Стечение обстоятельств

Два часа ночи. Гости разошлись уже давно, в окнах Лейн-парк погас свет, и лишь один человек никак не мог найти себе места. Грей облазил уже каждый уголок поместья, несколько раз обошел дом вокруг, но никак не мог отделаться от мыслей о ней... Уже подходя к ступенькам, парень споткнулся обо что-то и чуть не рухнул. Еще немного, и точно разбил бы себе голову. Посмотрев под ноги, он разглядел в темноте ледяного пса, в прозрачной шкуре которого отражался лунный свет. Соорудив простое заклинание, Грей кинул ему ледяную кость. Собака с нескрываемым удовольствием вгрызлась в нее, откалывая блестящие кусочки. Глядя на эту картину, волшебник вспомнил слова Ур о том, что магия созидания прекрасна. Леону удается наполнять лед жизнью, наделять его душой. Он всегда был талантлив. Леон... Сейчас Грею меньше всего хотелось сталкиваться с ним. Какая ирония: его заклятый друг любит девушку, которая вот уже несколько лет изводит его самого своими чувствами. То есть, правильнее сказать, "изводила". Погрузившись в размышления, он не заметил, как оказался перед дверью комнаты Джувии. Что теперь? Зачем он вообще пришел сюда? Она наверняка спит, а если и нет, то о чем ему с ней разговаривать? Странно, раньше они всегда находили общие темы. А вдруг она там не одна? Последняя мысль, казалось, вывернула его наизнанку. Грей, отбросив все сомнения, постучал. Некоторое время, показавшееся Грею вечностью, длилось молчание, за которым последовал тихий шорох и, наконец, сонный голос спросил: - Кто там? - Это я, - сказал он так тихо, что даже начал думать, будто она его не расслышала. Но уже спустя пару секунд дверь открылась. Девушка стояла босиком на полу, не чувствуя холода, в одной ночной рубашке. Хане эта одежда наверняка была бы по колено, но поскольку Джувия была значительно выше ростом, подол майки еле прикрывал метку гильдии на её бедре. - Прости, я разбудил тебя. - Джувия не спала, - улыбнулась она и отошла от двери, пропуская его в комнату. Грей опустился на кресло напротив кровати, и обвел взглядом силуэт девушки, очерченный лунным светом. Растрепанная, излучающая тепло, она пахла нежностью. - Что-то случилось? Сколько тревоги и заботы в её голосе. Как же он соскучился по этому ощущению. - Сам не знаю. Девушка заметила тень мучения на его лице и страдала вместе с ним, но не могла найти слов, которые могли бы помочь. - Джувия будет рядом, что бы ни случилось. Она опустила глаза, чтобы не видеть его реакцию. Слишком страшно. Она так привыкла видеть его кислую мину в моменты, когда проявляла свою любовь, что больше не могла это выдержать. Грей понимает, что его грудная клетка разорвется от такого частого сердцебиения. Нужно его заглушить во что бы то ни стало. Он повинуется той силе, что волной поднимается в его теле. Опускается на пол и кладет голову ей на колени. Пусть лучше она прогонит его, как Леона, но лучше так, чем сойти с ума от одиночества, так и не попробовав приблизиться к ней. Грей ждет, когда она разозлится, оттолкнет его, но... На его голову опускается теплая ладонь, гладит, пальцы скользят, взъерошивая непослушные волосы. Это его Джувия. Она снова вернулась к нему. Надолго ли? Парень, не глядя, запускает руки под подол ночной рубашки, сжимая теплые бедра. Девушка напрягается от этого прикосновения, но своим молчанием дает разрешение продолжать. Как же хочется забыться в её объятиях. Как хочется утонуть в её глазах. Как хочется сделать её своей окончательно и бесповоротно. Он медленно поднимается на ноги и укладывает Джувию на спину, придавливая своим телом к кровати. Такой доверчивый взгляд, такое горячее глубокое дыхание. Её мягкая полная грудь соблазнительно вздымается под тонкой тканью. Всего пара сантиметров до поцелуя... В области его груди слышится хруст бумаги. - Я... Прости. - Грей отстраняется, оставляя её томиться сладкой и болезненной истомой. Она в недоумении смотрит на него и стыдливо прикрывает одеялом полуобнаженное тело. - Я должен сначала кое с чем разобраться. Он встает с кровати и замирает в нерешительности. Нельзя же просто так уйти и оставить её в одиночестве после этого. Парень наклоняется и целует её разгоряченные губы, в один момент сокращая расстояние, разделяющей их все эти годы. Джувия отвечает на поцелуй, неловко, неумело и нежно. Она слишком долго держала в себе любовь, убеждая себя, что это всего лишь бесполезная навязчивая идея, и вот теперь все эти чувства вырывались наружу, затягивая Грея в пучину страсти. Он еле находит силы, чтобы оторваться от нее и еще какое-то время приходит в себя, грея ладонь о её пылающее лицо. - Грей-сама... - Мне нужно идти. Еще одно легкое соприкосновение губами на прощание, и он уходит. Джувия с головой прячется под одеяло. Её переполняет счастье и страх. Чтобы убедиться, что это не сон, она со всей силы щипает себя за руку. Еще никогда она не была так рада этой боли. *** Леон не спал. Закинув руки за голову, он лежал и смотрел в потолок. - Где был? - спросил он, когда Грей приземлился напротив. В ответ на его кровать прилетела стопка конвертов. Леон не сразу понял, что это такое, но когда пригляделся, изменился в лице. - Откуда это у тебя? - Я не читал, - сказал Грей, чувствуя сквозь темноту, как друг сверлит его взглядом. - Да это уже и не важно, - ответил тот, наконец. - Что это значит? Леон усмехнулся и протянул письма Грею. - Эта идея с самого начала была обречена на провал, но попытаться стоило. - Я не понимаю... - А что тут понимать? Она любит тебя. - Но эти письма... - Просто письма. Можешь сам в этом убедиться. Сколько Грея мучило любопытство, смешенное с ревностью, когда он думал о содержимом этих конвертов. Как же он хотел узнать, что она писала Леону. Но теперь, когда цель была столь близка, ему страшно было смотреть на эти строки. - Я не могу, - ответил он, наконец. - Не смеши меня. Неужели ты готов до конца жизни грызть себя вопросом, что же там внутри? Грей сомневался еще несколько секунд, но не смог противостоять искушению. Он взял письма, спустился в гостиную и зажег настольную лампу. Почти не дыша, парень достал первый листок. Она писала о гильдии, о погоде, о друзьях и заданиях. Ничего особенного. Но были моменты, когда его сердце вновь начинало дьявольскую пляску в груди. "Я могла бы положить в его походный рюкзак мое тепло, любовь и даже мое имя, которое он выдыхает с невыносимой нежностью, если бы он позволил. Но протягиваю плащ, ведь ему куда полезнее спрятаться от дождя, чем тащить на плечах тяжесть моего сердца". Джувия не называла имени, но Грей был уверен, что речь идет именно о нем. "Иногда я слышу шаги за дверью, и кажется, что вот-вот она распахнется, и он появится на пороге моей комнаты. Но шаги затихают, и в гостиной слышится голос Эрзы-чан, возвещающий о начале комендантского часа. Удивительно, как голос моего одиночества может быть таким прекрасным". В его груди защемило. Парень и подумать не мог, насколько сильно её страдание. Ему захотелось прямо сейчас броситься к ней в комнату и прижать так сильно, чтобы она больше никогда не чувствовала себя одинокой. Нужно дочитать... "Когда заглядываю в глубину его глаз, у меня на кончиках пальцев застывает нежность и, кажется, что если я не сброшу её на его плечи, то умру. Он даже не догадывается, сколько раз спасал мою жизнь, просто позволяя прикасаться к себе". Сзади послышались шаги. - Ты куда? - спросил Грей. - Пойду проветрюсь, - ответил друг, открывая входную дверь - Леон... Он замер на пороге в ожидании вопроса, и тот не заставил себя долго ждать. - Почему для тебя так важны эти письма? Здесь же... - Все о тебе? - закончил за него фразу Леон. - Все просто. Я был тем, кому она доверила самые глубокие свои чувства. Пусть они были адресованы и не мне. Грей мысленно упрекнул себя за трусость, с которой он бегал от собственных чувств. Леон был куда смелее, он рисковал, страдал от того, что его чувства не взаимны, но шел до конца. Когда дверь за парнем захлопнулась, парень вернулся к чтению. "Моя любовь не живет во мне. Я и есть любовь. Я чувствую её биение всем телом, и тогда появляется страх потерять себя и раствориться в клеточках его души. Вот и сейчас, вписывая себя между строк, боюсь, что дойдя до последней точки, не обнаружу себя на том месте, где оставила". Грей больше не может сдерживать волну нежности, застилающую его сознание. Он поднимается наверх, вновь стучит в её дверь, она открывает, не спрашивая. Четыре часа ночи, сна ни в одном глазу. Джувия поднимается на носочки, чтобы дотянуться до его губ. Грей приподнимает её и в два шага добирается до кровати, укладывая девушку на лопатки. Он обнимает её и прижимается всем телом. - Я люблю тебя, - шепчет он. - Люблю тебя. Она обвивает ногами его вокруг пояса и запрокидывает голову, подставляя шею для поцелуя. Эти мягкие бедра, нежные плечи, пышная грудь сводят его с ума. Он дышит ею, хочет познать её всю, губами исследуя каждый миллиметр её кожи. Руки сминают тонкую ткань ночной рубашки, обнажая живот. Девушка выдыхает его имя, смешивая со стонами наслаждения и стыдясь звуков собственного голоса, но это лишь сильнее разжигает в нем страсть. Нужно остановиться. Еще секунда и пути назад уже не будет. Грей отодвигается, пытаясь отдышаться и придти в сознание, но она больше не позволит ему уйти. Слишком долго она ждала. Хватит. Джувия стягивает одежду и оборачивается, позволяя парню рассмотреть её стройное тело. Она прекрасна. - Ты уверена? Глупый вопрос. Эта девушка еще никогда не была так уверена. Вместо слов она тянет его за рукав куртки. Он все понимает и освобождает себя от одежды. Странно, но когда Грей раздевается осознанно, пуговицы поддаются не так просто, молнию заедает. Парень даже в рукавах умудряется запутаться. Джувия не может сдержать улыбку, наблюдая за его попытками справиться с брюками. - Ах, тебе смешно! - притворно возмущается Грей и, ухватив её за запястье, заваливает девушку рядом с собой. Мурашки по коже от такой непривычной близости. Он мизинцем цепляет черное кружево на её бедрах и стягивает последний кусочек материи, отделяющий его от самого укромного уголка женского тела. Грей просит её закрыть глаза, но она хочет видеть его лицо в этот момент. Больно. Значит, это не сон. Значит, он действительно только что сделал её своей. Леон, вернувшись после прогулки, на секунду застывает на пороге своей комнаты. Нет, в коридоре ничего не слышно, но он точно знает, что происходит за дверью её спальни. Парень грустно усмехается и проворачивает ключ в замке. Он проиграл эту битву достойному противнику. *** Поезд на Магнолию отправлялся менее, чем через четверть часа. - Почему ты в очках? - спросил Леон. - Эти двое так сверкают, что я боюсь ослепнуть, - ответила Хана и, заметив ухмылку на лице волшебника, добавила. - Ты как? - Я выполнил задание, заработал приличную сумму благодаря контракту твоего отца... - Он на секунду задумался. - И девушка, которую я люблю, выглядит счастливой. Что может быть лучше? Хана вновь бросила взгляд на Джувию, которая повисла на плече Грея. Тот скорчил недовольное лицо, упрашивая её не говорить всякий девчачий вздор, но руку не отнимал. - У тебя все будет хорошо, - сказала Хана. - Не умеешь ты утешать, - усмехнулся Леон. - Я не утешаю, а констатирую факт. - Когда твой поезд? - спросил Грей, подходя к ним. - В десять. Пока Хана обнималась со смущенной Джувией, жамкая на прощание её пышную грудь, старые друзья пожали друг другу руки. - Позаботься о ней, - сказал Леон. - Угу. Волшебница помахала рукой и первой зашла в вагон. Грей последовал за ней, но в последний момент обернулся и позвал. - Леон! Друг поднял на него заинтересованный взгляд. - Спасибо тебе. - За что? Но состав тронулся и заглушил слова Грея. Леон смотрел вслед удаляющемуся поезду и улыбался. "Будь счастлива..."