Мой урчащий друг

      Недавно мне исполнилось девятнадцать. Я уже очень давно не видела свою лапу, но теперь приехала на каникулы, чтобы с ним повидаться, провести рукой по его нежной бархатистой шёрстке, ощутить его тепло, прислушаться к звучанию урчащего моторчика за пушистым ухом. Я по нему скучала. Иногда настолько, что даже жалела, что уехала учиться в чужой город, а не осталась дома, рядом со своей лапой, рядом со своим пушистиком, рядом со своим любимым и ласковым другом.        Кот встретил меня у самого порога. Ему уже шесть лет, он взрослый, повидал немало кошечек, несколько раз был любящим и ласковым отцом, но всегда хотел ещё. Родители предлагали его кастрировать, но я забрала у них свою прелесть, сказав, что не позволю над ним издеваться. Я не хотела, чтобы​ они занимались живодёрством. По моей коже пробегали мурашки от одной только мысли, что моей лапе будет больно, что он будет страдать, сначала ощущая, как его ценное место жестоко режут грубые руки ветеринара, а потом и вовсе не находя его на нужном участке. Это было больно и неправильно. Кот должен оставаться котом, а не каким-то недо-созданием, лишённым своих самых драгоценных частей тела по эгоистической воле хозяев.       Ну здравствуй, мой Барон. Так звали белую прелесть, которая сразу же принялась с урчанием тереться о мои ноги. Голубые глаза посмотрели мне прямо в душу. Я растаяла от умиления и, даже не разувшись, принялась чесать за ухом своего ненаглядного любимца. А он оценил, он обрадовался, он тоже разомлел, принявшись громко, словно мотор, мурлыкать на всю квартиру, чуть прикрыв добрые глаза от удовольствия.       Никого не было дома. Родители уехали, и мне было даже лучше, потому что я по ним не особо скучала. Честно говоря, у нас с ними были не очень хорошие отношения в последнее время, потому что они тратили свои деньги абсолютно на всё, кроме меня, а про меня, живущую в другом городе, как будто и вовсе забыли. Это очень грустно. Было бы очень грустно, если бы я на них не забила.        Но сильно ссориться я с ними тоже не собиралась, потому что тогда бы они обязательно кастрировали Барона, не приняв во внимание никакие мои возражения. Личное спокойствие им было гораздо важнее, чем эстетическое и душевное наслаждение дочери от мыслей, что с ее заей всё в порядке, что её лучший друг жив и процветает.       Я взяла Барона на ручки, и он начал мурлыкать так нежно и приятно. И все тёрся об мои руки. А я гладила его, гладила, гладила…        А потом мы прошли в мою комнату. Мой взгляд сразу же остановился на подстилке Барона, лежавшей около моей кровати. То, на чём он спал, вызвало у меня откровенное удивление и даже небольшой смешок, который я, впрочем сразу подавила, сказав себе, что уже не маленькая, чтобы над таким смеяться. А подстилкой Барону служило не что иное, как мои трусы, которые я в детстве спрятала от мамы, когда посмотрела порнуху, потому что наивно боялась, как бы она не спалила. Спрятала и забыла, на долгие-долгие годы. Барон оказался умнее меня и нашёл это сокровище, приспособив его в качестве своей подстилки. Молодец.        А Барон похудел. Очень жаль. Кажется, его плохо кормят. Когда я уехала, он был таким красивым, мягким, словно дорогой бархат, и шелковистым. А теперь похудел. Но для меня всё равно оставался самым красивым, ценным и любимым.        Я опустила Барона и пошла на кухню, чтобы положить ему корм. Но нормального, его любимого корма не обнаружила, найдя на месте вкуснейших кушаний какую-то дешевую хрень, которую Барон явно ел без удовольствия.        Тогда я вздохнула, быстро оделась и стала собираться в магазин. Барон вышел, чтобы проводить меня печальным взглядом. Но я убедила его, что далеко не ухожу. Кажется, он всё понял с первого раза, а точнее не кажется, а точно понял с первого раза и вернулся в свою комнату.        Когда я вышла на улицу, я сразу же засияла, потому что удача явно была на моей стороне. Раньше около моего дома был магазин, где продавалась какая-то оккультная херня, я в него, конечно, не заглядывала, потому что не интересовалась такой бредятиной. Магазин остался, но теперь кроме него там находилась ещё и небольшая зоолавка, где продавали товары для животных. Особенно для кошек. Я, конечно, сразу же поспешила в ту сторону, мысленно радуясь невероятному счастью.        За прилавком зоомагазина я никого не обнаружила, хотя магазин был открыт. Зато кормов всяких там было полно, в том числе и тех, которые безумно любил мой дружок. Я подумала, что владелец просто отошёл, но, прождав полчаса, разочаровалась и собралась идти в дальний магазин, в котором я раньше обычно и покупала хороший корм Барону. Но только я развернулась, как меня окликнул низкий мужской голос.        — Добрый день! Поздравляю: сегодня вы наш первый покупатель! Чего желаете?        — Улучшить обслуживание.        — Ох, просите! Работаю на два магазина сразу сегодня, так уж получилось, поэтому дел полно. Простите, простите! Пожалуйста, простите!        — Попробую.        — У нас магазин новый, нам нужны покупатели, поэтому вы получаете извинение за ожидание. Бесплатную пачку особого корма.        — Особого? А почему особого?        — Узнаете. Но не бойтесь, ничего страшного с вашим питомцем не произойдёт. Корм замечательный, рекомендую! Кисы от него становятся здоровыми и активными. Держите.        Я купила то, что мне было нужно, и с сомнением, но всё-таки взяла хвалёный корм.        Дома я добавила чуточку в миску Барону.        Он набросился на него с жадностью, словно его очень долго не кормили. Я подумала сначала, что это заслуга моих любезных родителей, но тут же отбросила эти мысли, решив, что дело вовсе не в родительской заботе, а в корме.       Особом корме.