По буквам

Спать на спине нереально… Никогда не умел засыпать без ворочания на кровати и посылания проклятий в жуткий эфемерный воздух, перетекающий в мою отчаянно клокочущую внутреннюю пустоту. Но теперь даже облокачиваться на стену не получается. Чтение на сегодня отменяется. Исходив всю общагу в поисках чем бы себя занять, понимаю, что иного выхода нет. Мрачно, другое слово словарь не выдает. С ног до головы в черном… Сразу вспоминаю диснеевский мульт, где то ли гусь, то ли петух истошно орал: "Я ужас, летящий на крыльях ночи!" Да, когда-то я был нормальным ребенком, который смотрел цветные мультфильмы… Запястье стягивается черным кожаным браслетом, пульс под ним выстукивает обыденно и противно: раз - Чунмен, два - Чунмен… Ну, что соскучились по мне? Улыбаюсь, зная, что уже достал этих официантов однообразными поздними ужинами и требованием неизменного соджу. Пить нельзя - две недели минимум, а при моих планах так пару месяцев, но когда я делал то, что говорят или просят и тем более требуют? За соседним столиком огромная компания представителей европеоидной расы: говорят на тарабарщине, улыбаются неискренне и противно, пьют много. А я по мере прохождения алкоголем трасы, его удачных въездов в шиканы* и достижения финишной прямой, понимаю, что по-глупому завидую им. Им весело… Пусть половина из них лицемеры и полные уебки, сейчас они смеются, в приступе хохота закидывают назад головы, у мужчин дергается кадык, женщины кокетливо прячут улыбки в ладонях, а я сижу в одиночестве и в миллионный раз уговариваю себя не портить жизнь одному единственному человеку. Выползаю на своих двух длинных на улицу, тепло, но еще хочется и можется кутаться в легкий пуловер и затягивать удавкой шарф на шее. Захожу в магазин, корейский, естественно, я в другие не хожу по определению. Стою у бесконечных стеллажей с бесполезной фигней, понимая, что человек создал для себя все, чем можно заморочить голову и перестать думать о глобальном или вечном. Останавливаюсь перед коробкой с разноцветными маркерами и зачем-то тянусь именно за черным. Оглядываюсь по сторонам и запихиваю его в карман куртки. Как ни в чем не бывало подмигиваю довольной до чертиков продавщице и выхожу на людную ночную улицу. Juliet loves the beat and the lust it commands Drop the dagger and lather the blood on your hands, Romeo… - Не отключайся, я проверил, и сейчас половина третьего, на полтора часа раньше, чем вчера. - Заебал, сколько можно? - недовольный и противный, так и хочется врезать ему. - Опять скучно? - Неа, на этот раз весело. - Решил поделиться? И от чего же? - ощущение, будто он садится на кровати и притягивает острые коленки к подбородку. - Рисую. - Неужели что-то в стиле эпохи Возрождения? Да Винчи в гробу переворачивается? - начитанный гад. - Да Винчи может, нет, но ребенок с постера социальной рекламы, которому я пририсовал огромный член, обиделся и спрятался за маму. - Идиот, тебя же загребут, перестань страдать хуйней и вали домой! - он злится, приятно, хоть какие-то эмоции в мой адрес. - Не могу, я еще и маме должен сиськи подправить и отцу чле… sorry for my English, I mean dick… нарисовать. - Крис, я позвоню вашему менеджеру, хватит нажираться и звонить мне по ночам, я потом заснуть не могу! - снова гневное отчитывание, и так каждый раз! Если не можешь заснуть, разговаривал бы уже со мной, разгоняя гниющее внутри меня чувство безнадежности… - Повисишь на линии? Я перешлю тебе. Мямлит что-то в трубку, но я не дослушиваю и фотографирую произведение крисусовского искусства. Отправляю ему ммс и мучительно долго жду реакции. Скорее всего пошлет меня в дальние дали и отключит телефон. А он ржет… Гаденько так хихикает, срываясь на оглушающий смех. Внутри все сжимается до горошины, пульс истерично зашкаливает и бьется в стенки сосудов. Что это? Тяжело дышит в трубку, заставляя похотливо облизнуть губы, ему везет - он не под боком, иначе быть бы ему затраханным до смерти обезумевшим мной. - Иди домой, прошу тебя, - голос тихий и пронзительно мягкий. Резко сбрасываю звонок, куда делась вся едкость? Что с ним сегодня было вообще, а? Щурюсь и иду в привычном направлении. Татуировщик ворчит и отказывается от продолжения работы, но я скидываю на стол несколько тысяч юаней. Он косится на меня, а потом собирает купюры, сгребая их в ладонь и пряча в заднем кармане брюк. - Ты ненормальный! - Я - Крисус! - вытягиваю руки, имитируя распятого Христа, и смеясь, стягиваю пуловер. Еще одна ночь, еще одна буква... *Шикана (от фр. Chicane) — несколько тесных извивающихся поворотов (чаще всего в форме буквы S) на дороге, используемая в автогонках (Формула 1 и проч.) и на городских улицах для намеренного замедления скорости машин.