Основатели рода

Учиться и одновременно работать оказалось не так сложно, как в своих планах представляла раньше Гермиона. Да, теперь ей дольше приходилось работать над списком дел на день – нужно было просчитывать точно время, да и расставлять приоритеты нужности. Часто приходилось выбирать, что важнее сделать сейчас, а что оставить на свободное время. Один единственный выходной не вмещал все то, что на него откладывалось, поэтому из расписания Грейнджер исчезли некоторые привычки. Хотя она осознавала, что где-то это и хорошо. Например, теперь она никогда не засиживалась допоздна с книжкой, так как знала, что иначе к вечеру будет рассеянной, а это недопустимо в лаборатории. Утренний кофе пришлось разбавить нормальным завтраком – обед сокращался до перекуса, а ужин всегда был у нее легким, поэтому поесть нужно было в семь утра основательно. Разминка на Астрономической башне тоже стала традиционной – это был единственный способ привести себя в рабочее состояние, потому что как начальник Снейп был еще ужаснее, чем как преподаватель. К манере разговора, несколько садистским наклонностям и каждодневной проверке знаний и навыков своего нового ассистента привыкнуть удалось быстро. Сложнее оказалось вдруг осознавать, что профессор – такой же человек. Он требует только то, что может выполнить сам, ему не чуждо чувство юмора и желание расслабиться иногда, и как бы он не шифровался, но его любовь к ученикам (точнее, талантливым ученикам) была заметна спустя время. Все время молчать во время кропотливой работы над котлом было нереально, это было понятно сразу. Первое время Гермиона что-то себе напевала под нос, пока Снейп не возразил на это вслух. Стесняясь своего голоса, девушка невольно стала заполнять тишину рассказами о прочитанных книгах или прошедших за день событиях. Северусу же, видимо, воспитание, не позволяло отмалчиваться на жаждущего разговоров собеседника. Поначалу это были короткие ремарки, переполненные сарказмом или пожеланиями достовернее изучить тему. Но вот уже спустя полгода Гермиона с удовольствием отметила, что диалоги за работой в лаборатории стали похожи на разговоры двух хорошо знакомых людей. В данный момент она механично нарезала сушеную траву, в которой угадать определенный вид было сложно. Что-то из семейства пасленовых, судя по ягодкам в пазухах. На большее познаний Гермионы в ботанике не хватало. Да и голова была занята больше другим вопросом: она неделю уже бьется над завершающим этапом аналитики состояния дел Рода Лонгботтом, и сегодня можно будет сделать четкие выводы на бумаге. В мыслях же они уже выстроились цепочкой и ждут озвучивания. Вот только что Невилл, что Драко отбыли в поместья, не сказав зачем, а Сильвия искренне до сих пор негодует, что Грейнджер даже в делах благородных умудряется идти не правильным путем: вести финансы должен мужчина и точка! Поэтому нетерпение уже начало сказываться насвистываемой песенкой. Абсурдный немного звук в лаборатории в принципе, а тем более лаборатории самого Снейпа, но тот отсутствовал. И этим как раз и нервировал Гермиону – даже ему нельзя было рассказать о тех фактах, что роились в голове по аналитике. А так хотелось. - Я уже говорил вам, что вы отвратительно поете? – Снейп в своем репертуаре: возник внезапно и сразу огорошивает вопросами. – Забудьте! Свистите вы еще хуже. - Ой… Возможно, будь другая ситуация, зельевар мог бы даже умилиться тому испугу, прозвучавшему в голосе девушки и резкому подпрыгиванию на добрых пол метра, если бы не одно но…По самой идиотской случайности Грейнджер в своем действии задевает миску с нарезанным вороним глазом, и та летит в котел. Снейпу хватило мгновения, чтобы просчитать, какая будет реакция на такое кардинальное изменение рецепта зелья на данном этапе. Поэтому, дернув на себя безалаберную ассистентку, он срочно активировал портключ на перстне. - И о чем я только думал, пуская женщину в свою лабораторию? – горестно вдохнул Снейп, переворачиваясь на спину на месте прибытия. Рядом зашуршала трава и ненавистный в данную секунду голос ассистентки ответила на его риторический, по сути, вопрос: - Ну точно не о ее красивых глазах, как подумали бы многие, профессор. - Грейнджер, если не хотите сейчас услышать много неприятных фактов о себе, в том числе, что привлекательного в вас не глаза, а другие аспекты личности, то просто помолчите немного, а? Это «а» прозвучало так жалобно, что Гермиона молча перевернулась на спину и стала разглядывать весеннее небо.