Сказки тетушки КоТаны

G
Завершён
66
автор
Фэндом:
Размер:
7 страниц, 2 148 слов, 5 частей
Описание:
Примечания:
Посвящение:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика

Сказка вторая. Другой мир.

Настройки
— Дойцу! Дойцу! Погляди, какое чудесное утро! – радостно звал Италия, сидя на листке картофельного куста. Германия перестал обтираться прохладными росинками, захватил футболку и полез к другу. Утро и вправду было чудесным. Сказочным. Влажные цветы глядели в небо, деревья блестели листьями, жужжали насекомые. — Ой, а вон братик Франция! Эй, Франциск! Бонфуа был занят очень опасным делом – верховой ездой. Но, несмотря на это, всё равно обернулся и помахал рукой, когда его кузнечик на секунду завис в воздухе. — Ой, Дойцу, вон Америка пошел кормить червей! – указывал в другую сторону проворный итальянец, который, не обращая внимания на свою тягу к пшеничному полю (паста-а~) продолжал жить с Германией на картошке. – Альфред говорил, что завтра собирается заколоть самого крупного червяка и поделиться со мной мясом. Вот хорошо-то, Дойцу! Мы и котлет нажарим и сосиски сделаем... — Только за помидорами ты к своему брату один пойдешь, без меня. – вставил Людвиг. Италия заныл, но потом согласился. Испания и Романо жили на помидорном кусте, а Германии там не нравилось. — Дойцу, а как думаешь, Япония и Китай уже проснулись? – Венециано водил счастливыми блестящими глазами по горизонту. — Ну конечно. Они раньше всех встают. – Ван, наверно, сейчас плавает в лодке по своей рисовой плантации, а Кику варит вишневое варенье. На краю поля были видны его низкорослые сакуры. — И чего вы орете с утра пораньше? – хмурый Англия сидел и ёжился от холода на мокрой шляпке гриба. Он любил эту поганку только за красивое ночное свечение. Гриб фосфорецировал зеленоватым светом, и Артур прямо завораживался, глядя на него. — А ты почему такой грустный? – искренне удивился Италия. Керкленд махнул рукой: — Да этот Франция опять скакал перед моим домом на своем кузнечике. Где он сейчас? Наверно, упрыгал виноград сосать! – плюнул Артур и вдруг посветлел лицом: — Махаон! Махаоша! Прекрасная бабочка на его зов спустилась с небес и встала на грибок. Англия приласкал насекомое, забрался на мохнатую спинку и оттуда, повеселев, пренебрежительно попрощался: — Счастливо вам. Полечу, над Франциском поиздеваюсь! – засмеялся Артур, похлопал бабочку и умчался. Германия завистливо засмотрелся на транспорт Англии, поэтому прозевал опасность и лишь вздрогнул от удара, когда холодная росинка шлепнулась в его спину. — Ха-ха-ха! Не спи, Запад! – Пруссия покатился с хохоту, самодовольно покачиваясь на усике хмеля. – Доброе утро! Ну же, поприветствуй меня Великого! – Гилберт вскочил на лист в порыве важности и чуть не упал, поскользнувшись. Но был подхвачен паутинкой. – Черт! Иван! Держи своих пауков от меня подальше! — И тебе утра доброго, Калининград. – радостно улыбался русский, словно на лифте спускаясь на огромном черном пауке. Дело в том, что хмельная лоза обвивала ствол подсолнуха. Русский сосед не один раз предлагал переселиться к нему, под предлогом обширной жилплощади (мордочка подсолнуха глядела в зенит, напоминая площадь), но Бальшмидт гордо отказывался, не спеша, впрочем, уехать совсем. И пауки России ему нравились, особенно белый паук-альбинос, на котором Пруссия несколько раз катался. Россия похлопал паука по спинке и отпустил на охоту (караулить американских червей). Отцепил сопящего Гилберта от паутинки и разглядел внизу Германию с Италией. — Утро доброе! – улыбается. – Пойдете ко мне завтракать? — Нет, спасибо. – отвечает за двоих немец, в чьей памяти еще не остыла Вторая Мировая. Тогда фашистские войска медленно завоёвывали подсолнух, двигаясь от земли к небу. Сколько пауков они уложили, сколько раз сталкивались с советской армией. И только залезли на цветок, как наступила зима. Тут-то их и приморозило, и Россия со свистом отправил их обратно в картошку. — Жаль. – улыбается он теперь, искренне огорченный их отказом. Схватил подмышку Гилберта и собрался обратно наверх. — Эй, я не соглашался! – отбивался Великий и Могучий. — А я тебя и не спрашивал. Прусс подергался да и перестал. — Уговорил. – прямо одолжение русскому делает. – Но после завтрака я хочу кататься на Степане (так зовут белого паука)! — Валяй. Германия смотрел на огромный желтый цветок и думал, что тот похож на солнце. Россия живет на Солнце. И видит оттуда всё, а может даже больше...
Отзывы (9)