Всё происходит в Рождество

«Я должен извиниться перед вами. Особенно за ту ночь. Вы должны понять, я просто выполнял свою работу. Я не хотел лезть в вашу жизнь, портить её, правда, не хотел, но… Вышло совсем иначе. И я прошу прощения. Я ужасно выполнил свою работу, точнее, не выполнил её или выполнил лишь частично. Если бы не я, вы бы не узнали то, что должно было остаться тайной. Если бы вместо меня наняли другого человека, то ты, Сэм, не получил бы это гребаное ранение, а тебе, Дин, не пришлось бы стрелять в живых людей. И вообще, вы бы, наверное, жили в своем доме, и не догладывали бы о том, что за вами кто-то охотится. И вы бы отметили Новый Год вдвоем, наслаждаясь лишь собственной любовью. Я ещё раз прошу прощения, за то, что влез в вашу жизнь. Клянусь, я больше не коснусь её. Кастиэль. » Именно эти строки были написаны черной ручкой на белоснежной бумаге, вложенной в такой же белоснежный конверт, который уже с полгода лежит на тумбочке в распечатанном виде. Кас исправно не нарушал своего обещания. Ни Сэм, ни Дин, не видели его с июня. Сэм помнил его взгляд, когда тот выходил из дома, залитого кровью, а Дин помнил жалость в голосе, с которой он извинялся за свою ложь. Кастиэль исчез так же незаметно, как и появился. Оставив после себя лишь конверт с письмом. Он исчез из жизни братьев Винчестеров, но остался в их воспоминаниях, таких теплых и приятных, с запахом блинчиков с корицей.       Полгода пролетели быстро. Джон перестал строить из себя обиженного отца, выплатил Мэри внушительную сумму денег, за что она пообещала не приближаться к сыновьям (скорее всего, врет), Дин обзавелся новой мастерской (не без помощи отца, конечно), Сэм продолжал работать в фирме, Адам получил звание «ещё одного брата». И вроде бы жизнь стала лучше прежней, но не хватало одной маленькой детали для полного пазла счастья. И эта «деталь» поклялась больше никогда не касаться жизни Винчестеров. «Никогда». Такое ограниченное понятие. Ломающее все надежды и пугающее своей абстрактностью. Но не сегодня. Не в Рождество. Наверное, поэтому Кастиэль сейчас неуверенно стоит у двери в дом Винчестеров. Слегка дрожит от холода и сомнения. -Эй, долго стоять собрался? – к неожиданности Каса, Сэм с улыбкой открывает дверь. -Я… я тут… -Я видел тебя в окно, ты подошел минут 15 назад. Проходи, ты ведь замерз. Что говорить человеку, за которого ты в любую минуту готов отдать жизнь, но поклялся ему, что он никогда тебя больше не увидит? Как вести себя, когда внутри все обдает холодом от нетерпения, но разум велит стоять на месте, изображая непреклонность? -Я… - тихо произнес Кас. – Я пришел узнать, всё ли у вас с Дином в порядке. Мой договор о работе был подписан на год, и сегодня, так сказать последний день… Я пришел убедиться, что с вами все хорошо. -Кас, - Сэм приблизился к нему, выдыхая в холодные губы, - скажи, дело только в работе? К черту глупые обещания! Кас притягивает за талию Сэма к себе, бережно целуя того в губы. Сэм еле заметно улыбается, не переставая мягко касаться губ черноволосого в ответ. -Так и знал, - шепчет Сэм, - знал, что вернешься. -Сэм, - Кас виновато смотрит на него, поглаживая пальцами шрам на плече, - прости меня. -За что, Кас? За то, что не дал мне с Дином сгореть тогда в доме? За то, что не дал тому ублюдку пристрелить меня? За то, что своим присутствием ты спас Дина от гибели? – Кастиэль вопросительно вздернул бровью. – Когда горела его мастерская, Кас. Если бы ты не появился в нашем доме, Дин бы работал в тот день. Я мог лишиться гораздо большего, чем ровной кожи на плече. Так за что ты просишь прощения? -За любовь. За то, что вмешался в вашу любовь. Ты ведь прекрасно понимаешь, что любить по-настоящему можно лишь одного человека. Любовь на троих не возможна. -Чушь, - Сэм запускает свою руку в волосы Каса, большим пальцем поглаживая скулу, - очередной пустой стереотип. Ты нужен нам, Кас. Нужен Дину. Дверь без скрипа открывается. Ни кем не слышимый, Дин возвращается домой. Он слышит голос Кастиэля, замирает, прислушиваясь к разговору. -Ты нужен мне. Слышишь? Я… не знаю, могу ли утверждать точно, но, кажется… я люблю тебя, Кас. -И как мы скажем об этом Дину? – синеглазый улыбается. - Думаешь, он поддержит нас? -Ещё бы! Мы расскажем ему всё, как только он вернется, - Сэм полон нетерпения. Он притягивает к себе Кастиэля, нежно касаясь его губ своими. Для Дина сейчас ясно одно: Сэм решил быть с Касом. И Сэм прав, Дин поддержит их, сделает счастливое выражение лица, скрывая за этой ложной маской боль. Сейчас хочется одного – уйти. И Дин уходит, хлопнув (случайно) дверью. Сэм тут же оборачивается на шум. -Или он не так всё понял, или он не доволен нашим решением, - пожимая плечами, произносит Сэм, - Кас, ты подождешь нас здесь? Черноволосый уверенно кивнул, и Сэм рванул на улицу вслед за братом. На улице было темно, снег сыпал густыми хлопьями. Сэм осмотрелся по сторонам, Дина нигде не было видно. Но на земле были заметны следы, четкие, расположенные на широком расстоянии друг от друга, оставленные лишь одним человеком. И без сомнений, этим человеком являлся Дин. Сэм последовал за ними и спустя один поворот уже уверенно направлялся к темной фигуре, сидевшей на холодной земле, опустив голову. Сэм тихо подошел к нему и молча сел рядом. Дин поднял голову, и Сэм готов был поклясться, что глаза блата блестели. От слез ли? -Скажи, Сэм, почему всё происходит в Рождество? – взгляд болезненный и потерянный. - Все особенные события нашей с тобой жизни происходят в Рождество. -Потому что мечты сбываются. Помнишь? Дин задумался. Да, он всегда мечтал, чтобы брат был счастлив. И раз уж это счастье он нашел в персоне Кастиэля, то, что с этим поделаешь? -Я, - Дин глубоко вздохнул, - я рад за вас с Касом. Если ты считаешь, что так лучше, то пусть будет по-твоему. Если ты счастлив, то счастлив и я. -Дин, - Сэм облегченно выдыхает и мягко улыбается, беря замерзшую ладонь брата в свою руку, - ты идиот. И я понял нашу с тобой проблему: мы делаем выводы, не разобравшись в сути самой ситуации. Дин непонимающе смотрит на Сэма. -Ты никуда от нас не денешься. Ни от Каса, ни от меня. Слышишь? И он целует брата в холодные губы, мягко и осторожно, чувствуя, как снежинки опускаются на лицо и щекочут кожу.       Кас ждал дома. Он тревожно ходил по комнате, раз за разом прокручивая в голове возможные разговоры с Дином. Когда за дверью послышался стук ботинок, он заметно занервничал, не зная, чего ожидать от этой встречи. Зеленые глаза ловят на себе полный надежды взгляд синих. Сердце в предчувствии набирает ритм, гулко бьется внутри. Странное, тянущее чувство в груди, схожее с тоской. Что сказать? «Привет?» Нет. «Хэй, как отмечается Рождество?» Тоже не то. «Сукин сын, я скучал по тебе». Опять не то. Вместо всяких слов они просто одновременно шагают навстречу друг другу, не прерывая зрительного контакта. Лишь когда одно тело крепко прижимает к себе второе, сердце успокаивается, перестает мучиться. Дин чувствует, как его трясет, и подобный трепет исходит от Каса. Он не хочет размыкать объятья, но хочет ощущать ещё и брата. Не успев подумать об этом, Дин чувствует на своем плече руку Сэма, обнимающего их обоих. Приятно и тепло. Спокойно и хорошо. Волшебно.