За чертой

Я теряю тебя в этой мутной толпе. Я теряю тебя по крупицам, по клеткам. С каждым мигом, пронесшимся на высоте, Теплота уступает паутинам и сеткам. Я теряю тебя, мне тебя не найти. Я теряю тебя постепенно, построчно... Наконец-то впервые за долгое время он был по-настоящему счастлив. Робин сидел на скамейке в сторибрукском парке, краем уха ловил счастливый смех Роланда, который в очередной раз обрёл свою мать, но все мысли его были сосредоточены на красивой брюнетке, сидевшей рядом. Впервые с возвращения Мэриан, они с Региной могли не прятаться от людских глаз и не скрывать своих чувств. Объяснение с женой было долгим и мучительным, учитывая сложившуюся ситуацию, однако Робин больше не мог её обманывать. Она этого не заслуживает. Попытался максимально деликатно донести до Мэриан основную мысль – он уже давно любит другую и сопротивляться этому не в его силах. Поняла. Приняла. Отпустила. Кажется даже не слишком переживая по этому поводу. Становиться на пути настоящей любви глупо, а она ещё может найти собственное счастье, он искренне верил, что так и будет. И сейчас можно было с лёгким сердцем сказать три главных на данный момент слова любимой женщине. «Я выбираю тебя». Вихрь самых разных эмоций закружился в карих глазах Регины – недоверие, шок, надежда, какая-то детская, самая искренняя радость. Внутри медленно стало разливаться тепло от её улыбки, такой вымученной и такой прекрасной. Теперь они, наконец, смогут быть счастливы вдвоём, а впереди их ждёт куча времени, чтобы… Мысли Робина прервал пронзительный крик сына. Роланд отчаянно плакал над матерью, которая без сознания распласталась на земле. Пока Робин бежал к ним, в груди, как дикий зверь, просыпалось нехорошее предчувствие, что их счастливый конец в очередной раз под угрозой. Регина говорила что-то про Сторибрук, проклятье и черту города, предлагала какой-то выход. Согласился скорее машинально, чем осознанно, главным сейчас было как можно скорее спасти Мэриан. Лишь спустя пару минут до него дошел весь смысл её слов… Расставание было мучительным. Кажется, что даже смерть жены в своё время он переживал не так тяжело. Тогда он осознавал, что случившееся – это неизбежность, которую нельзя изменить, остаётся только смириться с ней. Сейчас из-за какой-то жестокой и нелепой случайности, очередной насмешки судьбы, он вынужден был сделать выбор. Сам. Снова. Он ненавидел Снежную королеву, которая своим дурацким проклятием разбивала его жизнь вдребезги, ненавидел Регину, которая предложила этот вариант спасения, ненавидел себя за то, что не мог поступить по-другому. Мэриан уже шагнула за черту, а его тело словно налилось свинцом. Один шаг - и пути назад уже не будет. Один шаг – и его навсегда поглотит тьма. Шагнул. Только не вслед за женой, а к женщине, один взгляд на которую рвал его душу на части. Осторожно обхватил лицо руками, как самую хрупкую и важную драгоценность в мире, и поцеловал. Медленно. Неспешно. Нежно. Пытаясь навсегда сохранить в памяти вкус её губ. Попытался сказать, что любит. Прервала. Правильно. Они итак всё знают, а слова только приумножат боль. Сделал шаг назад. Ещё один. Не мог оторвать от неё взгляд, запоминал каждую черточку любимого лица, прервать этот зрительный контакт было невозможно. Шаг. Видел, как она старается не плакать. От слёз, застывших в её глазах и не имеющих возможности пролиться, ощущал почти физическую боль. Пытка была невыносимой. Шаг… Когда она исчезла из вида, он судорожно вздохнул. Глупо, смешно, нелепо, но он до последнего надеялся, что это всё ошибка, что так не может быть, что у них должен быть свой счастливый конец. Сын повис у него на шее, а Робин продолжал всматриваться в то место, где секунду назад стояла она. Мэриан неловко молчала, но сейчас ему было всё равно. Он вступает в новую жизнь. С Мэриан, а не женщиной, которую любит всей душой. Они сделают ещё много шагов вместе. Попытаются. Научатся. Привыкнут. Но Робин знает, что его сердце навсегда осталось там, за той чертой…