Кексики

Едва лишь подойдя поближе к дому своего бывшего опекуна, Альфред застыл. Дверь была приоткрыта, изнутри слышались едва различимые крики, а так же звуки разбиваемой посуды. - Эмм… - Америка шагнул за порог. – Артур? В гостиной царил невероятный бардак. Вся мебель была буквально перевёрнута вверх дном. Шторы с гардинами лежали на полу, как и вазы. Старинная картина, самая любимая у Керкленда, покосилась и грозилась присоединиться ко всему, что уже валялось вокруг сидевшего на поваленном диване хозяине дома. - А? Выглядел он, мягко говоря, не важно. - Ты чего это? Теперь те странные приглушённые крики стали куда более отчётливыми. Проследив за взглядом Америки, англичанин мотнул головой. - Это Оливер. - Что?! Джонс опешил. С какой это такой радости тёмный Англия оказался здесь? - Я сделал это случайно, - сразу признался Артур. – Вот ищу теперь заклинание, чтобы обратно его вернуть. А он, как ты сам слышишь, бесится и психует. - Арти!!! – послышалось со стороны подвала. – Арти, мне плохо! Не оставляй меня здесь! Умоляю тебя, Арти! Альфред чуть растеряно поправил очки. - Чего это он? - Говорю же, психует, – Керкленд с мрачным видом листал какую-то старинную потёртую книгу. – Уже целые сутки никого не убивал. Полагаю, для него это рекорд. Весь его вид ясно давал понять, что дело плохо. Очень плохо. Подойдя к старшему товарищу, Америка плюхнулся рядом с ним на несчастный диван, отчего тот жалобно скрипнул и пошатнулся. - Это его рук дело? - Его… На Англию жалко было смотреть – весь бледный, взъерошенный и нервный, он отчаянно пытался найти способ исправить свою ошибку. И его нельзя было не понять. Альфред помнил своего тёмного двойника, этого психа-анархиста, помешенного на драках и здоровом питании. Вообще, все эти двойники были со своими и, как правило, очень опасными тараканами. Нельзя, чтобы они бывали в этом мире. - Зачем ты вообще это сделал? Тот махнул рукой. - Не спрашивай. Я оплошал, признаю. Давай хоть ты не будешь капать мне на мозг, мне и этой истерички в подвале хватит. Словно в унисон ему, со стороны подвала вновь послышались крики. - Мне нечем дышать, Арти! Мне плохо! Мне очень плохо! Арти!!! - Не буду, - как бы между прочим сказал Джонс, морщась от противного крика. – Вижу, что тебе и так не сладко. Он смотрел на Англию с плохо скрываемой жалостью и какой-то долей злорадства. Нет, издеваться он не будет, это не к чему. Вид бывшего опекуна не располагал к подобному. - Герой может тебе чем-то помочь? - Герою лучше домой пойти, а то мало ли. - Ха, напугал! Двойника Альфред не боялся. Вот ещё чего не хватало! Пусть только попробует что-то сделать… Что он вообще может, этот тёмный? - Артиии!!! Мне плохо здесь одному! Почему ты бросил меня?! Ну, разве что достать своими воплями. Это он и правда может. - И давно это продолжается? - Второй день. Я скоро сам свихнусь. Альфред усмехнулся. - Ну так сабракадабри его обратно. В чём проблема? Захлопнув свою книгу, Керкленд обречённо вздохнул. - В том, что я понятия не имею, как это сделать… - парень задумался. – Может, к Брагинскому сходить? Америка даже кашлянул от удивления. - К России? Зачем? - Он может что-нибудь знать об этом. Альфред? - А? Англия уставился на бывшего воспитанника. - Ты можешь посторожить Оливера, пока я к Брагинскому смотаюсь? Просто посиди здесь и проследи, чтобы никто дверь в подвал не трогал. - Да без проблем! – вскочив на ноги, Америка усмехнулся. – Я же герой! - Ты только не открывай дверь, что бы этот псих там не кричал. Ясно? - Да понял я, понял. В общем, Керкленд, скрепя сердце, ушёл, оставив своего двойника фактически на попечение Джонса. Теперь можно было лишь надеяться на то, что у названного младшего брата хватит ума не соваться в подвал и не натворить глупостей. Но, как оказалось, он перехвалил умственные способности Америки. Альфред честно терпел. Терпел очень долго, но тёмный Англия и не думал перестать насиловать его уши своими воплями. - Арти! Почему ты игнорируешь меня?! За что ты запер меня здесь?! Мне так плохо, Арти! Мне так плохо! Американец потёр виски. Мигрень уже давала о себе знать. Будь он проклят, этот Оливер! Неужели ему самому не надоело? - Артиии!!! Джонс зарычал. Он со всех ног бросился к подвалу и стукнул кулаком по деревянной поверхности. - Заткнись, твою мать! - Мне плохо!!! – послышалось в ответ. – Мне так плохо! - Да что б ты сдох! Судя по надрыву, Англия уже плакал. Интересно, что его так сильно напугало? Не может же быть в подвале так страшно, это же не камера пыток. - Не мучай меня так, Арти. За что? На сей раз Америка нахмурился. Что там такое происходит в этом подвале? А что, если Артур вспомнил своё пиратское прошлое и пытал там двойника? Ну, мало ли… Это, конечно, маловероятно, но всё же… - Арти! – и снова этот страдальческий надрыв. – Пожалуйста, не бросай меня. Ну, хоть поговори со мной! Мне очень плохо. Вот тут-то Америка и дрогнул. Геройский порыв взял верх, как это не раз уже бывало, и вот он активно ищет ключ от двери. При учёте того, что Джонс хорошо знал о всех тайных местах бывшего опекуна, это было совсем не сложно. Открыв дверь, парень перевёл дух. Его воспалённое воображение уже представляло себе жуткую камеру пыток, средневековый антураж и всё прочее в этом роде. К его удивлению, ничего даже близкого к этому в комнате не было. Вполне себе чистое и милое помещение для всякого хлама, не более того. На полу, практически у двери, сидел рыжеволосый, чудаковатого вида парень. Его кожа была щедро покрыта веснушками; на опухшем и заплаканном лице они проступали особенно отчётливо. Парень был связан. Руки были надёжно закреплены за спиной крепким ремнём, а всё туловище перевязано какими-то тряпками. Должно быть, за счёт этого он и казался столь беззащитным и хрупким. Увидев Джонса, Оливер просиял. - Альфред… Ты ведь Альфред, да? Он сел на колени и бросил на Америку умилённый взгляд. - Ага. Голубые глаза засияли. - Как здорово, что ты пришёл. Мне было так плохо, так одиноко и тоскливо… - Это я и сам понял. На это замечание Англия не обратил внимание. - Побудь со мной, Альфред. Я так давно сижу тут совсем один, мне так тоскливо. Что-что, а на жалость давить он умел. Совсем не странно, что, жалостливый по свой натуре, американец сразу проникся. - Ладно-ладно, только успокойся. Очень странно, но Оливер выглядел вполне себе милым. Куда более милым, чем Артур. Это открытие до того шокировало ожидавшего лицезреть жуткого маньяка американца, что он пропустил момент, когда Англия подполз на коленях к нему. - Ты такой хороший, - прошептал тёмный сладким голосом. – Такой замечательный. Не то, что этот невоспитанный Стив. Он злой и грубый, а ты такой милый. Альфред вмиг покраснел. Не столько от произнесённых столь елейным тоном слов, сколько от того, что Оливер прижался к нему вплотную, уткнувшись лицом в его пах. По телу пробежали мурашки, даже волосы дыбом встали. Это были отнюдь не неприятные ощущения. Покраснев до корней волос, американец попытался отстраниться от тёмного, но тот сразу ощутил его состояние и лукаво усмехнулся. - Малыш Альфред возбудился? - Нет! Джонс резко шагнул назад и ударился затылком о дверной косяк. - Арти ведь нет дома, да? – как ни в чём не бывало сказал Керкленд. – Я могу помочь тебе с этим, хочешь? Америка не сразу понял, о чем ему толкуют. А едва лишь понял, смутился ещё сильнее. - Чего? Нет, не хочу! Он даже не удивился тому, что тёмный Англия как-то догадался, что его оригинала нет дома. Его сейчас волновал оказавшийся слишком близко рыжеволосый парень. - Хочешь, – Оливер вновь уткнулся ему в пах. – Давай я отсосу тебе, сладенький? - Что?! От того, как просто и обыденно это было сказано, стало откровенно не по себе. - Я люблю это делать, - улыбнулся Керкленд. – Да и как не сделать приятное такому хорошему мальчику, как ты? Ну же, расслабься. Видишь, я связан, ничего плохо не сделаю. И Арти ничего не узнает. Америка сглотнул. Нельзя было поддаваться. Но Оливер на самом деле выглядел таким милым и беззащитным… Нужно было уйти из комнаты и закрыть дверь на ключ. А потом дождаться Артура и помочь ему вернуть двойника обратно в его мир. Да, именно так и надо было поступить. Но американец вновь поддался. Это был слишком большой соблазн. В самом деле, Англия же безвреден, да и не узнает никто. Так почему бы и не позволить себе немного… развлечься. - Ты… любишь это делать? Оливер быстро-быстро закивал. - Очень люблю, сладкий, – тёмный уже понял, что парень сдался. – Давай, расстегни ширинку. Он нетерпеливо потёрся носом о молнию брюк, после чего вцепился в неё зубами. Это выглядело до того сексуально, что у Альфреда едва не сорвалось дыхание. - Аах… Оливер одарил его очередной лукавой улыбкой. Словно следуя его зову, Альфред дрожащей рукой расстегнул ремень своих брюк, а после потянул вниз молнию. Англия всё так же мило и почти невинно улыбался, терпеливо ожидая, когда американец выполнит его просьбу. Взгляд его нереально больших красивых глаз будил в теле Джонса самые низменные желания. Вот он потянул вниз брюки вместе с бельём, обнажив практически полностью возбуждённую плоть. Оливер опустил свой взгляд и уставился на член так, словно это было интереснейшее произведение искусства в музее. От этого взгляда было немного не по себе. - Красивый, - нежно протянул Англия. Вот его язык коснулся возбуждённой головки, от чего Альфред вздрогнул всем телом. - Сладкий… Хихикнув, тёмный провёл языком по стволу, мучительно медленно, но так сексуально, что у американца дрогнули ноги. Он лишь чудом устоял, однако его рука вцепилась в огненно-рыжие волосы словно в поисках опоры. Проворный язык тем временем добрался до тяжёлых яичек, и вот Англия уверенно засосал в свой рот чувствительную плоть, сполна наслаждаясь стоном парня. Это было просто нереально приятно. Америка дышал с трудом. Все его ощущения сплотились в паховой области, где столь уверенно орудовал Керкленд. К слову, тёмный при этом наблюдал за реакцией Альфреда и мимикой его лица. Он то и дело улыбался, словно получивший чудесный подарок на Рождество ребёнок. И это совсем не вязалось с тем, что он творил своим развратным языком. Америка дёрнулся всем телом, не в силах более терпеть эту сладкую муку. Оливер снова хихикнул и взял член в рот, заставив Джонса застонать в голос. Парень задрал голову и крепко сжал рыжие волосы, буквально вгоняя член в глотку своего неожиданного любовника. Тот никак не протестовал, напротив, лишь ещё активнее принялся сосать, умудряясь при этом пошло причмокивать. Он двигал головой всё активнее и активнее, приводя парня к вершине блаженства. Америка всё же не смог устоять на ногах. Вот он медленно опустился на колени, уже не стесняясь стонать во весь голос. Оливер ни на секунду не оторвался от процесса. Воистину, он словно с рождения умел делать минет, и был мастером этого дела. Джонс то и дело жмурился и мотал головой, изредка бросая восторженные взгляды на Англию. Почувствовав, что находится уже на грани, он сильнее сжал волосы тёмного, заставляя того буквально упасть на себя. Возможно, связанный Керкленд ощущал неудобства, но это никак не показал. Ещё несколько движений, и Альфред со стоном излился прямо в глотку Оливера, испытав самый яркий оргазм в своей жизни. Шумное дыхание, развратные звуки – всё смешалось в один сплошной калейдоскоп. Англия принял в себя вязкую сперму с такой жадностью, словно от этого зависела вся его жизнь. Несколько секунд, и вот снова хихикнул: - Сладкий… ням-ням… Альфред никак не успел среагировать. Резкий удар ногой пришёлся как раз в нос. Он даже не понял, как Оливер умудрился так выгнуться, но удар был очень сильным. Американец упал спиной на пол, и в тот же момент Англия, попутно нанеся второй удар в бок, потянулся к нему стройными ногами и сцепил их как раз вокруг шеи Джонса. С пугающей для столь хрупкого тельца силой сдавил ногами горло, лишив возможности дышать. Америка не смог даже голос повысить. Давление было невероятно сильным… Где-то на периферии сознания он услышал хриплый, но очень самодовольный голос: - Арти скоро вернётся… Я приготовлю ему кексики… Свежие вкусные кексики… Артур Керкленд на всех парах мчался домой. Брагинский смог помочь ему. Всё было довольно просто, однако нельзя терять времени. Тем более, что в одном доме с Оливером находился Америка. Едва лишь достигнув порога, Англия осознал, что что-то не так. Просто на уровне интуиции, шестым чувством. - Альфред? - Арти, это ты, милый? У Керкленда аж душа похолодела, когда он услышал голос своего двойника. Пара секунд, и вот этот самый двойник показался перед его глазами. На нём был кухонный фартук, заляпанный чем-то бордовым. Оливер просиял совершенно счастливой улыбкой. - Ты как раз вовремя, зайка. Я приготовил чудесные свежие кексики!