Яблоки

- Иногда нужно быть плохой девчонкой, Грейнджер, - хихикает пунцовая Лаванда Браун. Гермиона только вздыхает, и, неслышно шепнув «Алохомора», открывает окно в спальне. В раскрытые створки врывается опьяняющий запах теплого майского вечера. Гермионе чудится в нем аромат яблоневого сада. Как она, такая идеальная, может быть плохой девчонкой? - Иногда нужно быть плохой девчонкой, Грейнджер, - щебечет Лаванда, крутясь перед зеркалом под его восхищенные вздохи. Гермиона ловко затыкает стекляшку едва слышным «Силенцио». Потому что невозможно писать письма там, где галдят Браун, Парватти и волшебное зеркало. Потому что она не может перестать гладить пропитанную яблоневым запахом бумагу. - Иногда нужно быть плохой девчонкой, Грейнджер, - презрительно бросает растрепанная Лаванда. Но Гермиона не думает, что нужно быть плохой для того, чтобы целоваться с Роном в углу. Сладко улыбнувшись, она накладывает на полог кровати невербальное «Оглохни», а потом и вовсе задергивает бордовый бархат. Потому что никто, а особенно Браун, не должны видеть, какие на самом деле кислые яблоки принесла в пакете сова. - Иногда нужно быть плохой девчонкой, Грейнджер, - зло шипит Лаванда, когда Гермиона в третьем часу ночи снимает с нее баллы. Рон смущенно сопит в углу, но понимает, что своего решения она не изменит. Гермиона снимает еще пять баллов, и, пожимая плечами, произносит «Эванеско», направив палочку на початую бутылку эльфийского вина. Запах спирта перебивает восхитительный аромат спелого яблока. - Иногда нужно быть плохой девчонкой, Грейнджер, - силится сдержать слезы Лаванда, надменно вздергивая дрожащий подбородок. В ее глазах кипит ненависть к Гермионе. Рон прячется где-то за плечом Гарри, стараясь отсрочить встречу со взбешенной подругой. Гермиона взмахом палочки укладывает красные, сочные яблоки в сумочку и аппарирует с узкой улочки Хогсмита. * * * - Иногда нужно быть плохой девчонкой, Грейнджер? – хриплый, пропитанный сигаретным дымом голос встречает ее в полутемной гостиной. Она не отвечая, взмахом палочки разгоняет мутный, прокуренный воздух и раздвигает портьеры. Еще взмах – и в камин отправляется стопка дров. Еще взмах – и серебристое сияние заглушающего и запирающего заклинаний опутывает дверь, ведущую на кухню. Гермиона легко касается губами макушки, полной тонких серебристых нитей. - Будешь яблоко? – Гермиона лукаво улыбается; сочные, ароматные плоды заполняют узорчатую вазочку. - С удовольствием. - Тебе разрезать? – Гермиона болтает ногами, лежа на пушистой шкуре. Комнату заполняет сухой, нежный аромат яблоневых дров. - Лучше я сам, - Сириус, улыбаясь, забирает острый тонкий ножик у Гермионы, на мгновение задерживая ее руку в своей ладони. Он невольно любуется отблесками пламени на аккуратных, накрашенных прозрачным лаком, коротких ноготках. – Расскажи мне, как там Гарри. И Рон. И остальные. Под нажимом худых пальцев Сириуса кожица легко снимается с яблока. Раз – и плод с хрустом раскрывается напополам. Ловким движением он вынимает сердцевину и протягивает дольку Гермионе. - А что Гарри и Рон? Какие же они… мальчишки, - смеется Гермиона. В ее глазах чертики танцуют невинный вальс снежинок. – Гарри чувствует себя третьим лишним при Роне с его Лавандой, и уже почти уверен, что Дин третий лишний между ним и Джинни. Следит за Малфоем, подозревает Снейпа, и совершенно… - … не думает об учебе, - со смехом заканчивает Сириус. Гермиона недовольно поджимает губы и гневно смотрит на него. – Разве можно думать об учебе, когда она вон где, а тут Джинни с Дином, и эта, как ее… - Лаванда, - услужливо подсказывает Гермиона. В комнате стремительно темнело – опускался зимний вечер, неся с собою снегопад. – Я же учусь. - И как это у тебя получается? - У меня есть яблоки, - тихо говорит Гермиона. Сириус думает, что ее щеки красные не потому, что на них свет камина так падает. - Давай, расскажи мне про эту Лаванду, - Сириус тихонько подначивает Гермиону. Гермиона смеется, и от этого Сириусу видится за окном вальс снежинок. Этот вальс намного красивей, чем в Хогвартсе на Рождество. Наверное, потому что он похож на Гермиону – такой правильный и такой нежный. - Она говорит мне, что иногда нужно быть плохой девчонкой. У Сириуса перехватывает дыхание от ее слов. Иногда нужно быть плохой девчонкой, Грейнджер. Только с Гермионой это совсем не вяжется. Потому что Гермиона идеальная. Гермиона уже привыкла к ворчанью Кричера. Но носки он вяжет лучше, чем Гермиона. А ногами в шерстяных носках так приятно опираться о разогретый камень камина. Сириус шевелит пальцами в своих носках, связанных из разных ниток, с кривыми петлями – не все же Гермионе удается делать в совершенстве. А еще у Гермионы и Сириуса одинаковые синие джинсы. У Гермионы полноватые и короткие ноги, а у Сириуса длинные и тощие. Но когда зима, человеку, чтобы быть счастливым, нужны только джинсы, шерстяные носки, камин, имбирный чай и яблоки. Кричер ворчит, но хорошо вяжет носки. Сириус дразнится, но отлично заваривает чай. Гермиона злится, но всегда приносит вкусные яблоки. А еще в доме на площади Гриммо чудесная медвежья шкура перед камином. За окном в неверном свете фонарей снежинки кружатся в безумном вальсе. * * * О том, что на себя можно самостоятельно накладывать дезиллюминационное заклятие, а потом самой же его и снимать, Гермионе рассказал тем вечером Сириус. Гермиона - идеальная, поэтому она прилежно повторяет урок, пробираясь пустыми коридорами Хогвартса. Наверное, профессор Снейп до сих пор думает, откуда на лестнице в Гриффиндорскую башню посреди ночи взялся легкий ветерок с ароматом яблока. В гостиной было тихо и пустынно, в камине лишь только тлели угольки. Гриффиндор спал в предвкушении завтрашнего дня, полного радости и первого снега. Не спит только Лаванда Браун в девичьей спальне шестого курса. Лаванда думает, что Грейнджер противная. И вовсе она не такая идеальная, как думают все. Потому что Грейнджер все делает слишком правильно, и все время воняет своими яблоками. А еще ей всегда есть место в жизни Рона, в отличие от нее, Лаванды – Грейнджер сидит рядом в Большом Зале, на уроках и в гостиной. Целые полгода Лаванда встречается не только с Уизли, но и с Поттером, и с Грейнджер. А пахнущая яблоками тихоня Грейнджер до сих пор, в двенадцатом часу ночи, где-то ходит. - А с себя ты не хочешь снять баллы, Грейнджер? – тихо сказала Лаванда, едва за Гермионой закрылась дверь. Ей казалось, что с ее пальцев слетают острые иглы и несутся к Грейнджер. А Гермиону не волнуют фантазии Лаванды. Потому что у нее есть Сириус, теплые носки и яблоки. - Иногда нужно быть плохой девчонкой, Браун, - притворно вздыхает Гермиона. Она равнодушно пожимает плечами, аккуратно вешает мантию в шкаф и прячется за бордовым пологом кровати, накладывая на него невербальное «Оглохни», чтобы не слышать возмущенного визга Лаванды. На тумбочке одуряюще пахнет сочное, спелое яблоко.