Eyeliner

Джэхе смотрит на свое слегка помятое и мокрое отражение. Макияж нещадно потек, превратив идеально ровные стрелки в черно-серую дымку, но, нужно признать, это даже придает ему некий шарм. Ан весело фыркает. Черт побери, когда он стал думать про себя с таким кокетством? Дурацкая ольджанская тусовка! Джэхе умывает лицо, кидает мокрое полотенце в корзину для белья и выходит из ванной комнаты, одетый, к слову, в явно маловатые ему футболку и брюки. - Спасибо, что приютил, Юнхо-я. Иначе не знаю, как бы я доехал до дома, - говорит он, проходя в светлую гостиную, где его ожидают друзья: хозяин квартиры Сон Юнхо и их общий друг Пак Чунхен, тот самый, с чьей легкой подачи Джэхе вновь наладил связи со старыми знакомыми. - Не беспокойся об этом, хен, - отмахивается Юнхо. – Мой дом всегда открыт для тебя. Как ты себя чувствуешь? - Все в порядке, просто досадная неприятность. Мне жаль только, что пришлось побеспокоить тебя. - Ничего не в порядке! – восклицает сидящий на диване Чунхен. – Та девица реально была не в себе! Тебе нужно было вызвать охрану! - Это всего лишь коктейль. - Она облила тебя с ног до головы да еще и пощечину залепила! Надеюсь, ты хотя бы выставишь ей счет за испорченные вещи. - Джэхе-я не такая стерва, как ты, Чунхенни, - усмехается Юнхо, на что самый младший показывает ему язык. - Не хочу с ней больше связываться, - Джэхе кривится. – Черт, я даже не разговаривал с ней, чем я мог так ее разозлить? Чунхен легко поднимается с дивана и, подойдя к хену, легко треплет его по влажным волосам. - Хен, ты вроде и старше, но иногда бываешь таким наивным. Ты весь вечер трепался с Тэхи. - И что? - Она его девушка, - с усмешкой добавляет Юнхо. – А Тэхи прямо-таки пожирал тебя взглядом. И видимо ей это не понравилось. - Мне это тоже не понравилось, - надувает губы Чунхен. – Он известный сердцеед, так что держался бы ты подальше от него, хен. - Брось, Чунхенни, - Джэхе успокаивающе гладит его по щеке. Он счастлив тому, что тонсены так трогательно пекутся о нем, но, порой, они, кажется, считают его за несмышленого ребенка. – Я не идиот, чтобы вестись на тупые пикаперские приемчики. - Не идиот. Но этот кобелина хорош, а ты у нас недолюбленный, так что все может быть. - Что значит недолюбленный? У меня с этим все в порядке, - Джэхе хмурится. Вот только душеспасительных бесед ему не хватало. - Да то и значит. Приведи своего парня к нам, и я лично скажу ему, что он тупой олень. Юнхо дает Чунхену ощутимый подзатыльник, и тот, обиженно засопев, утыкается носом в плечо Джэхе, сгребая хена в объятия. - Этот ребенок, порой, несносен, - качает головой Юнхо, - но идея неплоха. Может, и правда приведешь? - Боюсь, у нас не те отношения… точнее сказать, уже нет отношений. - То есть ты теперь свободен? – вскидывается Чунхен. - Не знаю. Наверное? - То есть? - Ну, мы не разрывали отношения официально, но они вроде как свободные, и у него есть кое-кто. - Кое-кто? – нахмурившись, переспрашивает Юнхо. - Что? - Ты сказал «кое-кто», не «кто-то». То есть ты знаешь, кто это? - Ну, да. Это не то чтобы тайна. - И ты так спокойно относишься к этому? Джэхе вздыхает. - А что я могу предъявить? У нас «свободные отношения», имеет право. Да и… если начистоту, тот парень подходит ему больше. В нем есть особенный шарм, и у них действительно много общего, - и, кажется, Чихо его по-настоящему ценит, раз может так легко делать то, в чем так долго отказывал Джэхе. Юнхо на его проникновенную речь возводит очи горе, а Чунхен лишь сильнее сжимает в объятиях. - Хен, ты такой дурак. Неимоверный просто, - бормочет он ему в шею. – Но все будет хорошо. Точно тебе говорю. - У меня и так все хорошо, Чунхенни. Спасибо вам за заботу, парни, - Джэхе обнимает одной рукой Чунхена, второй подтягивает к себе Юнхо и, прикрыв глаза, улыбается. - Кстати, - вспоминает вдруг Юнхо, прерывая эту идиллию. – Совсем забыл! Тебе звонил твой лидер. - Лидер? – Джэхе, вздрогнув, отстраняется. Вспомнишь солнце… – Ты уверен? - Ну, его же У Чихо зовут? Я помню. Он и звонил. Ты был в душе, и я ответил, чтобы сказать, что с тобой все в порядке, надеюсь, это ничего? - Он что-нибудь передавал? - Нет, ничего. Трубку положил и все. Может, перезвонишь ему? Джэхе раздумывает недолго, а потом качает головой. - Нет, не стану. Раз не передавал ничего, значит, терпит до утра. Не знаю, как вы, а я жутко устал. Юнхо-я, тащи сюда одеяло. - Как скажете, сэр! – смеется Сон и, прихватив с собой Чунхена, исчезает в спальне. Джэхе садится на диван, глядя на лежащий неподалеку телефон. Может, все же позвонить? Чихо сто лет не звонил ему, вдруг произошло что-то важное? Нет, к черту, решительно думает он и засовывает агрегат в сумку до утра.