Дом человека в чёрном

      К тому моменту, как Гарри с чемоданом и совиной клеткой в руках оказался в гостиной Снейпа, ни Николаса, ни Адриана в доме всё ещё не было, и Поттер сильно сомневался, что они собирались возвращаться в ближайшее время. Было ли на то причиной нежелание проводить лето в компании зельевара (что, по мнению Гарри, было бы весьма логично) или же нечто другое, Поттер не знал. Хотя летняя версия Снейпа вызывала куда меньшее желание сбежать, нежели его версия в Хогвартсе.       Разобравшись с вещами и оставив окно в комнате открытым, на случай, если прилетит Хедвиг, Гарри спустился вниз, раздумывая о том, чтобы осмотреть окрестности. Возможно, он даже сможет найти кого-то из сверстников и неплохо провести время.       — Куда ты собрался?       Столкнувшись в дверях с входящим в дом Снейпом, Поттер отошёл назад, пропуская того в дом, отмечая, что не слышал, как мужчина выходил.       — На улицу?       Взгляд, которым наградил его зельевар, без труда давал понять, что большего идиота в своей жизни он не видел.       — Сколько людей, по-твоему, пытается сохранить твою жизнь, Поттер?       — Прекратите говорить со мной, как с идиотом! — вскипел Гарри, раздражённо всплеснув руками. Видит Мерлин, Снейп был просто невыносим. — Я просто собрался выйти на улицу, ничего сверхъестественного! Знаете, это то что делают нормальные люди, а не сидят годами в подземельях! Волдеморт не гуляет по каждому маггловскому городу, разыскивая меня!       Гарри резко замолчал, когда понял, что Снейп не обращает на него внимания. Пока Поттер пытался донести до него своё раздражение, Северус поставил пакеты с продуктами на пол и очистил одежду от несуществующей пыли, только тогда посмотрев на гриффиндорца.       — Закончил?       — Да! — Поттер едва не выругался, взбешённый поведением зельевара ещё больше. По привычке Гарри внимательно следил за руками мужчины, на случай, если тому захочется его ударить. Не то, чтобы Снейп когда-либо пытался это сделать, но, всё же, на всякий случай. — Сэр.       — Хорошо, — неприятно усмехаясь, ответил Северус, сверля Поттера взглядом. — Попробуй наорать на меня ещё раз, и будешь драить котлы всё лето. Возьми пакет и отнеси на кухню.       Гарри обречённо взглянул на захлопнувшуюся дверь, до которой он почти добрался. Удивляясь собственной храбрости, он поднял один из пакетов и сделал ещё одну попытку:       — Но я…       — На кухню, Поттер, — раздражённо прервал Северус и, развернув гриффиндорца, подтолкнул его в верном направлении.       Едва не бросив пакет на стол, Гарри развернулся к мужчине, чьё лицо закрывала завеса волос.       — Почему я не могу выйти на улицу?       — Потому что я понятия не имею, есть ли в этом городе ещё волшебники, и не горю желанием это выяснять.       Поттер уже открыл рот, чтобы ответить, но резко захлопнул его под взглядом обернувшегося Снейпа.       — Оу.       Было бы неприятно, если бы его похитили прямо из-под носа зельевара. В конце концов, Гарри Поттеру было слишком опасно появляться на улицах одному, особенно сейчас.       — А …       — Шатаются где-то с Уизли и не разыскиваются Тёмным Лордом, — ответил Снейп, даже не смотря на него. Гарри настороженно уставился на зельевара.       — Вы же не…       — Ты думаешь слишком громко, Поттер, — включив кофеварку, Северус сел за стол и, наконец, посмотрел на подростка.       — Это… омерзительно, — Гарри возмущённо оглядел зельевара. — Вы читаете мои мысли!       Снейп презрительно скривился. Магическое образование Золотого Мальчика оставляло желать лучшего, ему стоило хоть иногда заглядывать в библиотеку не только для того, чтобы вытащить оттуда Грейнджер.       — Это называется легиллименцией, Поттер. На что надеется Дамблдор? Что ты завалишь Тёмного Лорда идиотскими вопросами, и тот умрёт от смеха?       Гарри кинул на зельевара гневный взгляд.       — Я победил его на кладбище.       — Нет, — отрезал Северус. — Ты сбежал. И это был первый раз, когда ты применил мозги по назначению.       Не было человека, который раздражал бы Поттера сильнее, чем Снейп, как не бывает в жизни человека более ненавистного, чем тот, чью правоту, даже понимая её, мы не желаем признавать.       — Ну, знаете, — сердито заметил Поттер, только для того, чтобы оставить за собой последнее слово. — Я в этом лучше, чем вы думаете.       Снейп дёрнулся. Гарри не был уверен, что именно произошло, но он оказался обезоружен и привязан к стулу. За мгновение. Зельевар склонился над ним и теперь с интересом разглядывал, вертя в руках отнятую палочку.       — Не смей мне говорить, что умеешь сражаться, — тихо произнёс он.       Гарри дёрнулся, надеясь выпутаться из верёвок, но оказался лишь сильнее прижат к стулу.       — Вы застали меня врасплох!       — Да, Поттер, — не без удовольствия подтвердил Северус. — Именно так действуют Пожиратели Смерти.       — Вам ли не знать, — огрызнулся Гарри и в ужасе посмотрел на Снейпа. Он не имел в виду… Мерлин. Он не собирался этого говорить.       Зельевар странно взглянул на него, после чего резко дёрнул своей палочкой, освобождая от пут, и принялся распаковывать пакеты с едой.       Поттер, подняв свою палочку со стола, безрадостно уставился на руки, сжатые в кулаки. И почему это обязательно должен быть Снейп?! Почему не кто-то другой? Почему его всегда тычут носом в то, что он ничего не значит?!       — Думаете, я не знаю? — наконец спросил он, сверля спину мужчины напряжённым взглядом. — Что ничего не смогу сделать? Постоянно повторяете, что я ничего не стою. Я, может, и кретин, но не настолько, чтобы считать себя сильнее Волдеморта. На кладбище я остался жив только потому, что в меня Аваду сразу не запустили! — зло закончил Гарри. — Вы постоянно тычете меня в это носом, а Дамблдор твердит о силе любви! Это просто нечестно! Я никогда не мечтал о личном Тёмном Лорде! — Гарри зло ударил ногой по ножке стола.       Прямо перед ним с громким стуком опустился стакан с водой, приводя в чувство и заставляя посмотреть на взбешённого Снейпа, кажется, едва сдерживающего порыв устроить ему взбучку. Гарри окаменел на стуле, с трудом подавляя желание отодвинуться как можно дальше.       — Закончил истерику? — рявкнул Снейп, опираясь руками о стол и нависнув над гриффиндорцем. — Может быть, никто не удосужился сообщить Золотому Мальчику, но жизнь вообще несправедлива. Все должны жалеть тебя, Поттер?! — выплюнул Северус. — Я отказываюсь спорить о том, чьё детство было хуже. Ты далеко не единственный, кто оказался втянут в эту войну, так прекрати жалеть себя и сделай хоть что-то, чтобы выжить!       — Я никогда и не говорил, что хочу умереть!       Тяжёлое молчание повисло на кухне. Гарри, поднявшись, буравил взглядом Снейпа, а Северус разглядывал гриффиндорца так, словно увидел его впервые. Придя к чему-то, о чём не собирался сообщать, Северус кивнул своим мыслям.       — Хорошо, Поттер, — наконец медленно произнёс он, проклиная и Тёмного Лорда, и Альбуса Дамблдора.       Поняв, что убивать его никто не собирается, Гарри встретился взглядом со Снейпом, не веря, что всё ещё жив. Северус скривился и, скрестив руки на груди, мотнул головой, отбрасывая пряди волос.       — Я помогу тебе выжить.       Гарри моргнул.       Гарри мог поклясться, что стоящий перед ним человек вообще не был Снейпом. Снейп был старым слизеринским ублюдком. Не молодым волшебником, стоящим посреди практически маггловской кухни и соглашающимся помочь Гарри Поттеру. Северус Снейп ненавидел Гарри Поттера, но, если он готов помочь ему выжить, Гарри не собирался мешать.       — А теперь выметайся, пока я не передумал.       Повторять дважды не пришлось, и Северус, дождавшись, когда Поттер в растерянности покинет кухню, задумчиво провёл пальцем по губам. Эта идея никогда раньше не приходила ему в голову, но, возможно, он сможет выполнить данное много лет назад обещание, если примет немного больше участия в обучении Поттера. Вероятно, кому-то могло показаться, что тому просто стоит перестать искать неприятности на свою голову, но видит Мерлин, Северус слишком хорошо знал гриффиндорцев.       На несколько мгновений рука Адриана сжала его плечо, и тот опустился на соседний стул с кружкой кофе в руках, наблюдая за ним. Снейп перевёл взгляд на такую же кружку, стоящую перед ним. Мысль отправить сына вслед за Поттером была привлекательна, но Адриан молчал, не делал даже попытки заговорить.       Его отец, может, и считал, что непревзойдённо скрывает свои эмоции, но Адриан точно знал, когда тот пребывает в отвратительном расположении духа. Поэтому даже если бы в него сейчас полетела банка с тараканами, он бы ничуть не удивился.       Не стараясь сделать взгляд дружелюбным, Северус поднял бровь, но мальчишка качнул головой. Ничего. Снейп буквально мог почувствовать его спокойное дыхание.       Несколько минут спустя, оставив чистую кружку на столе, Адриан поднялся, на короткое мгновение обнял зельевара, не потрудившись обойти угол стола, и покинул кухню.       Задумчиво смотря вслед сыну, Северус мог сказать, что точно знал о гриффиндорцах всё, но иногда эти двое понимали намного больше, чем следовало. ***       Ночные кошмары не прекращались с того дня, как погиб Седрик Диггори, и Гарри начинал опасаться, что они не прекратятся никогда. Просыпаясь в холодном поту в спальне Хогвартса, а после у Дурслей, Поттер находил, что не спать гораздо легче, чем спать.       Его вновь заклинанием приковали к статуе, а зелёный луч Авады вновь летел в хаффлпаффца. Гарри закричал и дёрнулся, пытаясь разорвать заклинание Хвоста. Если бы он успел, если бы только успел. Отчаянье затапливало его с головой, а бессилие парализовало, нашёптывая, что все его действия бессмысленны.       — Поттер!       По его лицу текли обжигающие слёзы, которые он бы не смог остановить. Хвост издевательски смеялся, а Поттер продолжал вырываться.       — Поттер!       Гарри резко сел, едва не врезавшись в размытую фигуру. Плечи ныли, словно кто-то продолжительное время сжимал их в тисках.       — Поттер, — Северус, поднятый посреди ночи криком, тревожно вглядывался в лицо тяжело дышащего гриффиндорца.       Гарри в ужасе уставился на Снейпа, сидящего на его кровати, и перестал вырываться. Нащупав очки, он нацепил их и заставил себя выдохнуть. Снейп не казался злым или, по крайней мере, раздражённым, так что, возможно, стоило надеяться, что его не вышвырнут на улицу посреди ночи.       — Простите, сэр.       Северус закатил глаза и перехватил руку Поттера до того, как она дотянулась до шрама. Поттер выглядел изнеможенным и больным, заставляя задаться вопросом, сколько ночей он провёл в кошмарах.       — Не трогай.       Призвав охлаждающую мазь, Северус нанёс её на покрасневший шрам, скорее почувствовав, чем услышав облегчённый вздох Поттера.       О стекло в окне стукнулись ветки дерева. Гарри вздрогнул. Опять. Он действительно ненавидел деревья. У его окон в доме Дурслей никогда не было деревьев, в чулане не было окон, а в Хогвартсе ни одно из деревьев просто не могло дотянуться ветками до высоты, на которой находилась его спальня.       Гарри зажмурился, Мордред, как же он хотел спать, но перспектива вновь разбудить Снейпа не казалась такой уж хорошей. Вспомнив, что тот всё ещё сидит на кровати, что казалось настолько же ужасным, насколько невероятным, Гарри выдохнул.       — Я в порядке, профессор.       — Конечно, — незамедлительно отозвался тот, явно имея ввиду абсолютно противоположное. Но всё же встал с кровати и направился к двери.       — Могу я поспать в гостиной? — спросил Гарри до того, как Снейп вышел.       Северус обернулся и поднял бровь, просто требуя немедленного пояснения.       — Что не так с комнатой?       — Всё в порядке. Ну, знаете, деревья, — сдавшись, пояснил он. Усмешка на губах зельевара кричала о том, что тому не терпится съязвить о гриффиндорцах, боящихся веток, и Гарри уже успел пожалеть о том, что вообще спросил. Ради Мерлина, это же Снейп.       — Спускайся, Поттер, — наконец произнёс Северус, и голос его вновь звучал хрипло. Только сейчас, внимательнее посмотрев на него, Гарри заметил, что тот с трудом стоит на ногах, словно ему вновь стало хуже.       — Вы заболели, сэр?       — Потрясающее умозаключение, — зельевар закашлял и потёр лоб рукой. — У тебя минута, чтобы оказаться в гостиной, Поттер. Сейчас середина ночи, и я всё ещё хочу спать.       Снейп вышел, оставив Гарри потрясённо смотреть на закрывшуюся дверь.       Подорвавшись с кровати и захватив с собой подушку с одеялом, Гарри как можно тише сбежал вниз по лестнице, надеясь, что не ослышался. Снейп уже был в гостиной и, завернувшись в халат, словно в мантию, стоял у дивана, который, не без помощи магии, стал немного больше. Заметив тянущееся по полу за Поттером одеяло, Северус нетерпеливо цокнул.       — Чары левитации, Поттер, на это твоего мозга должно было хватить, — он достал флакон с зельем и поставил на каминную полку. — Зелье сна без сновидений. До утра не смей меня будить, — прохрипел он и, погасив свет, ушёл.       Некоторое время простояв в темноте, Гарри кинул подушку с одеялом на диван и, взяв зелье, выпил. Решив, что уже слишком поздно крикнуть Снейпу спасибо, он лёг и посмотрел на окно. Шторы были наглухо задёрнуты, но Поттер точно знал, что деревьев там нет. Сверху вновь послышался болезненный кашель Снейпа, и Гарри поглубже завернулся в одеяло. Сон накатывал огромной волной, сносящей все мысли, но прежде, чем уснуть, Поттер успел подумать, что он, может, и не тот, кого зельевар желал видеть в своём доме, но за три дня тот, определённо, сделал для него больше, чем Дурсли.       И, честно говоря, над этим стоило задуматься.