Перевернутое небо

– А ты так умеешь? Неожиданно спросила девушка парня, с которым они молча прогуливались в течение получаса. Юноша не успел моргнуть глазом, не то что ответить, как девица сунула ему в руки очки и мобильник и встала на руки! Парень посмотрел на неё сначала удивленно, потом недоуменно, и, вернув себе прежнее недружелюбное выражение морды-лица, спросил: – Эй, ты чего? – Давай быстрей, я не могу долго, – сдунула шатенка прядь волос, попавшую в рот. – Дак вставай. – Не нуди, просто сделай. Юноша громко вздохнул и закатил глаза, дескать, как его достал детский сад, и девушка уже не надеялась, что он последует её примеру. Однако малинововолосый положил на траву находившееся в руках вещи и с молодецкой удалью без особых усилий поднял тормашки вверх. – И что дальше? Сбежим с бродячим цирком? – Посмотри. – Куда? – терял терпение акробат поневоле. – Просто. Вперед, – сказала девушка и упала на спину, отчего-то рассмеявшись. – Так все, с меня… – Нет, Ривен, смотри. Смотри перед собой. Неужели ты не видишь, как все иначе? – Не вижу. Только кровь прилила к голове. – Зануда, – выдохнула шатенка, складывая руки на живот и провожая взглядом небольшое облачко, похожее на котел для зелий. – Заучка, – ответил специалист. Пусть не в тему, но должно же последнее слово быть за ним, и девушка действительно промолчала. Ривен кувыркнулся на спину и услышал жалобный хруст где-то в районе пятой точки. Очки. – Черт, – ругнулся парень, выгребая из-под себя погнутую оправу с треснутыми стеклышками, – Сама виновата. – Конечно, – согласилась девчонка, из-за хруста сбившаяся со счету облаков, – И в том, что ты такой неуклюжий, тоже. – Взмахнешь палочкой и починишь. – Ага. – Если не поможет, начерти пентаграмму, сядь с сестрами в кружок и используй силу трех. Трех долбанутых ведьм, – провел перед собой рукой Ривен, будто расклеил это предложение на небе. – Без крови невинного специалиста ничего не выйдет. – Если что, Тимми вам с радостью поможет. Думаю, он не упустит единственный в жизни шанс побывать в девичьей спальне да ещё и в центре внимания. – Жаль, я хотела позвать тебя. Ты знал, что ты сильно нравишься Айси? – Правда? – приподнялся парень, чтоб посмотреть на подружку. – Ага, – серьезно покивала та, отвлекаясь на него, – Я не знаю никого, кого бы она хотела убить больше тебя, она просто грезит тобой. Фанатка. Ривен недовольно скривил губы, понимая, что опять попался, проиграл в этой маленькой традиционной игре в сарказм. Ведьма смеялась, думая о том же. – Дура, – буркнул специалист и лег обратно. Погода была хорошая, какой и должна быть погода в середине мая. Зеленый луг мягкий и зеленый. Вот только солнце пекло по-летнему, но особо никого это не расстраивало. Они опять погрузились в молчание. А о чем можно говорить с этой язвительной змеей? Только и умеет, что дерзить да на руках ходить, ещё бы на ушах попробовала. Все бабы как бабы, кинчики там, побрякушки, а этой все кренделя подавай. Красивая только больно чертовка. Потому и терпит её. Только поэтому. – Обычное, – заключила девушка и перевернулась на живот, лицом к лицу к парню. – Что? – позволил постному выражению лица убраться, а себе полюбоваться ведьмой Ривен. Он пригладил её взъерошенные от фокусов волосы и убрал мешающие за уши, ласково проведя по щеке. Испортит погоду засранец. – Небо обычное, мир обычный, когда так смотришь на него. Интересно только на руках. – Ты дурная, Дарси, я серьезно. – Нет, правда. Чтобы все стало другим, не надо ничего менять, достаточно перевернуться, понимаешь? Все легко. Абсолютно, Ривен. – Мне обязательно в это вникать или тебе надо просто выговориться? – Ах, Ривен, смотри. Вот я бешу тебя… – То есть, ты знаешь об этом и все равно продолжаешь? – приподнял бровь парень. – Переверни меня. Представь, что я фея, что я одна из этих Винкс, что у меня такие же дурацкие крылья и дутые сахарные губы, просто представь. Я вешаюсь на тебя и лепечу о шмотках и модненьких энчантиксах и… – М, – поморщился специалист, – Знаешь, Дарс, я тут подумал, что ты не так уж меня и бесишь. – Видишь! – воскликнула колдунья, будто «эврика!», – Достаточно перевернуть. – Вижу, вижу, – рассмеялся Ривен, притягивая ведьму к себе. Целоваться с ней ему нравилось больше, чем разгадывать загадки мироздания. – Я люблю тебя, – признавалась девушка, ещё раз легко касаясь губ парня. – И я тебя, – поспешно ответил юноша и не дал ей отстраниться. Ведьма и без сахарных дутых губ была хороша. – Ну что? – задорно подмигнула колдунья Ривену, сбивая разговор в привычную, насмешливую форму – Постоим ещё на руках? Ривен лежал на траве и смотрел в небо. Небо как небо. Обычное. Майское. Луг как луг. Зеленая трава зеленая. Даже солнце сегодня не печет, а руки уже свинцовые от усталости: два года практики, конечно, не пропьешь, но много все равно не находишься. Интересно, а она до сих пор так делает? Что она вообще делает? Пффф, наверняка морочит голову какому-нибудь очередному ухажеру. Сгинь она в Омеге. – Ривен! – наклонилась над героем и загородила небо миловидная брюнетка с немилосердным выражением лица. Не трудно было догадаться, чем она в очередной раз раздражена. Впрочем, трудно. – Привет, Муза. – Почему ты не берешь трубку? И что ты опять здесь делаешь? – верещала девица. – Прости, наверное, не слышал. Что-то случилось? – как можно более обеспокоенно спрашивал парень, выражая этим раскаяние, которого не было и в помине. – Случилось. Сегодня выходной! Воскресенье! Почему я должна скучать в Алфее, когда все разошлись со своими парнями, а мой сутками валяется на… на… – Лугу. Это луг. – Ты ещё и смеешься надо мной, да? Думаешь, я тупая или что? – Да Боги, не думаю я так, чего ты завелась? – Завелась?! – заводилась феечка, – Я завелась?! – Ну не я же. – Потому что ты бессердечный! Тебе все равно, что мне плохо! – Не правда. Что случилось? – Ты издеваешься?! – переходила на ультразвук мелодийка, но перепонки Ривена был привыкшие, – Я тебе только что сказала, что случилось! – Муза, плохо это плохо, а тебе просто скучно. – Давай, ещё реши за меня скучно мне или плохо, а потом, что мне делать и носить. – Дракон, – сел и обхватил голову руками специалист, – Да ничего я за тебя не решаю. Просто скажи, чего ты хочешь? – А почему я всегда должна говорить? Ты мужчина или кто? – Я предлагал тебе ещё вчера сходить погулять, поесть мороженого, покататься на аттракционах, но ты сказала, что у тебя есть дела поинтереснее. – Я так сказала, потому что надеялась, что ты поймешь, что меня не интересуют твои детсадовские развлечения. Я хочу нормальных, взрослых отношений. Своди меня хоть раз в ресторан, в театр, в кино, на худой конец! – Хорошо, давай сходим, куда ты хочешь? – Давай сходим? То есть, ты мне делаешь одолжение? Вот как? – Да нет же! Я правда хочу сходить с тобой в ресторан или кино. – То есть, тебе все равно куда? Лишь бы от меня отвязаться? – Муза, ну прекрати, ради Святого Дракона. Я просто интересуюсь твоим мнением, хочу, чтобы тебе понравилось и не было скучно. – Правда? – округлив прекрасные голубые глазки, спросила девица, кажется, в кои-то веки удовлетворенная словами парня. – Ну конечно, милая, – примирительно улыбнулся Ривен и взял её за руку, – Ну, дак куда я должен сводить свою принцессу? – В театр, – определилась феечка, расплываясь от комплимента и счастья. – Договорились, – подсел ближе и обнял её специалист, – Я люблю тебя, Муза. – Нет, – увернулась от поцелуя девушка, подставляя напудренную щечку, – Я только накрасила губы одолженной без спроса у Стеллы помадой. Вот, когда купишь мне такую же, тогда можешь целовать сколько влезет. Ривен внимательно посмотрел на сахарные губы своей подружки, но так и не понял, в чем смысл её яркой и, наверняка, вкусной помады, если её нельзя поцеловать. Зачем тогда привлекать внимание, заманивать, обманывать? И для кого это вообще, если не для него? Ты же всегда этого хотел, Ривен. Красивой, взрослой, нормальной девушки, которая любит кинчики и побрякушки, а ещё магазины, часовые телефонные разговоры, неотложные встречи с подругами, когда вы собирались провести вечер вместе. Вообще, она много чего любит, и даже, наверное, тебя. – Пойдем, – поднялась Муза, не любившая, когда бойфренд надолго замолкал, и потянула его наверх, – Нас ждут. – Кто? – послушно встал специалист. – Стелла и Брендон. Они устраивают пикник и позвали всех. Вот Брендон действительно любит Стеллу, никогда не позволяет скучать ни ей, ни её подругам. – Я тоже предлагал тебе устроить пикник на прошлой неделе! – Я не хотела на прошлой неделе, и вообще, ты вечно против, когда я приглашаю кого-то ещё, а что делать вдвоем?! С тобой же можно умереть со скуки! – Да, наверное. Я какой-то домосед. – Вот-вот, ужас же, правда? Надо что-то с этим делать, Ривен, ведь тебе всего девятнадцать, а ты уже как старый дед. Ну ничего, милый, тебе повезло, что у тебя есть я. – Да, повезло, – соглашался парень, а что ещё сказать? Ему всегда везло на девушек. И тут Ривен совершил один из самых безрассудных поступков в своей жизни. – Муза, а ты так умеешь? Юноша встал на руки и счастливо улыбнулся без пяти минут невесте, искренне надеясь, что если она и не повторит за ним, дак хоть повеселиться. – Знаешь, Ривен, – начала отрепетировано и серьезно девушка, что было однозначно не к добру, – Я устала от всего это твоего бесконечного ребячества. Я не хотела этого делать, Стелла уговаривала меня дать тебе ещё шанс, я честно давала, и не один. Я не говорю, что между нами все кончено, ведь мы были с тобой полтора года, и я к тебе естественно что-то чувствую, но, сам понимаешь… Нам надо взять паузу. Я должна подумать, хочу ли связывать жизнь с таким человеком как ты, а ты… повзрослей. Сейчас я иду на пикник, ты тоже можешь, если хочешь, а вечером я с отцом заеду за вещами. Будь, пожалуйста, дома, чтоб не оставлять дверь открытой: я передам тебе ключи. Ривен сидел и смотрел вслед удаляющейся от бедра бывшей подружке, чьей сногсшибательной походке на каблуках мешала неровная поверхность луга и густая трава. Её черные как смоль волосы блестели на солнце, будто новенькая монетка. Нет, нельзя так сравнивать Музу, она не монетка, она большая и ценная купюра. Тьфу, на кого ты стал похож, Ривен? Что с тобой сделала девчонка? Неправильный вопрос. Какая из девчонок с тобой это сделала? Дарси долго возилась с ключами от входной двери, прежде чем догадалась просто толкнуть её. Кого бояться трем сильным ведьмам? Разве что друг друга. Просидев допоздна в библиотеке над диссертацией по Истории темных искусств, ведьма вернулась за полночь и сходу запнулась в темном коридоре за чьи-то разбросанные ботинки. Очки дзынкнули и приказали долго жить. Трехэтажно чертыхнувшись, Дарси зажгла свет. Понятно. Айси. Ну она им сейчас устроит. Переступая через разбросанную по гостиной одежду, которая вела в комнату Айси как хлебные крошки, Дарси без стука распахнула дверь и с порога начала давно заготовленную речь: – Огрон, твою мать, если ещё раз… – Огрон? – повторил хорошо знакомый Дарси молодой мужчина и перевел взгляд с неё на лежащую под ним платиновую блондинку. – Хм, Дарко, – глупо улыбнулась Дарси и понеслась, – А мы думали, где ты пропал? А ты вот где, оказывается. Прячешься. – Огрон? – настойчиво и с хорошо скрываемой, но угрозой произнес парень, испепеляя ледяную ведьму. – Да, Огрон! – оттолкнула она его и села, натягивая до груди одеяло, – А ты думал, ты можешь так просто уходить и приходить, а я тебя вечно буду ждать? Ну нихера ты о себе возомнил, Дарко Темный! – Меня вызывал отец, я говорил тебе. – Да хоть президент Магической реальности! Знаешь, если бы я хотела принести обет воздержания, я бы выбрала для этого иной объект поклонения, а не тебя. – Да ты просто шлюха. – А ты просто папенькин щенок. – Ну, я, пожалуй, оставлю вас, – попятилась Дарси. – Стоять, сучка! – приказала старшая ведьма и кинулась в погоню за сестрой. – Прости меня, Айси, я не знала, – прижатая к двери уже своей спальни, оправдывалась колдунья. – Чего ты не знала, близорукая курица? Что нельзя входить в чужие комнаты? Или совать свой носик туда, куда не просят? – Айси, я же не… – Что ты не? Что ты некаешь? Посмотри, на кого ты похожа! Сутками торчишь в Башне за бесплатно, сидишь в библиотеке, рушишь жизни сестер. Знаешь, что ты не? Ты не ведьма. – С каких пор быть ведьмой значит трахаться со всеми подряд? – Ой, тебя забыла спросить. Или тебе, что, завидно? Используй свою смазливую мордочку, – грубо взяла Айси сестру за подбородок, – подцепи кого-нибудь и отцепись от меня. – Отвали, – сбросила её руку Дарси, – Надеюсь, Дарко тоже отцепиться от тебя. – А ты только этого и ждешь с пяти лет. Смирись, глупышка, он всегда любил и будет любить меня. – Мне не нужен Дарко, и ты прекрасно это знаешь, иначе бы он давно был моим. – Хм, где-то я уже слышала подобное, – делано задумалась Айси и делано же воскликнула, – Точно! «Он всегда будет моим». Кажется, так ты говорила за сутки до того, как ненаглядный специалистик кинул тебя ради фейки? Темная колдунья промолчала, отводя взгляд. Все так и было. – Забудь его, Дарс, – негромко и без злости добавила Айси и коснулась щеки сестры. Девушка мотнула головой и оттолкнула блондинку, тут же скрываясь за дверью темной и всегда пустой спальни. По-дурацки, но Айси была права во всем. Ей действительно не следовало врываться в её комнату, ей действительно завидно и действительно следовало давно забыть Ривена. Как все просто. Всего три пункта, и она снова будет ведьмой в глазах старшей сестры. Только Дарси боялась даже начинать идти по этому списку, потому что знала, что обязательно споткнется на финише, и не хотелось снова падать и убеждаться в своей слабости. – Дуууры, все бабы дуууры, – пьяно тянул Ривен, чокаясь со своим отражением в зеркале. На комоде, когда-то заставленном баночками и тюбиками с кремами, было непривычно пусто, а в квартире пустынно, как и у него на душе. Эту пустоту Ривен заливал виски, а потом ставил бутылку на комод, чтобы комодику тоже не было одиноко. – Тварь ты, Дарси. Полная сука, – тщательно вглядываясь в отражающую поверхность, фактически вел беседу сам с собой мужчина, теоретически с ведьмой, хотя следовало бы говорить или хотя бы думать о фее. Подняв бутылку, чтобы выпить за очередное «здоровье», Ривен быстро поставил её и отшатнулся как от мертвой воды. От встряски янтарная жидкость омыла стеклянные стенки сосуда, призывно покачиваясь, но он к ней больше не притронется никогда в жизни. Её глаза были точно такого же цвета и точно так же мутили разум. – Будь ты проклята! – кричал специалист на бутылку, – Чтоб ты перевернулась! – добавил он и разбил её за горлышко о зеркало.