Всё происходит в Рождество

      В комнате было тепло и уютно. Завернувшись в пуховое одеяло, словно в кокон, Сэм лежал, отвернувшись к стене. Просторная кровать прогнулась под весом тела. Сэм вздрогнул, почувствовав это. Больше всего на свете ему сейчас не хотелось ничего объяснять брату. Он уже предвидел это: он поворачивается, встречаясь со взглядом Дина, наполненным укором и непониманием. А потом тот начнет выяснять, откуда же у его младшего братишки родились такие абсурдные мысли. Да, определенно, лучше не поворачиваться. Лучше притвориться спящим.       Но Дин знал, что Сэм не спит. Потому что Сэм никогда бы не заснул вот так, укутавшись в одеяло. Нога обязательно должна была торчать наружу. Хоть самый кончик пятки, но должен. -Сэмми? – Дин лег на кровать во весь рост, укладывая голову на подушку. – А ты это серьёзно? Ну, про поцелуй?       Его голос звучал тихо-тихо, словно он собирается раскрыть самый страшный секрет на Земле, выдать важную политическую тайну. Сэм помолчал, а потом медленно перевернулся на другой бок. Лицо Дина оказалась в неимоверной близости, и этого Сэм не ожидал. Он зарылся с головой под одеяло, скрывая своё смущение. -А ты сомневаешься в моей серьёзности? -Что ты там бормочешь? Сэм, вылезь из-под одеяла. Не слышно же ничего, - улыбаясь, произнес Дин.       Младший послушно выбрался наружу, вдыхая свежий воздух. -Я говорю, ты сомневаешься в моей серьёзности? – более четко произнес Сэм. -Нет. Теперь уже нет.       Дин пододвигается ближе и невесомо касается губ Сэма. Тот удивленно смотрит на брата, не осознавая, что вообще происходит. Дин смотрит на него и улыбается, улыбается этому выражению лица Сэма, потерянному и отстраненному. Они лежат близко, так близко, что Дин чувствует дыхание брата у себя на щеке. Дин ждет, не предпринимает новых попыток поцеловать, он просто ждет и смотрит на Сэма своими глазами, цвета лесной зелени.       И Сэм делает это. Он целует Дина. Мягко, плавно, неторопливо, словно хочет запомнить каждую трещинку его губ. Он чувствует улыбку брата. И это расслабляет. Дин решает взять инициативу в свои руки, приоткрывает рот и осторожно проводит языком по сжатым губам Сэма. Тот реагирует моментально, копируя действия, разжимает губы, впуская юркий язык в свой рот.       Увлеченный поцелуем, Сэм не сразу замечает руку Дина, скользящую по плоскому животу. Ладонь движется ниже и тяжело ложится на промежность. Сэм вздрагивает, отрывается от губ брата. В его глазах читается паника. Дин видит это. Свободной рукой он зарывается в волосы брата, мягко перебирает отросшие пряди и притягивает к себе, вновь вовлекая в горячий поцелуй.       Пальцы Дина пробираются под ткань нижнего белья и смыкаются на члене Сэма. Тот рвано выдыхает брату в губы, непроизвольно толкаясь в этот приятный капкан из пальцев. -Боже, Дин… -Тш-ш, - он снова накрывает губы брата своими, начиная двигать рукой.       Плавно, тягуче. Между пальцев Дин чувствует выступившую смазку, которая делает движения более скользкими и влажными. Сэм глухо стонет, и этот стон сладким медом заливается Дину в уши, проникая в сознание.       Издав ещё один слабый полу-стон – полу-хрип, Сэм заходится мелкой дрожью, заляпывая спермой руку Дина и собственное нижнее бельё. Старший Винчестер подносит ладонь к своим губам и усердно слизывает с неё всё до последней капли. Сэм лишь завороженно наблюдает за происходящим, не зная, что можно сейчас сказать.       Дин поднимается с кровати, с легкой улыбкой смотрит на брата, наклоняется, чтобы поцеловать и беззвучно удаляется из комнаты. -Дин? -Чего? -А… а почему ты… -Потому что мечты сбываются, Сэмми. Потому что мечты сбываются.       «Прошло два года с момента нашего с Дином первого «совместного» Рождества. Вчера мы рассказали о нас отцу. Я бы мог молчать, мне это было не к спеху, но вот Дин… Он не умеет ни молчать, ни слушать. Он настоял на том, чтобы мы обо все рассказали, и я послушал его. В конце концов, рано или поздно, это стало бы очевидным. Сказать, что отец был зол – ничего не сказать. Он был просто в ярости, похожий на бешенного растравленного ротвейлера. Я думал, он убьет нас на месте, но нет. Он оставил нас жить. Правда, он сказал, что не желает, чтобы мы были его сыновьями… но этого стоило ожидать, не так ли? Теперь мы живем отдельно от отца и пытаемся устроить свою жизнь… S.W . Декабрь. 2001 г.»       С отцом отношения окончательно испортились. Сэм надеялся, что когда-нибудь отец сможет их понять и принять, но Дин лишь усмехался этим сэмовским пустым надеждам.       А с другой стороны, кто им ещё нужен? Они есть друг у друга – и это главное. Они всегда могут рассчитывать на поддержку, заботу и любовь. Но всё меняется, когда в отношения вступает третья сторона, становясь третьим углом у так называемого "любовного треугольника".