Самый сложный экзамен

Пока Дженсен разговаривал со своей семьёй - со всей своей семьёй! - Джаред куда-то смылся. Вот гадёныш! Наверняка, он там в его ванной занимается... - Да, бабуля, прости, что не смог приехать... Каждый, присутствующий на семейном сборище, посчитал своим долгом лично сообщить Дженсену, как он неправ, пропуская такое важное событие, сказать ему, что работа не заменит родных и всё в таком духе. Дженсен уже начинал чувствовать, что его голова скоро взорвётся, когда раскрасневшийся Джаред вернулся в гостиную и принялся деловито возиться с ёлкой. Дженсен следил за ним взглядом, продолжая болтать по телефону. Джареду со школы не приходилось так часто бывать в ванной по определённому поводу! И самое обидное, что никакого удовольствия! Хотелось настоящего живого секса, а не дрочку. Тем более, когда рядом такой, как Эклз. Интересно, он всегда так динамит или это Джареду так повезло? За особые заслуги так сказать. Дженсен всё ещё говорил по телефону, и ему ничего не оставалось, кроме как занять себя украшением ёлки. Игрушек не было - значит, надо придумать самому, чем украсить. Падалеки обвёл взглядом гостиную, потом пошёл на кухню, затем в спальню и коридор. Везде насобирал всякой мелочи типа ручек, блестящих проводов и шарфов и развесил на ветках, как мог. На верхушку он водрузил декоративную рукавицу-прихватку, найденную на кухне. Но всё равно чего-то не хватало... Джаред вспомнил о журавликах и, похвалив себя за сообразительность, пошёл искать бумагу. В детстве он, Джефф и Мэг часто вырезали снежинки и расклеивали их по дому. Положив, наконец, трубку, Дженсен стоял посреди гостиной и, сложив на груди руки, разглядывал то, что Джаред сотворил с ёлкой. Оригинально, ничего не скажешь. С фантазией этот парень явно дружит. Куда он, кстати, опять смылся? *** Джаред нашёл рабочий кабинет профессора. Стол с компьютером и принтером, книжные шкафы, занимающие две стены и забитые под завязку книгами и журналами, на третьей стене висели разные странные штуки. Ему понравилась эта комната. В ней хотелось, как минимум, написать диссертацию, речь президента и рвануть открывать ещё одну Америку. Она очень подходила Дженсену - строгая и в тоже время наполненная разными интересными и необычными вещами. Возле принтера была целая кипа чистых листов, там же нашлись ножницы. Джаред вырезал четвёртую снежинку, когда его телефон зазвонил. - Привет, мам... И тебе счастливого Рождества!.. Джефф и Мэг там?.. И им тоже!.. Нет, я не один... Нет, не с Чадом... И не с Жен... Мам, какая разница?.. Прости, я не завожусь... Он, мам... Это парень... Нет, не просто друг... Мам, ну какое «вдруг»?! Я же ещё четыре года назад сказал, что... Да, да прости... Надеюсь, что серьёзно... Да, очень... Спасибо, мам... И я тебя... Мам! А отец... как он?.. Что доктор Шульт говорит?.. Это хорошо... Нет! Не говори, что я спрашивал, ладно?.. Хорошо!.. Ага... И я тебя... Пока, мам. Джаред ещё какое-то время смотрел на телефон в руках, а потом со вздохом убрал его в карман. Когда он поднял глаза, то увидел стоящего на пороге Дженсена. Интересно много он слышал? Подслушивать нехорошо. Дженсен, конечно, знал это, но просто стоял на пороге и слушал, как Джаред говорит по телефону. Он не замечал его, уставившись в окно, и выглядел грустным. Он спрашивал что-то об отце и о докторе. Ах, да! Он же говорил о том, что не ладит с отцом и что тот нездоров. Дженсену и самому становилось грустно от одного только вида Падалеки, гипнотизирующего телефон. Когда Джаред заметил его, Дженсен подошёл и сел на край стола, и парень тут же уткнулся лицом ему в колени. Эклз сидел так и просто тихонько гладил его по волосам, а потом сказал: - Прикольную ты там ёлку забацал. Джаред просиял и заулыбался. - Правда?! Вот сейчас ещё снежинок наделаю, и будет совсем хорошо! Ты не против, что я бумагу извожу? Я потом всё уберу, честно! - Снежинки из бумаги? Серьёзно? Как в детском садике! - насмешливо сказал Дженсен, за что получил обиженный тычок от Джареда. - Ау! - Дженсен засмеялся и склонился к нему, обнимая его и прижимаясь щекой к макушке. - И только попробуй оставить мне здесь бардак. Его нежность сбивала с толку и дурманила. Проглаживания, объятия, утешение... Может, и правда, всё серьёзно? То, что он с такой уверенностью говорил матери, в реальности было лишь надеждой. - Спасибо... - тихо сказал Джаред. - За что? - усмехнулся Дженсен. - Я заставлю тебя стоять в углу, если ты нарушишь мне порядок в этой комнате! Джаред хитро улыбнулся и демонстративно облизал губы. Не отрываясь глядя в его глаза, вкрадчиво, понизив голос, он сказал: - Ты будешь моим строгим профессором, а я твоим покорным студентом? Заставишь меня стоять на коленях? Свяжешь руки своим галстуком и накажешь? Начиналось всё с шутки, а в итоге сам Падалеки и завёлся. Эклз хуже всяких стимуляторов - возбуждает даже, когда ты сам этого не хотел. Дженсену пришлось прокашляться, прежде чем он смог сказать: - Извини, я сегодня как-то без галстука, - всё равно получилось хрипло. Этот парень просто... Ох, твою ж мать, никогда еще терпение Эклза не подвергалось такому испытанию! Так, нужно срочно сменить обстановку, иначе Джаред получит, о чем просит... - Ладно, стриги свои снежинки, я пойду пока... ну... я... - Дженсен поднялся и направился к двери. - Я просто выйду отсюда, ладно! Смотря в спину сбегающему Дженсену, Джаред не выдержал и засмеялся. - В следующий раз галстук обязательно захвати! Посмеяться-то он посмеялся, но теперь самому тоже надо успокаиваться. Книжки, что ли, по медитации почитать, а то он точно так ноги протянет! Ладно! Пока займемся снежинками. *** Пока Джаред издевался над его гостиной, захламляя её снежинками, на которые, наверное, ушёл весь запас бумаги из кабинета, Дженсен организовал для них пикник прямо на полу, набросав диванных подушек. Еду он заказал в ближайшем итальянском ресторане, так что на ужин у них были равиоли и пицца, а также нежнейший десерт тирамису. Поскольку нормальной гирлянды у них тоже не было, Дженсен расставил свечи по комнате и открыл бутылку хорошего вина. - Если ты закончил, выключай свет и иди ко мне, - улыбнулся Дженсен, усаживаясь на подушку и наливая в бокалы вино. Джаред краем глаза наблюдал, как Дженсен кидает подушки на пол, свечи зажигает, ужин... Если очень сильно захотеть, можно представить, что это их первое свидание. Почему-то стало страшно. Страшно от того, что всё рано или поздно закончится, а Джаред останется в полном дерьме со своим невъебенно большим чувством, которое сейчас грозило разорвать его изнутри на мелкие клочки. Потому что в «долго и счастливо» он не верит. «Иди ко мне...» – зовет, как русалка или сирена, как любое из тех мистических существ, которые дарят миг счастья, а потом губят глупых людей. Дженсен протягивал ему бокал вина, в стекле и его глазах отражался огонь. Совершенно нереальные огненные всполохи, и Падалеки понял, что никуда он не денется. Да пошло оно всё к чёрту! Что он девочка, что ли, переживать о том, что неизвестно когда случится?! Джаред сел рядом с ним на подушки и взял бокал. - Профессор, а вы, оказывается, романтик! Никогда бы не подумал. - Не романтик я, - Дженсен не мог не поворчать, последняя иллюзия, что он держит ситуацию под контролем. - Это вместо гирлянды. Пей уже своё вино. - Хочешь меня споить и воспользоваться?! - Джаред старался не разлить вино, когда начал смеяться. - Хочу тебя напоить, чтобы ты уснул и не воспользовался мной, - ехидно ответил Дженсен, но всё-таки тоже засмеялся. - Это ты верно подметил, - Джаред привалился к его плечу и, потянувшись, укусил Дженсена за мочку уха, а затем лизнул укус. - Эй, - Дженсен оттолкнул его локтем. - Ты путаешь мои уши с равиоли. - Не уверен, что равиоли вкуснее тебя, - Джаред повел носом вдоль его плеча к основанию шеи, шумно втягивая воздух. - Ммм... - Ну, Джаред, ты можешь просто поесть? - голос Дженсена предательски дрогнул. - Могу, - Джаред поцеловал его шею. - Почему же тогда не делаешь этого? - Дженсен непроизвольно откинул голову, открывая больший доступ для ласки. - Потому что хочу тебя, - бокал в руке мешал предпринять что-то более существенное, чем поцелуи. Но Джаред был уверен, что сегодня можно не торопиться - Дженсен дал понять, что вечер закончится не просто сном. Поэтому всё-таки оторвавшись от своего профессора, он сказал: - Но раз ты настаиваешь... – и, взяв тарелку с равиоли, начал есть, - Ммм... ты прав! Очень вкусно! Дженсен глубоко вздохнул и не стал комментировать слова Джареда, вместо этого он принялся за еду, не особенно различая вкус. Он никак не мог отвлечься от мыслей о том, что будет, когда ужин закончится. Джаред весь, как на иголках! Он всё время поглядывал на Дженсена, и в глазах его горел такой огонь, что Дженсену становилось жарко, и он чувствовал, как пылают его щёки. Наверное, когда Джареду будет особенно грустно, он будет вспоминать вот такого Дженсена – смущенного, как последняя девственница Америки. Этого хватит, чтобы на душе потеплело и заставило улыбнуться. Неужели никто раньше не проявлял так настойчиво интерес к нему? Неужели это только Джаред такой наглый и испорченный? Но с Эклзом по-другому нельзя! Он только посмотрит на тебя, а ты его уже хочешь! Его взгляд, его улыбка, даже его строгий профессорский вид не оставляют равнодушным! Хотелось быстрее перейти к десерту и, наконец, показать Дженсену, насколько он ему нравится. Джаред ел так быстро, как только мог, даже не успевая распробовать еду. Хотя про равиоли он не соврал - те, и правда, были вкусные. Профессор же напротив, скорее ковырял, чем ел и, кажется, оттягивал момент окончания ужина как мог. - Дженс, что плохого тебе сделали равиоли? Зачем ты их мучаешь и тыркаешь вилкой? У тебя с ними личные счёты? Второй бокал вина кружил голову. Хотя, как подозревал Джаред, дело совершенно не в алкоголе. - Что? - удивлённо моргнув, переспросил Дженсен. - А, равиоли... Равиоли прекрасные, спасибо... Дженсен чувствовал себя последним идиотом! Он совсем перестал соображать, всё, что он способен был осознать, так это присутствие рядом Джареда. Как же так случилось, что этот парень настолько завладел всеми его мыслями? Дженсен чувствовал себя, как сопливый подросток, который грезит о своём первом в жизни сексе. Он вообще не должен думать о сексе с ним! А вот нефиг было тащить его в свой дом тогда! Он, и правда, идиот... - Так! Отдай мне тарелку. На, возьми бокал! Теперь пей! Давай-давай, пей! Ещё! Вооот так! Теперь ещё бокал! Пей-пей! А то я чувствую себя маньяком-потрошителем! Ты, того и гляди, начнёшь полицию звать! Если первый бокал Эклз пил неохотно, то второй осушил почти залпом. Вот теперь можно переходить к десерту! Джаред взял тирамису, отломил вилкой кусочек и поднёс ко рту Дженсена. - А теперь ешь! Такими темпами Дженсен не напивался со школьного выпускного! Вино быстро ударило в голову, и его действительно отпустило. Какой смысл рефлексировать сейчас, когда он сам устроил для них этот пикник при свечах? Нужно либо гнать Падалеки взашей, либо расслабиться и получать удовольствие! Дженсен посмотрел на десерт, облизнулся и, обхватив вилку губами, медленно снял с неё лакомство, неотрывно глядя Джареду в глаза. Потом зажмурился и блаженно застонал. - Очень вкусно. - Дай попробовать... - и Джаред обхватил его шею рукой и, притянув к себе, поцеловал. Поцелуй со вкусом вина и сладости. Падалеки сам пододвинулся ближе и, перекинув ногу через колени Дженсена, уселся на них. Вот так намного удобнее! Дженсен погладил его бёдра и подтянул его поближе, вжимая в себя. Стянул с него майку, принимаясь целовать его шею. Джаред при этом так вцепился в его плечи, что Дженсен непроизвольно прикусил нежную кожу, тут же заглаживая свою вину нежными, мягкими поцелуями. - Понравился десерт? - шепнул он Джареду в ухо и лизнул мочку. - Д-дааа!.. - простонал он, когда Дженсен пролез пальцами под резинку шорт. Ткань чужой футболки неприятно тёрла Джареду кожу, ставшую чувствительной до предела. Он потянул её вверх, но Дженсен продолжал гладить его спину и бёдра, мешая снять. - Дженсен... футболка... - полустон-полувыдох. - А что с ней? - насмешливо спросил Дженсен, заваливая Джареда на пол и устраиваясь сверху. - М-мешает! - снова застонал Джаред, обхватив ногами спину Дженсена и притираясь ближе. Дженсен усмехнулся и провёл языком вдоль горла, потом поцеловал губы и, приподнявшись, стянул с себя футболку, под жадным, горящим взглядом. Он притёрся обратно, застонав от соприкосновения обнаженных тел. - Так лучше? - хрипло спросил Дженсен. - Гораздо лучше! - Джаред никогда раньше не замечал, сколько невероятного удовольствия приносит простое прикосновение голых тел. До чего же его профессор довёл, если он готов спустить в трусы от такой малости?! Дженсен снова начал целовать его шею, плечи, ключицы. Джаред выгнулся, подбрасывая бёдра вверх и прижимаясь к Дженсену вплотную. Чёрт! - Дженсен, штаны! - жалобно заскулил он. - Всё-то тебе не так, - засмеялся Дженсен, но смех быстро оборвался, когда Джаред снова потёрся об него. - Пойдём в спальню, Джей... - Не уверен, что смогу сейчас от тебя оторваться... Господи, если Дженсен сейчас передумает, то Джареда будут судить за убийство в состоянии аффекта и оправдают! - Джей, пожалуйста, идём, - Дженсен целовал и гладил его тело. - Если сейчас же не поднимешь свою задницу, - хрипло сказал он и сжал в ладонях упомянутую часть тела, - я тебя поимею прямо так... Джаред хрипло рассмеялся. - Это звучит, как предложение... ахххтыж... а не угроза! Дааа... - стало совсем не до смеха, когда Дженсен обхватил его сосок губами и слегка прикусил. - Ты явно нарываешься, - угрожающе прорычал Дженсен и потянул с него шорты. - Уже какой день! - пожаловался Джаред. Пришлось расцепить ноги, чтобы Дженсен смог снять с него шорты вместе с трусами. Дааа! Теперь совсем хорошо! Когда закончили раздевать его, Джаред стал торопливо снимать штаны с Дженсена. Правда, не отказав себе в удовольствии сначала слегка приласкать его, пройдясь ладонью по члену прямо через ткань. - До чего упрямый и несговорчивый человек, - ворчал Дженсен, спускаясь поцелуями по его животу. Хотелось возразить, что несговорчивый и упрямый тут вовсе не он, но Джаред подавился словами и задохнулся, когда Дженсен перестал говорить, дойдя губами до его паха. Дженсен ласкал его, прислушиваясь к его неровному дыханию и наслаждаясь тем, как Джаред нетерпеливо ёрзает и хватает его то за плечи, то за волосы. Дженсен оторвался от своего занятия и снова навис над ним. - Джей, - он тяжело дышал, глядя на него. - Я хочу тебя, - он уткнулся носом в его шею и едва ли не всхлипнул: - Пожалуйста, идём в спальню... - Ты издеваешься, да? - Джаред застонал и стукнулся затылком об пол. – Дженс, чем тебе тут не нравится? - он повернулся к уткнувшемуся в его плечо Дженсену и прошептал: - Я хочу, чтобы ты трахнул меня прямо посреди своей гостиной. Чтобы каждый раз, сидя на диване и смотря телевизор, вспоминал о том, что мы тут делали. - Я уже на это обречён, - простонал Дженсен. - Мы не можем здесь, Джей, у меня нет презервативов. Я сейчас взорвусь, пойдём, пожалуйста. - Чёрт!.. Постой! Джаред вспомнил, что у него в рюкзаке точно были презервативы! Осталось вспомнить, где сам рюкзак. Он попытался осмотреться насколько это было возможно с навалившимся сверху Дженсеном. Гдегдегде?! Нашёлся!!! - Дженсен, там, у кресла мой рюкзак, в боковом кармане есть презервативы. Дотянешься? Только быстрее!.. - О, слава Богу! - Дженсен быстро поцеловал его плечо и принялся рыться в рюкзаке. - Ммм, сразу со смазкой, очень кстати, - усмехнулся он. Джаред промолчал, что смазку он начал таскать после их первой встречи. Каким-то шестым чувством решил, что пусть она в рюкзаке лежит. Мало ли что! И не зря! Тем более что последние его отношения с парнем были полгода назад, а после он был только с Женевьев. Так! Вот о ней точно сейчас думать не надо! А потом думать стало просто невозможно - Дженсен стал медленно и аккуратно его подготавливать. Оставалось только стонать и просить: - Дженсен!.. Пожалуйста!.. Хотелось уже ближе, быстрее, глубже, сильнее! - Сейчас, сейчас... - Дженсен навис над ним и толкнулся вперёд. Джаред зажмурился и закусил губу. Дженсен принялся нежно гладить его и целовать. - Потерпи чуть-чуть, Джей, - успокаивающе шептал он. - Мой хороший. Ты такой... ммм... с ума от тебя схожу... На Джареда накатывали волны эмоций, ощущений и накрывали с головой. Немного боли, которая быстро прошла под нежный шёпот и ласки, на смену ей пришло удовольствие и наслаждение нарастающее с каждым движением - он в них тонул и, казалось, умирал. Давно уже Дженсен не чувствовал такого нереального удовольствия. Джаред в его руках был таким... таким красивым... таким страстным и горячим. Дженсен упоённо ласкал его, целовал и наслаждался еще больше, наблюдая, как извивается под ним Джаред, чувствуя, что тот уже на грани. Когда Джаред застонал, сжал его в своих объятьях сильнее и выгнулся, Дженсен тоже не выдержал долго. Он навалился сверху, тяжело дыша. После такого Джареду хотелось ласкаться и чуть ли не мурлыкать. Дженсен потрясающий! Он оглаживал расслабленное тело, лежащее на нём, зарываясь носом в короткие русые волосы. Конечно, профессор не был пушинкой, но в этой тяжести тоже был свой кайф. Джаред чувствовал себя сытым и довольным. Праздник определённо удался! С этой мыслью он и уснул.