнул. Прошлым летом работал на двух работах. Чинил компы, да и Вик помогал - машину подогнал. По эскизам брата мы ее разукрасили так, что заказчик в восторге был, две недели к нам ходил и парочке друзей порекомендовал. В общем, денежка была. Пройдя на кухню и сгрузив пакеты на стол, тут же был подхвачен под локоть мамой. Ничего не понимая, проследовал за ней в свою спальню. Закрыв за собой дверь, мама обеспокоенно меня оглядела. – Леша, ко мне в магазине парень подошел, – мать замялась, – Он сказал, что Юра спал с ним. – Что?! ____________________________________________________________________________________________________ Немецкая компания Schmincke - одна из легендарных компаний-производителей масляных красок. Эти краски - одни из самых дорогих в мире. Краски выпускаются несколькими сериями.