Гороскоп

POV Итачи. Сквозь неясную дымку доносилась какофония из голосов. Что-то теплое и нежное прикасалось к моей ладони, а сознание окутывал знакомый сладкий аромат. В голове настойчиво стучала единственная мысль, которая отражала все мои эмоции, страхи и желания. - Са-с-ке, - попробовал достучаться я до всех этих неизвестных голосов, надеясь получить ответ, что с отото все в порядке. Язык не слушался, не могу открыть глаза и понять, что произошло и где я нахожусь. Последнее, что помню- это две толстые утки, не поделившие слишком большой кусок от булки, брошенный между ними. Знакомый и любимый запах все обволакивал сознание, голоса утихли, так и не дав мне ответ на самый важный вопрос. Паника все больше завладевала мной. Тело начало противно ныть, словно после суровой и изматывающей тренировки по единоборствам, горло сильно пересохло, чтобы попытаться произвести очередной звук, глаза слиплись настолько, что не помешал бы хороший растворитель, чтобы отодрать эту засохшую корку. Я оказался абсолютно беспомощен, что раздражало и еще больше выводило из себя. Каждый вздох отзывался болью в каждой клеточке тела, но волнение за младшего брата и необходимость знать, что с ним все в порядке заставляли меня бороться со своей слабостью и отказываясь принять поражение, я упорно сражался за каждый звук, каждое ощущение, которое могли донести до меня истерзанные этой войной органы чувств. Я не желал сдаваться, пока не услышу твой голос, пока не узнаю, что с тобой все хорошо, нельзя сдаваться... ведь я так люблю тебя, Саске! Как же я люблю тебя, мой маленький глупый брат. Почему я не сказал тебе этого раньше? Ах, да... Я слишком боялся мнения окружающих, слишком переживал за твою реакцию, слишком лелеял свою похоть, вместо того, чтобы просто быть тебе хорошим братом, я слишком увлекся своей участью извращенца, коим я сам охарактеризовал себя. Я слишком много думал, вместо того, чтобы подарить тебе свою любовь- любовь старшего брата в традиционном ее понимании. Я слишком боялся поддаться своим желаниям. Неужели теперь СЛИШКОМ поздно? Нет, я не позволю этой тьме окутать меня. Я слишком многое не успел и я не сдамся на радость всем чертям, которые проиграли в своих ставках на греховное падение моей души и поджидают меня сейчас в предвкушении расплаты. Даже сейчас, находясь во тьме, я слышу твой голос. Что ты шепчешь мне, отото? Не могу разобрать, но как же прекрасно слышать твой голос, хоть он - очередной плод моего воображения. Он подобен самой прекрасной и желанной музыке, которую слышит у себя в голове отчаявшийся композитор. Прошу тебя, не замолкай...Саске...Саске.... Белый луч ярко прорывался сквозь занавеску. Слишком светло. Вздохнув полной грудью, я ощутил смутно знакомую боль в теле. С трудом разлепив глаза, передо мной предстал слишком высокий потолок. Каждое осторожно движение отзывалось глухой болью, левая рука затекла под какой-то тяжестью. Переместив взгляд на нее, я увидел спящего у моей кровати отото. Сообразив, что его голова и была той самой "тяжестью", я уже не спешил освобождаться от этого ощущения. Мысли перемешались. Было очевидно, что я нахожусь в больнице, но я по-прежнему не помню, как я здесь оказался. За окном ярко светило солнце. Так ярко оно озаряет это. Город лишь до полудня, значит... Бедный маленький брат. Неужели он провел здесь всю ночь? Что же произошло и где родители? Ах, да, командировка. И я разговаривал с Какаши, потом решил прогулять пары в институте, отправившись в парк собраться с мыслями и ... "Хм, а говорят, что прогуливать пары иногда полезно. Похоже, это не мой случай!"- иронично втиснулась случайная мысль. - Аники! Ты пришел в себя! - хриплый возглас отото выдернул меня из размышлений. Небольшие, но заметные круги под глазами, помятый вид и смесь боли и радости в глазах моего котенка, заставили сердце пропустить удар. - Прости, что заставил волноваться, отото, - вымученно улыбнулся и нежно щелкнул пальцами по лбу своего братишки,- долго я тут отдыхаю? - Тебя привели вчера. Тебя сбила машина на пути в кафе, был сильный ливень и какой-то идиот ехал с приличной скоростью и не заметил тебя на дороге. Хорошо, что Дейдара и Сасори были в том кафе. Они увидели тебя и вызвали скорую, но пока ее ждали, ты успел простудиться, лежа в холодной воде. Ночью у тебя был жар, врачи кололи какие-то препараты. Аники... Лицо Саске отразило все переживания, всю боль, которую ему пришлось пережить за эту ночь. - Саске, - прошептал я, желая хоть как-то утешить моего маленького котенка, - прости за все... - Тебе не за что извиняться, нии-сан. Если бы не тот придурок... - Наверное, уже сообщили родителям. Бедная Микото, она, должно быть, не находит себе места, - решил я сменить тему,- Теперь им придется прервать командировку... - Эээ, вообще-то мама звонила утром, но так как врач сказал, что угрозы для жизни нет и скоро ты должен прийти в себя, то я не стал посвящать ее во все это, - виновато потупил глаза отото, - тем более, что им придется задержаться, так как возникли какие-то проблемы. Я подумал, что ты сам решишь, стоит ли звонить родителям. Сказать, что я был удивлен, не сказать ничего. Хотя, если разобраться, то так даже будет лучше. Ни к чему мне постоянные переживания и суета Микото и раздражённость отца из-за сорванной командировки. - Нии-сан, мне нужно позвать врача, чтобы он осмотрел тебя, - сказал Саске, - у тебя сломано два ребра, несколько пальцев на обеих руках, трещина в ноге и ушиб грудной клетки. Врачи уже наложили гипс и ждут, когда ты придешь в себя, чтобы завершить осмотр. Получив одобрительный кивок, отото скрылся за дверью. Да уж, присмотрел за младшим братом. Сердце болезненно сжималось, при воспоминании боли в глазах младшего, но в то же время, в груди разливалось теплом чувство, что отото переживал и заботился обо мне, то чувство, которое должно находится крепко под замком, снова овладевало моим сердцем. Тем временем, в палату вошла врач. Симпатичная брюнетка средних лет с короткой стрижкой, представилась как Шизуне. Она с нескрываемым интересом оглядела меня, попутно проведя весьма стандартный в данных ситуациях осмотр и резюмировала, что угрозы для жизни действительно нет и при обещании соблюдать все прописанные мне процедуры и медикаменты, она может выписать меня домой после обеда, когда закончат оформление всех документов, если я не хочу пройти пару процедур лично под ее присмотром. - Спасибо, но мы, пожалуй, будем ждать выписки, - скрипнул зубами Саске, бросив на Шизуне злой взгляд. Я удивленно перевел взгляд на отото, но лицо последнего уже успело принять фирменное Учиховское безразличное выражение. Я подавил смешок. Что же это значит, маленький брат, ты ревнуешь меня к моему лечащему врачу? Приятное чувство продолжило теплой негой разливаться по груди, все настойчивее пробуждая мои животные инстинкты. Хотелось прижаться губами к этому непокорному мальчишке, забраться в его голову и узнать, наконец, что же там происходит. Тем временем Саске вышел забрать бумаги и вызвать такси, предоставив меня санитарам, которые отключали аппараты и убирали капельницы. Я потянулся к лицу, чтобы убрать выбившуюся прядь волос и неожиданно столкнулся с весьма определенной проблемой. И тут меня заняла более насущная мысль. Дело в том, что отото не шутил, говоря о сломанных пальцах. С наложенным гипсом я не мог управиться с элементарными вещами, я осознал, что не смогу даже держать ложку. Вот, черт! Видимо, я произнес это вслух. - Что случилось, аники? - вопросительно смотрел на меня младший брат, только что вернувшись с больничной коляской. - Пальцы сломаны не очень удачно, если это можно так назвать, - стараясь придать голосу равнодушия, ответил я, - не представляю, как я буду есть и выполнять простейшие функции. - Хм, пожалуй, у меня появился шанс побыть старшим братом, - ухмыльнулся Саске, - я уже об этом думал и отпросился у Какаши-сенсея на неделю, чтобы ухаживать за тобой, пока не приедут родители. Поэтому будь паинькой и слушайся младшего братика, аники. Потрясенно смотря на наглую мордашку зарвавшегося котенка и поймав его веселый взгляд, я не удержался, и мы вместе начали смеяться над комичностью нашего положения. И действительно, кто бы мог подумать о столь неожиданном перераспределении ролей? Добравшись до дома, Саске определил меня в гостиной, решив временно устроить здесь мои покои, чтобы не утруждать меня походом по лестнице. На первом этаже была ванная и все удобства, поэтому сейчас- это было идеальное место для моего пребывания. Заботливо уложив меня на диван и убежав на кухню разморозить какой-нибудь полуфабрикат на обед, отото дал мне время, чтобы получше изучить свои возможности в данной ипостаси. Пальцы рук, которые остались целы, не представляли никакой ценности, так как были несовместимы в работе друг с другом. При попытке самостоятельно поменять положение тела или встать, ребра отозвались резким протестом, намекнув на дальнейшую бесполезность такой самодеятельности. Похоже, что я целиком и полностью зависел от своего отото ближайшие дни. Это одновременно и радовало, и пугало. Слишком много времени наедине с младшим братом, слишком близкий контакт, слишком сильное желание чувствовать на себе его руки, слишком много "слишком". Со стоном откинув голову на подушки, я закрыл глаза и полностью отдал себя в руки судьбы. Говорят же, что все, что происходит -к лучшему. Надеюсь, у этой нахалки действительно есть какой-то план.