Связанные одной цепью: Отражения

Полет он помнил слабо. Было легкое головокружение, было ощущение падения, теперь была только тошнота и ломота в висках и затылке. Он с трудом разлепил веки, огляделся, пытаясь понять, где он и что собственно, произошло. Мыслей не было. Просто не было. Он не застонал, наверное, из чувства природной вредности. И еще упрямства. Того самого, которое время от времени толкает на идиотские поступки, типа плевка в лицо супостату. Наверное, лейся сквозь ресницы яркий дневной свет – он бы поморщился. Но в помещении был приятный мягкий полумрак. Гудели далекие кондиционеры, явственно пахло пылью и еще… кто-то был в помещении. Кто-то еще. Он совершенно точно был не один. Каждая клеточка усталого разбитого тела буквально вопила об этом. Аид очень медленно повернул голову, силясь осмотреться. Стиснул зубы от нахлынувшей тошноты и судорожно, жадно вздохнул. Полегчало, но не особо. А потом он все-таки выцедил сквозь силу: - Где я? - Здесь, - в поле зрения появилось лицо и тут же исчезло. – Не двигайся, легче будет. После отравы нашего эскулапа всегда хреново. Через часок пройдет. - Исчерпывающе, - кажется, удалось усмехнуться. И его даже не вывернуло наизнанку. – Кто вы? Не вежливо, знаете ли, разговаривать с… моей спиной. - С макушкой, - его усмешку повторили идеально-идентично. – Мое имя тебе ровным счетом ничего не скажет. - Моя макушка совершенно точно не способна оценить всю прелесть живого человеческого общения, - Аид на секунду прикрыл глаза. Стало хуже. Разум, не способный уцепиться хоть за что-то во вращающемся незримом мире без начала и конца, воспротивился. Тяжело сглотнув, он поспешно открыл глаза. – Гюльчатай, личико открой? - У меня личико открыто, это просто ты не видишь. А ты бы конкретизировал свои желания, ангелочек. Я никуда не тороплюсь, болтать с тобой могу хоть до китайской пасхи. - Поцелуй меня, что ли? Что-то жизнь потеряла все свои краски. Позитива хочется, - как можно беспечнее попросил Аид. - Ага, я тебя поцелую, а тебя стошнит. От избытка позитива, - хмыкнули где-то над головой. - Не стошнит. Не дождешься. Не настолько слаб мой желудок, как тебе кажется. К тому же я не знаю, когда нас в следующий раз накормят. Помнится, обед в самолете мне не слишком понравился, - Аид облизнул губы. Незнакомец рассмеялся. - Зубоскалишь? Значит, очухался. Не бойся, голодом здесь не морят. - Ну вот, - почти оскорбился Дмитрий. – Раз в пятилетку попросишь о чем-то, и то игнорят. А как же последнее желание? - Вот когда наступит его время, тогда и будешь желать. Итак, давай уточним… Дмитрий, урожденный Серов, позывной «Аид», майор, руководитель группы, так? - Нет. Ну я так не играю, - возмутился упомянутый майор. – А представиться? И на глаза показаться. Терпеть не могу разговаривать с собеседником, которого не вижу. И мы с вами на брудершафт не пили. И не целовались. - А я не вежливый, - доверительно сообщил «собеседник». – В детстве мало в угол ставили. – В изголовье чем-то прошуршали, а потом в поле зрения Аида возник человек. Молодой мужчина с обаятельной улыбкой и холодными глазами. – Мое имя тебе ничего не скажет, но остальные зовут меня Ферсу. - Наглость – второе счастье, - Дмитрий небрежно повел плечом и поморщился. Руки неудобно вывернуты и скованы за спиной. – Ферсу… Очаровательно. Итак, что я здесь забыл? - Я не уполномочен отвечать на эти вопросы. Мое дело маленькое – за тобой присмотреть. Чтобы не сотворил чего… от недостатка позитива. - Недостаток позитива – страшное дело, – удрученно вздохнул Аид, очаровательно улыбнувшись. И даже нежно-зеленый цвет лица не портил этой усмешки. – В компетенцию шинигами не входит… маленькая приятность обездоленному вроде меня? - Кто-то здесь пересмотрел японских мультиков? – Ферсу рассмеялся, а потом вдруг подался вперед. Навис над Аидом, заглядывая в глаза. – Интересная попытка прощупать потенциального врага, майор. Пожалуй, стоит запомнить, - фыркнул и, склонившись еще ниже, вжался губами в его губы. Ледяная мята и еще какая-то едва уловимая горечь. Разрывать поцелуй Аид не стал. Напротив, ответил жадно, точно выпивая душу до последней капельки. - Вообще-то всего только начитался мифов в далеком детстве. Так что на тему мультиков… залет, милый. - Слив засчитан? - хмыкнул «милый». – И не мечтай. Ты еще других… шинигами не видел. - Пугаешь, или предупреждаешь по доброте душевной и по причине нежных ко мне чувств? - Предлагаю воспользоваться дарованной передышкой, - хмыкнул Ферсу и отстранился. – Неплохо целуешься. С технической точки зрения. - Ты тоже недурно. Но, кажется, в последнее время с практикой у тебя не густо. Наверстать не хочешь, пока мне тут передышка дарована? Аид постарался максимально расслабиться. Осесть пониже не вышло, равно как и выпрямить ноги. Щиколотки неприятно сдавливали браслеты кандалов. Прелесть. Милейшие люди… нет, боги смерти. Вон как оценивают! Способен удрать со скованными руками. Это – чистейшей воды правда. Со скованными ногами далеко не уберешься. Очень жаль. - К слову, с какой радости ты решил, что я тебя тут как потенциального ВРАГА прощупываю? - Не оскорбляй меня, считая идиотом, - Ферсу взъерошил свои волосы, подергал ремни, проверяя прочность. – Ты априори не можешь считать меня другом. - Он пришел в себя? Отлично, - где-то за спиной раздался еще один голос, и в поле зрения Аида вышел еще один мужчина. Высокий, явно очень сильный. Склонился над Димой, заглядывая в глаза и проверяя зрачки. – Как вы себя чувствуете? - Сносно, - Аид глубоко вздохнул, унимая бешеное сердцебиение. Черт знает что. Он жив, его не подвергают пыткам или другому насилию. С ним в принципе предупредительны, насколько похитители вообще могут быть внимательны к похищенному. Это не похоже на обычное похищение, в противном случае лиц похитителей он не увидел бы. Целью не является выкуп? И его все-таки прикончат, когда он больше не будет нужен? – Мой… брат из этрусского пантеона отвечать на вопросы не уполномочен. Как насчет вас? - И я тоже, - незнакомец кинул взгляд на Ферсу. - Харун хочет видеть его через десять минут. - Контрольные тесты? - Нет. Просто осмотр. Повреждения есть? - Нет, Танатос. Мы были очень осторожны, - Ферсу усмехнулся. - Я надеюсь, - тот, кого Ферсу назвал Танатосом, снова повернулся к Диме. - Вы ведь не создадите нам проблем? - Смотря что вы подразумеваете под проблемами. Точки зрения, знаете ли… очень тонкая вещь. То, что для меня норма поведения, для вас – проблемные девиации, - Аид показательно поерзал на месте. В голове его движения тут же отозвались противной болью. – Мне до чертиков хочется в туалет. - Я думаю, вы поняли, что я имею в виду, - Танатос повернулся к Ферсу. - Осмотр может затянуться, поэтому перед тем, как отвести его к Харуну, заведешь в туалет. С ним можешь не заходить, бежать здесь все равно некуда. - Я знаю, - Ферсу кивнул. - Я бы даже хотел посмотреть, что он будет делать. - Думаю, у тебя еще будет возможность поближе пообщаться. Но пока Архангел не встретился с ним, никакой самодеятельности. - Да, шеф, - Ферсу козырнул, лучезарно улыбаясь. - Клоун, - бросил Танатос, взял какие-то бумаги и вышел из комнаты. - Душевный ты мужик, Ферсу. А главное – с юмором, - протянул Аид. В туалет и впрямь хотелось. Но главной причинной жгучего этого желания была потребность немедленно обняться с унитазом и от широты чувств блевануть. – Если хочешь понаблюдать – ради всего святого, я не против. Все равно назавтра ты мне будешь нужен. Ну, ты сам понимаешь, думаю. Раз уж «ангелочком» назвал. - Не вешай мне лапшу на уши, майор, - Ферсу только бровь вскинул и принялся его отвязывать. - Будь вы такими озабоченными, как о вас говорят, да каким ты тут себя выставить пытаешься... Да и я с личным делом твоим знаком. "Крышу" тебе рвать будет, если вдруг встретишь того, кто тебе лично подойдет. А я явно не в твоем вкусе. Так что... Ножками-ручками пошевели, чтобы кровь разошлась. До Харуна идти далеко. Дмитрий хмыкнул. Понятливый малый. Ладно, и не такие стелились. С тихим стоном удовольствия он растер запястья. Останутся следы. Браслеты глубоко врезались в тело. Не смертельно, но приятного мало. В конечном итоге он не мазохист и явно не является поклонником бондажа. Больно. Колени подгибаются. Должно быть, он довольно долго пробыл в одном положении. - Мое личное дело уже давно очень… неполное. - Не сомневаюсь, - беззаботно отозвался Ферсу. – Если в твоем деле ничего не появляется, это означает, что ты мертв. А так как я с призраками общаться не умею, то ты жив. Ну как оно? Нормально? Идти сможешь? - А если нет – на руках понесешь? – Дмитрий прикусил губу, сдерживая позыв, и глубоко вздохнул. - Размечтался. По стеночке доберешься. Чай, не девушка… - А как же острый приступ человеколюбия? Ну или нежности? Трогательной заботы? Аид медленно шагнул вперед. Поморщился, но стоически стерпел. Медленно наклонился из стороны в сторону. Вперед наклоняться не рискнул, здраво расценив собственные силы. - Ты за кого меня принимаешь? – Ферсу вскинул бровь, критически оглядывая его. – Это ты такой слабый или наш эскулап перестарался? - Да не съем я тебя, - хмыкнул Аид. – Ладно, веди. - Ну а вдруг? – фыркнул Ферсу, а потом вдруг запищал. – Не ешьте меня дяденька, я вам еще пригожусь, - он кинул взгляд на часы и, аккуратно приобняв Аида за плечи, неторопливо направился к выходу из комнаты, разглядеть которую Диме так и не удалось. …Туалет был приличным. Сантехника не новая, плитка тоже совковых еще времен, но все достаточно чистое, во всяком случае чувства гадливости Дмитрий не испытал. Ни обнимаясь с унитазом, ни умываясь, ни даже полоская рот. Вода отдавала металлом, но была чистой и холодной. Из мутноватого треснувшего зеркала на него смотрел бледный мужчина, круги под глазами, нервно подрагивающие губы. Не фонтан. В таком виде совратить кого-то – фантастика. - Я ненавижу вашего коновала, - сообщил он, выйдя в коридор назад, к спутнику. - Мы сами от него не в восторге, - Ферсу, с преувеличенным вниманием изучавший ногти, покосился на него. – Но выглядишь получше. В принципе время есть. Может, на воздух тебя прогулять? Осмотр – дело нужное, но потом с тобой будет разговаривать Архангел. И мозги тебе твои нужны будут в полной боевой готовности. - Церебральный секс? – поморщился Аид. – Ненавижу… начальство там, теперь еще и здесь сношать в мозги станут. Нет в жизни справедливости. - Это точно, - Ферсу вздохнул. – Сам пойдешь или помочь? - Просто страхуй, - и пусть каждый шаг дается еще очень тяжело, нужно заставить собственное тело возвращаться в норму. Иначе – нельзя. - Как скажешь, - Ферсу только пожал плечами и неторопливо пошел рядом с беззаботным видом. Только глаза остро блестели. - К чему мне готовиться? – после непродолжительной паузы спросил Аид. – Я понимаю, что здесь не курорт и что я не просто так здесь, да еще и… при таких обстоятельствах. Но… вы знаете, кто я. Значит должны знать, что вряд ли за меня выкуп дадут. Да, я типа кадр, но, в сущности – разменная монета. Так что… - Узко мыслишь, майор. Для этого лезть в твое личное дело смысла нет. Еще версии? - Не узко, просто с точки зрения обывателя, - Аид нахмурился. – В моем личном деле есть отметка о посещении мною Зоны. В этом причина? - Не знаю, о чем ты, - искренне ответил Ферсу. – Ни о какой зоне я не слышал. А обсуждать ЭТИ вопросы я не уполномочен, уж извини. - Игорь! Вот ты где! А я ищу тебя везде. – Из-за угла вылетела невысокая шатенка в армейских ботинках. – О… Уже? Ферсу кивнул: - Да вот… гуляем. -А, ну гуляйте, - девушка окинула Аида быстрым взглядом и потеряла к нему интерес. – Загляни ко мне потом, покажу кое-что. Тебе понравится. - Опять какой-нибудь порносайт? - Размечтался, - девушка фыркнула и, подмигнув Ферсу, скрылась за поворотом. - Ах, простите великодушно… - притворно вздохнул Аид, проводив девушку взглядом. – Ты занят. Мог бы сказать. - Неужели ты так быстро сдался? – Ферсу развеселился. – Ты точно «ангелочек»? А то вдруг мы не того взяли? - Ты не мое задание и не спорт. Так что… - пожал плечами Аид. – А просто так, по причине неудовольствия в табло получить не хочу. Ферсу сдвинул брови. - Окей. Идем молча. Мог и раньше сказать, я понятливый. - Ты что, дуешься? – Аид остановился, изумленно выгнув бровь. – Только не говори, что я тебя заинтересовал в этом плане. - Просто ты внезапно перестал понимать шутки, - спокойно пожал плечом Ферсу. – А я действительно понятливый. Потому до сих пор и живой. - К сожалению, я вынужден прислушиваться к себе, просто по той причине, что я именно ТАКОЙ «ангелочек». Потому для меня секс и близость – не шутка. Извини за недопонимание, - еще один глубокий вдох, медленный выдох. Чувства в порядке, дурнота почти прошла. – Далеко еще? - Нет, - Ферсу улыбнулся, - Видишь ту дверь? – он указал на невзрачную дверь, контур которой матово светился в темном коридоре. – Осмотр займет немного времени. И мой тебе совет – не строй Харуну глазки. - Ревновать станешь? Или… Харун занят? - Просто не делай этого, - мягко, но непреклонно произнес Ферсу. – Что угодно, только не это. У него пунктик насчет парней. И в его силах сделать тебя импотентом на всю оставшуюся. Исключительно из природной вредности. - Ну спасибо, - Дмитрий улыбнулся. Тепло и признательно. И даже искренне. Почти. – Принимаю к сведению. Дверь он толкнул уверенно. Просто толкнул и вошел. Без стука, не колеблясь. Слабости остаются за порогом. - Я привел его, - Ферсу вошел следом. - Хорошо. Как реакции? – стоящий у стола мужчина даже не обернулся, что-то перебирая. Только повел плечом, отчего его китель без опознавательных знаков формы натянулся, обтягивая тело. - Уже нормально. Но вначале было не очень. Ты переборщил в этот раз, Харун. - Я не ошибаюсь, Игорь. Пора это запомнить. Отведи его в кресло. Ферсу только скорчил рожицу и повернулся к Аиду. Подмигнул, кивнул в сторону медицинского кресла с высоким подголовником. - Садись. И постарайся расслабиться. - И получить удовольствие, - выдохнул Аид. С некоторых пор подобные кресла он на дух не переносил. Харун… Слишком категоричен. Несомненно, уверен в себе. Хорош собой, но странной, экзотичной красотой. Слишком холоден. Таких приятно ломать. Заставлять скулить и пресмыкаться у ног. Но сейчас на это нет времени. Нужно вернуться. Понять, что происходит и вернуться. - Ну, удовольствие тебе тут вряд ли светит, - хмыкнул Ферсу. – Но расслабиться и, правда, попытайся. - Игорь? – за спиной Ферсу выросла темная фигура и тот, скорчив Диме рожицу, отошел. Харун проводил его тяжелым взглядом и повернулся к Аиду. Посветил фонариком в глаза, проверяя зрачки, посчитал пульс, проверил вестибулярный аппарат… И только завершив стандартные процедуры, отошел к столику. – Остаточная реакция на снотворное. Я сделаю вам укол, он снимет неприятные ощущения. - К чему такие сложности? Я имею в виду способ доставки меня… туда не знаю куда, - Аид внимательно следил за его манипуляциями. Харун не Архангел. Во всяком случае, не самый главный из тех, с кем ему придется пообщаться. И, кажется, это именно тот коновал, которому потом стоит сказать отдельное «спасибо» за не самое приятное самочувствие. - Наоборот, мы облегчили себе задачу. Куда приятнее иметь дело с бесчувственным телом, нежели с человеком, который пытается сопротивляться, - Харун вернулся с маленьким шприцем. – А побочные эффекты в расчет не принимаются. Вот и человек, который СЛИШКОМ серьезно относится ко всему. - А поговорить? Может, я спокойно отнесся бы к необходимости встречи или… сотрудничества? - Этот разговор у вас еще впереди, - Харун вскинул на него взгляд. Неожиданно тяжелый, острый. Но где-то в глубине его почти черных глаз сияла холодная усмешка. И злое любопытство. Такое бывает у одержимых энтомологов, с увлечением накалывающих на булавку бабочку, которую раньше не видели. Никакой жалости. Лишь циничный вопрос. – Еще вопросы? - Вопросы… - Дмитрий прищурился. – Есть. Но не к вам. С вами мне уже все понятно. Впрочем… когда я смогу встретиться с Архангелом? Харун рассмеялся. По-настоящему. Весело. - Вы очень самоуверенны. И потому – проиграете, - черные глаза нехорошо полыхнули. – Впрочем, меня это уже не касается. Игорь… - Да? – Ферсу бесшумно возник рядом. – Отведи молодого человека на прогулку. Архангел сейчас занят. Ферсу только вскинул бровь, помогая Аиду выбраться из кресла. - Куда? На прогулку куда? Харун снял перчатки, улыбаясь каким-то своим мыслям: - Там, где он еще не был. Ферсу только кивнул и молча вывел Аида из помещения. Подождал, пока за ними закроется дверь и только потом выдохнул: - Это было глупо. - У меня нет выбора, - Аид привычно уже пожал плечами. Это было странное место. В подобных декорациях принято снимать фильмы ужасов да психологические триллеры в духе Хичкока. И если бы… не острое чувство дома, он бы подумал, что находится где-то за границей. В старом-добром Алькатрасе. Мрачные обшарпанные стены, старые двери, оббитые металлом, крохотные решетчатые окошки… старая тюрьма, заброшенная, покинутая всеми. Забытая системой. Но облюбованная для каких-то неведомых целей другими. - И все равно это было глупо, - Ферсу засунул руки поглубже в карманы, косясь на изломанные тени на стенах. – Придется тебе потерпеть мое общество еще немного. - С удовольствием. Особенно если объяснишь, что именно я сделал не так ну и… поцелуешь в качестве утешения. - Харун… Говорить о том, что тебе с ним «все уже понятно» - было ошибкой. Этого человека боится даже Архангел, хотя никогда и не признается. И ты совсем не знаешь его. - Больше одного раза не умрешь, - Аид зажмурился и провел ладонью по шершавой кирпичной кладке стены. – Мои шансы на выживание не слишком высоки. Либо я сбегаю, либо меня уничтожают. Так что… словом больше, словом меньше – не слишком большая разница. Он хочет, чтобы я испугался? - Чего хочет Харун – не знает никто. И с чего вдруг мысли об уничтожении? Если бы тебя хотели убить, то уже бы убили. Ты странно себя ведешь. - Это сейчас я для чего-то нужен, - Аид улыбнулся. – Я привык думать о худших вариантах. - Смерть – не худший вариант. Поверь мне, - Ферсу отломил кусочек штукатурки и растер ее между пальцами. – У тебя кто-нибудь есть? Сердце пропустило удар, но на лице не дрогнул ни единый мускул. - Будет, - кончики пальцев мазнули по щеке Игоря, мимолетно коснулись губ. О Владе они узнать не должны. Это угроза. И куда более реальная, чем гипотетическая смерть. – Хочешь? - Нет, - Ферсу сжал его запястье. Сузил глаза, невесомо лаская подушечкой внутреннюю сторону. – Потому что ты лжешь. - Ты так хорошо изучил меня, чтобы читать? Или все еще считаешь себя не моим типом? – Дмитрий склонил голову к плечу. – Углубленный базовый уровень патпсихологии? Скорее всего, курс клинической психологии и психиатрии. Риторика. Ты очень хорошо говоришь. Грамотно и правильно. Специализация – ведение переговоров? Ты мне нравишься. Я всего только сказал, что ты мне нравишься. И что ты мог бы быть. Но если нет… Больше предлагать не стану. Прости. Аид отстранился. Так же ненавязчиво и осторожно, как и приблизился. - Ты лжешь, что у тебя никого нет. Расширенные зрачки. Учащенный пульс. И я понимаю, зачем ты это делаешь сейчас. Но даже если что-то и произойдет между нами, это тебе не поможет. И у меня тоже есть принципы. - Я прав. Что ж… - мимолетная улыбка быстро погасла. – Но я понимаю, к чему ты ведешь. Так что нет. У меня никого нет. - Когда я говорил, что понятливый и только потому еще живой, это я и имел в виду. Да, ты прав. Я – «переговорщик». Замечать любые мельчайшие детали и эмоции – моя работа. А ты, уж прости – не террорист, захвативший в заложники детский сад. Но… - Ферсу усмехнулся. – Ты мне тоже нравишься. Поэтому с докладом о своих выводах я торопиться не стану. - И на том спасибо, - Аид кивнул. Он испугался. Действительно испугался. Не за себя. Забавно, но за себя он уже давно не боялся. Привычка или тренировки – не суть важно. Но… Если они возьмут Влада… он готов будет сделать что угодно, только бы вытащить его. - «Спасибо» в стакан не нальешь, - Ферсу встряхнулся, мгновенно превращаясь из ставшего слишком серьезным и даже холодным парня в того «клоуна», с которым Аид познакомился в самом начале. - Были бы в Москве – я непременно плеснул бы тебе в бокал чего-нибудь этакого, - принял его игру Аид. Точно и не было этих нескольких оброненных фраз. Будто не предупреждением это все прозвучало. Он все-таки шагнул вперед, прижимаясь губами к мягким губам, изогнутым в легкой усмешке. Это было приятно, увлекать его в поцелуй. И плевать на последствия. Во всяком случае, сейчас. Они знают, что он, Аид – «ангелочек». Знают, а значит, априори готовы к подобного рода выходкам. Ферсу подкупал своей… «совестью». Свой в доску, располагающий к себе, способный уболтать кого угодно и сподвигнуть на любые безумства. Настоящий профи в своем деле. Других контора не держала. Не готовила. А уж в том, что, по меньшей мере, Игорек был выкормышем конторы – сомневаться не приходилось. Очень уж специфические навыки. Очень уж хороши. Таким, как он ничего не стоит даже тому, кто вполне искренне нравится, всадить пулю промеж глаз просто потому, что так надо, а предмет симпатий – мешает. Или просто оказался на пути пули. Строго говоря – они оба такие. Так уж вышло. Харун слеплен из другого теста. Или заточен под другое. И да… кажется, он поспешил с выводами. - Это, я так понимаю, в качестве того самого «спасибо»? – уклоняться от поцелуя Ферсу не стал. Но и углублять его тоже не торопился. – Или тебе просто нравится целоваться? - Считай как угодно, - одними уголками губ обозначил улыбку Аид. – Итак, которую из камер выбрали в качестве моего временного… места проживания? Экскурсия в чисто познавательных, или все же практических целях? - Оставлять тебя здесь не рационально. Здесь нет камер наблюдения, а, значит, никто даже не узнает, если вдруг что-то случится. С тобой, например. Хотя прутья решетки не сможешь заобаять даже ты. Так что если ты вдруг решишь, что побег - это хорошая идея, Танатос может решить, что отсутствие контроля - не самая большая проблема. Не думаю, что тебе здесь понравится ночью, да еще в гордом одиночестве. Это не угроза. Считай это дружеским предупреждением. - Я не из пугливых, - Аид развернулся на каблуках и окинул пристальным взглядом длинный коридор-галерею, оставшийся позади. – Но если дружеским, тогда конечно, уже считаю. К обдумыванию уже целая пачка вопросов. О том, что он летит в командировку, стало известно буквально в тот же вечер. Ему купили билет и забрали из дому за шесть часов до отлета. Значит, в конторе либо снова играет двойной агент, либо это очередная операция «вслепую» и целью операции является вот эта вот компания «богов смерти». Забавность состояла в том, что он тоже – бог смерти. Своего рода. - Что дальше? - Дальше? - Ферсу кинул взгляд на часы. - Дальше мы с тобой пойдем в обратную сторону. Архангел должен уже освободиться. Ну а что будет еще дальше... Зависит от итогов вашего разговора. И от того, какое решение ты примешь. И нет, как на прямые, так и на наводящие вопросы я тебе отвечать не буду. Хотя бы потому, что Архангел сделает это лучше меня. Пойдем, майор. Нам надо возвращаться. Прогулка окончена. - Окей, - Аид кивнул и неспешно зашагал по коридору к маячившей в конце двери. Архангел. Не вписывается позывной в общую канву группы. Да и на террористов не похожи они. Особо с оговоркой Игоря. Он, Аид, не взял в заложники детсад… забавность на забавности. - Что с пассажирами самолета? - Живы, здоровы и, - Ферсу кинул взгляд на часы, - в этот момент уже добрались до пункта назначения. Так что все обошлось без жертв. Не считая твоего неважного самочувствия в самом начале. Как сейчас? "Противоядие" Харуна подействовало? - Вполне, - кивнул Аид. Впрямь не террористы. Хотя смысла в убийстве пассажиров не было никакого. У них совершенно другие цели. Просто другие цели. - Как-то не вписывается позывной Архангел в вашу божественную семейку. - В нашу семейку. Аид, - улыбка Ферсу была странной. - Но найти ответ на этот вопрос я тебе не помогу. А то так не интересно. - Мой позывной - отдельная тема. Но, кажется, все куда загадочнее, чем я могу себе представить. А представить я могу ой как много… Ладно, Архангелу-то я глазки построить могу? Не прибьют? - Зачем? – Ферсу остановился и повернулся к нему. – Зачем вообще кому-то строить глазки? Я понимаю, что это – самый простой для тебя способ воздействия, но, например, если бы ты попытался провернуть это с Харуном, то действительно лишился бы какого-нибудь органа. Остался бы жив, но приятного было бы мало. - Ты внезапно лишился способности понимать дурацкие шуточки? - Я встречался с другими «ангелочками». Для них это не было бы шуткой. Да и мне ты глазки тоже строил. Хочешь сказать, что шутил? - Я… не рядовой «ангелочек», Игорь. – Аид медленно повернулся к нему лицом. Замер, практически на расстоянии тепла, но окончательно не вторгаясь в личное пространство. Сейчас на него играло все. Боевой модус. «Ангелочек», способный сводить с ума. – Я могу строить глазки в шутку. А могу и на полном серьезе. Могу вести ученые диспуты. В моем деле сказано, что я сдал кандидатский минимум и скоро защищаюсь… Шутил ли я с тобой? – Взгляд обласкал красивые губы собеседника и снова вернулся к глазам. - Несомненно, - Ферсу усмехнулся одним уголком губ. – И точно также пошутить ты мог с Харуном. И можешь пошутить так с Архангелом. Это только твое решение, Аид. Ни для кого из присутствующих не секрет, кто ты. Что ты – «ангелочек». Ни для кого твое поведение не покажется странным. Но каждый сделает из него свои выводы. - Но не многие увидят разницу. И не многие поймут, - шаг в сторону. Прикосновение так и не случилось. Это было бы уже перебором, навязчивой попыткой надавить, утвердиться. Грубая манипуляция. Не та филигранная работа, которой гордился Аид. - Это-то и плохо, - Ферсу тряхнул головой, откидывая назад упавшую на глаз челку. – Но я никто тебе, чтобы давать советы, как тебе делать свою работу. Ведь ты работаешь сейчас. Ладно, это все лирика. Пойдем. - Я адаптируюсь в непонятном, потенциально опасном для меня окружении. Давай закончим. Мне надоело гадать. Я «ангелочек», а не гадалка, - Дмитрий усмехнулся, и все-таки позволил себе аккуратно убрать от лица гладкие пряди его волос. Маленькое тактильное удовольствие. - Да уж. «Гадалка» из тебя не очень, - Игорь чуть склонил голову к плечу, немного отстранено улыбаясь. – У тебя напрочь отсутствует чувство опасности. Как ты еще жив? - Именно по причине того, что мне все равно выживу я или нет, - Дима пожал плечами и сунул руки в карманы. Конечно же, там оказалось девственно пусто. А жаль. Сигарета-другая бы не помешала. - Тебе не все равно. Просто ты – Аид, - пойдем. – Ферсу тронул его за локоть и направился к выходу. Они миновали длинный и гулкий коридор и наконец вышли из помещения тюрьмы, направляясь в сторону административного корпуса. Дмитрий послушно следовал за ним, отставая буквально на полшага. Что привело сюда Игоря-Ферсу? В чем интерес «божественной семейки»? И зачем здесь он? Почему его считают здесь почти… своим? Бесшумно закрылась дверь. Ступеньки лестницы выглядели истертыми, старыми, и отчего-то казалось, что по ним вот-вот пойдет наверх какой-то бедолага-заключенный. Иллюзия. Всего только игра усталого разума. А Влад, должно быть, с ума сходит, не зная, куда он пропал… Что же делать? -Сюда, - тем временем они поднялись на самый верхний этаж, и Ферсу остановился у двери, обитой кожей. Вероятно, когда-то здесь заседал начальник тюрьмы. Теперь – неведомый Архангел. Игорь чуть сжал его плечо, принуждая повернуться к себе. – Я не буду давать тебе советов, как вести себя. Потому что алгоритма нет. Я не знаю, будет ли там еще кто-то, кроме Архангела. Но я знаю, какой вопрос тебе зададут. И прошу – не руби с плеча. И не давай эмоциям захлестнуть тебя. - Спасибо, Игорь, - кивнул Аид. – Я… оценил это. Да, оценил. И взвесил. И измерил. Это – суть переговорщика. Уговорить, заставить принять точку зрения, расслабить, убедить… И Игорек блестяще справлялся. Скользкий узенький мостик. И так трудно балансировать. Но придется. Выхода нет. А потом он снова уверенно толкнул дверь и оставил Ферсу там, на лестничной площадке перед совкового вида дверью. - Дмитрий Амиризович, - стоявший у окна мужчина обернулся, роскошно улыбнувшись. – Проходите. Присаживайтесь. Разговор будет долгий. Аид не вздрогнул. Молча прошел в просто обставленный кабинет и присел в кресло. Откинулся на спинку, внимательно рассматривая… Архангела. Высокий, подтянутый, удивительно молодо выглядящий…нет, все-таки молодой. Просто седой. Как старик. Одет он тоже очень… обывательски. Классические брюки, туфли, рубашка. Не вяжется с образом здешнего босса. Совсем не вяжется. - Глупо начинать с вопросов, не так ли? Думаю, многое вы разъясните и так? - Несомненно. Я не собираюсь ничего скрывать. Но сначала давайте поговорим на отвлеченные темы. Ах, да, забыл представиться. Михаил Алексеевич. Я не сторонник церемоний, но буду благодарен, если вы воздержитесь от фамильярности. И на то забавное прозвище, которым меня называют мои люди за глаза, я тоже не откликаюсь. Надеюсь, вы прислушаетесь к моей просьбе, - он улыбнулся вежливо, но прохладно, отошел от окна и присел на край пустого стола. – И давайте расставим остальные точки. Как прикажете обращаться к вам? - Меня устроит обращение полным именем. Либо позывной. И то и другое мне в принципе привычно, Михаил Алексеевич, - тонкая шутка. Михаил. Потому и Архангел. Уж не Игорь ли пошутил? - Отлично, - Михаил окинул его внимательным взглядом, а потом поинтересовался. – Как вы относитесь к нашему миру, Дмитрий? К тому самому, в котором мы все живем. Дмитрий нахмурился на миг. - На эту тему я могу распыляться достаточно долго. Я… патриот. Можно сказать и так. И я далеко не в восторге от того, что творится в моей стране. Но… изменить могу мало что. - Я говорю не о какой-то отдельно взятой стране. Я говорю о нашем мире. О планете, если хотите. Дмитрий сдержанно рассмеялся. - Я не утопист и реально понимаю, что мира во всем мире не будет, что экология дальше будет еще хуже, бедные будут беднеть, богатые – богатеть, вся власть будет сосредоточена в руках трансконтинентальных корпораций, ну и так далее. - Ну а если вам скажу, что даже этот мир можно изменить? Я, вы, Ферсу, с которым, я уверен, вы уже почти подружились… По-настоящему изменить. И что это в том числе зависит и от вас. Чтобы вы тогда сказали? - Я бы сказал, что это утопия. Уж простите, я многое повидал, в частности и в Зоне, но ни одна из теорий, и ни одна из технологий не может изменить нашей истории, - Дмитрий покачал головой и скрестил на груди руки. Михаил рассмеялся. Свободно, легко. Ему действительно было весело. - Сами по себе технологии – нет. Но с человеческой помощью – вполне, - он развернулся, дотянулся до ящика стола, выдвинул его и вытащил папку, которую и отдал Аиду. – Например, с вашей. - Он встал со стола и вернулся к окну. – Проект «Параллель». Два этапа. Вы были включены в список кандидатов на второй этап. Но проект закрыли до того, как пришла ваша очередь. Аид открыл папочку. Вот они, «божественная семейка». Ферсу, и Харун, и та девушка, которую он мельком видел сегодня. - Люблю контору. Как-то пост-фактум столько нового о себе узнавать начинаешь… И чего вы ждете от меня? Что я с восторженным визгом рвану выполнять непонятно что? Меня много раз играли «в темную», Михаил Алексеевич. И я этого очень не люблю. Уж простите, но…меня похитили, привезли непонятно куда. И рассказывают о гипотетическом мире для всего мира. - Втемную? Не оскорбляйте меня, приравнивая к вашей конторе. Наоборот, я с вами откровенен, как ни с кем. Что же касается вашего похищения… Мне хотелось, чтобы вы выслушали меня до конца прежде, чем хлопнуть дверью. А это было возможно, только ограничив вашу возможность к свободному перемещению. К тому же у меня не особо дружеские отношения с вашей конторой. Они ставили на мне опыты. Как понимаете, я не питаю к ним расположения. И я не угрожаю вам. И я не сумасшедший. Я ученый. Более того, я – ученый-практик, которым, как вы знаете, чуждо само понятие гипотетического «мира во всем мире». Вы даже не прочтете, что это был за проект? Уверен, вы многое поймете. - Я люблю научную фантастику. Сам, можно сказать, являюсь ее частью, но… - разводил руками и углублялся в чтение предложенных страниц уже Дима. Дима-будущий-кандидат наук. Потому что именно он разбирался в тонкостях аномалии. Вернее сказать – именно он. Аид, как и Дмитрий, были детищем конторы. Дима был ученым. И именно инстинкты и знания ученого помогли ему продраться сквозь хитросплетение физических и околофилософских терминов «пограничной» науки. С каждой прочитанной страницей он нервничал все сильнее, стараясь, тем не менее, не выдавать собственного состояния. Точки пересечения, «соприкосновение» параллельных вселенных, возможности влиять на них посредством «эффекта бабочки», исследования, наблюдения, краткая доказательная база… …Последняя страница вогнала его в ступор. Недоверие мешалось со страхом, страх переплавлялся в совершенно детский восторг. А восторг, в свою очередь, плавно перетекал во вполне научный вопрос: А что если?.. - А что если эти ваши заморочки напрочь разрушат ткань мира? Это ведь только вероятности. Которые. Несмотря на все усилия. Могут и не произойти? - Вы ведь уже познакомились с Харуном? – Архангел тонко улыбнулся. – Уверен, что познакомились. Какое он произвел на вас впечатление? - Не от мира сего, - не задумываясь, ответил Дмитрий. – Какое из моих мнений вас интересует? - То, которое поможет вам принять правильное решение. Скажем так… Мнение ученого. - Тогда совершенно точно «не от мира сего». Отсутствующие морально-этические рычаги и ограничения. Он может быть идеальным ученым. И идеальным убийцей. С точки зрения… у него любопытная внешность. Не типичная для наших широт. Ну и в принципе он странный, выражаясь обывательским языком. - Он – гений вероятностей. Один из лучших аналитиков вашей родной конторы. Медицина – всего лишь его хобби. Прежде, чем решиться на то, что я хочу сделать, мы с ним просчитали больше тысячи вероятностей возможного исхода. Любая из них – лучше, чем то, что происходит со всеми нами сейчас. Кроме того, каждое последующее воздействие стирает последствия воздействия предыдущего. Мы всегда можем вернуться в эту минуту и остановить самих себя. Я предлагаю вам стать частью моей команды, Аид. Потому что вы – часть этой команды ИЗНАЧАЛЬНО. Ваше присутствие в «ангелочках» - ошибка. Ваше место среди нас. Все, что я хочу – это вернуться в прошлое и изменить его. Одна встреча – и мать Сталина никогда не встретится с его отцом. Не будет Второй Мировой и миллионов жертв. Можно предотвратить «холодную войну» и атомные взрывы в Японии. И это – только самое малое из возможностей. Я предлагаю вам стать частью истории. - Любое действие, любое изменение, привнесенное в сбывшееся ДО момента нашего рождения, даже не так, до момента рождения наших родителей, может привести к тому, что ни вас, ни меня попросту не возникнет в этой реальности. Да нас даже в проект не запроектируют! – Дима закрыл папочку и сжал ее до побелевших от напряжения пальцев. – Война раскидала всех так, что половина ныне живущих никогда не родилась бы, не будь той войны! Вы хотите перечеркнуть жизни трех поколений как минимум. Достижения науки последних шести десятков лет. Не слишком ли большая цена? - А как насчет тех, кто не родился? У кого даже не оказалось этого шанса из-за того, что война унесла их потенциальных родителей? Да и достижения науки… Я не отрицаю, что война послужила толчком. Но разруха после нее… Но в одном вы правы. Ключевые фигуры истории не должны быть затронуты. Последствия таких перемен могут быть слишком глобальными. Но я привел пример Второй мировой, как самый очевидный и не более того. Я не собираюсь действовать настолько грубо. - Эффекта бабочки никто не отменял, - довольно жестко заявил Дима. – Я не оспариваю того факта, что наука всегда двигалась вперед методом проб и ошибок. Но никогда и никто не был настолько близок к полному уничтожению расы. Даже создатели атомной энергетики и бомбы в частности. Ну и наши чудесные эпидемиологи. Можно сколько угодно пытаться повлиять на действия одиозных личностей рядом с лидерами, но на то, чтобы сделать это незаметно, исподволь, укоренив в них нужные мысли – уйдут годы. Ни у кого из группы нет этих лет. - А кто сказал, что я собираюсь делать это таким образом? - Михаил вскинул бровь. - Я не идеалист. Я ученый. И прежде чем начинать подобный... эксперимент, обязан провести несколько пробных тестов. Не такое далекое прошлое. Всего лишь пара лет. И... у меня есть страховка. Тот, кто останется в ЭТОМ времени и сможет убрать негативные последствия, если они возникнут. Вы ведь в курсе, что время циклично. И кто знает... Может, тот факт, что вы сидите здесь, что вообще существуете, возник из-за того, что кто-то, вернувшись в прошлое, запустил цепь событий, из-за которой вы и появились на свет? Вы не думали об этом? - Это выглядит красиво и увлекательно. На бумаге. В отчетах, - все еще не сдавался Дима. - Но я все еще не понимаю, на кой черт я вам нужен. Тот факт, что когда-то мои показатели были по каким-то параметрам близки к вашим – не гарантирует того, что и сейчас я самое то, что надо. Это вообще не показатель. На момент прохождения тестов я еще даже стажировку не начал проходить. - Это совершенно не важно, - Михаил сложил руки на груди. - Вы нужны мне, как и все остальные из контрольной группы. Мои возможности не безграничны. К тому же каждый подобный переход истощает меня, что вполне объяснимо и естественно. Последние годы я занимался созданием оборудования, с помощью которого переход станет не сложнее перехода через дверь одной комнаты в другую. Оно готово. Но запустить машину без вашего участия невозможно. Без НАШЕГО участия. Только собравшись вместе, мы сможем это сделать. Запустить машину и открыть переход. О, это только контрольный, пробный тест. Никаких изменений. Не считая открытого тюбика зубной пасты Танатоса, из-за которого он поссорился с женой утром месяц назад. Я ученый. Но не самоубийца. Мне нужна ваша помощь. НАМ нужна ваша помощь. К тому же... вы сами ученый. Думаю, подобный опыт можно назвать уникальным. Итак? - Насколько я понимаю, для того, чтобы к Танатосу изменения стали… ммм… применимы, он должен находиться в этой реальности. Те, кто уйдет, изменениям не подвергнутся. В теории. Как сложно. Как чертовски сложно! Что если малейшие перемены в прошлом приведут к тому, что они с Владом никогда-никогда не встретятся? Тогда и чертова мышеловка во Второй Зоне сработает, и навернется черт знает сколько народу хрен знает где. Это слишком опасные игры. Они не знают слишком многого, для того, чтобы вот так вот совать свои носы в дела Мироздания. В дела Его Величества Случая. Что если однажды он вернется и обнаружит, что Влад живет только в его памяти, что в мире его никогда не было? Что даже его родители никогда знакомы не были? Что если?! Влад – единственное, чего он терять не желает никогда. Никогда и ни в какой реальности. Будь их тысячи и сотни тысяч. Да, где-нибудь, в какой-нибудь вселенной под совершенно другим солнцем он не подозревает о том, что где-то бродит Влад Соколовский. Но здесь и сейчас ему есть что терять и кого защищать. - Каковы были причины… истинные причины закрытия проекта? - В этом нет никакого секрета. Я сам помогал ученым. А когда ушел - они пошли по неправильному пути и финансирование закрыли. Дима вздохнул. На долгую минуту прикрыл глаза, взвешивая все «за» и «против». Слишком многое легло на чаши весов. - Не поймите меня превратно. Я… как ученый хочу вам верить. Более того, хочу все увидеть собственными глазами. Но я не могу верить. Не имею права. Отчасти и по причине того, кем помимо всего прочего я являюсь. - Это лирика. Слова, которые вы говорите для себя. Но я хочу услышать ваш четкий ответ. - Риск слишком высок. Я… - здесь не может быть условий. Не может быть никаких «если». И все-таки если он скажет «нет»? – Я не считаю, что цель оправдывает подобного уровня вмешательства. Хоть мое «нет» вас и не остановит. Не так ли? - Это тема уже для другого разговора. На сегодня, пожалуй, все. Увидимся позже, Дмитрий Амиризович. Боюсь, на какое-то время вам придется здесь задержаться. Игорь! – Архангел повернулся к двери, и та открылась. - Да, Михаил Алексеевич? – на пороге появился Ферсу, благожелательно улыбаясь. - Мы закончили на сегодня, Игорь. Ферсу только кивнул и кинул на Диму выразительный взгляд, явно приглашая следовать за собой. Дмитрий медленно поднялся из кресла и подошел к двери. - Надолго ли? - Час? Сутки? В любом случае этот промежуток времени вам покажется бесконечностью, - усмехнулся Михаил и отвернулся к окну, давая понять, что разговор окончен. - Это точно, - выдохнул едва слышно Аид и вышел из кабинета. Уже на лестнице, стоя рядом с Ферсу, улыбнулся. Но как-то очень невесело, почти отчаянно. Бесконечностью? Не просто бесконечностью. Каждый миг, прожитый без Влада, казался адом. Пыткой. И понимание того, что он один и не знает, что с сумасбродным майором сталось, отнюдь существования не облегчало. – Что будет, если я откажусь? - А разве ты уже не отказался? – Ферсу только вскинул бровь. - Я пока что ничего не сказал. Я только предположил, что мой отказ не будет иметь ровным счетом никакого значения, - Дима… пожалуй, что Аид пожал плечами. - Сказал, - Игорь вытянул из внутреннего кармана пачку сигарет. – Архангел из тех, кто не любит ненужную «воду». Даже если ты не произнес «нет», он все понял именно так. Куришь? Димка без слов стрельнул сигарету, прикурил от предложенного огонька зажигалки и глубоко затянулся. - Чем мне это грозит? Просто скажи. Пожалуйста. - Мы не убийцы, - Ферсу кивнул в сторону площадки пожарной лестницы. – Так что убивать тебя никто не будет. Но я – человек маленький. Меня в планы не посвящают, - Игорь присел на корточки у стены, глядя на тюремный двор. - Цинично, но я думаю о людях сквозь призму собственных поступков, - усмехнулся Аид, сползая по стене рядом. – Я бы себя пристрелил. - Твоя смерть доставит гораздо больше хлопот. Не думаю, что после «угона» самолета в конторе еще не вычислили нас всех и сложили два и два. Максимум, что ты сможешь рассказать – это о предложении Архангела. И не более того. А они – только слова и ничего больше. А вот за твою смерть будут мстить. Контора или тот, с кем ты. Логика и не более того. - М-да… - Сигарета закончилась как-то уж очень быстро. От глубоких затяжек чуть кружилась голова. – Кажется, я подохну здесь от тоски и безделья. - Сочувствую. Можешь побродить внутри периметра. На обед ты уже опоздал, но еда вроде осталась. Да и я бы от чая не отказался. Будешь? - Чай без сахара. И чем горше – тем лучше. Просто чтобы перебить отвратительную горечь во рту. Не давало покоя это последнее, сказанное Архангелом. Тема для другого разговора. Какой-то козырь в рукаве у него есть. - Ты, главное, говори, когда я тебе надоем. - Мне здесь тоже особо заняться нечем. Мара у нас зависает в компьютерах, к Харуну я в жизни не сунусь, а Танатос больше любит железо в тренажерке. Я слишком болтливый для них, - Игорь обезоруживающе улыбнулся. – В детстве я всегда мечтал попасть в какое-нибудь заброшенное здание и вдоволь полазить в нем. Собственно, этим я и занимался все последнее время. А почему ты сказал «нет»? – он покосился на дверь кабинета Архангела и направился по коридору к лестнице. Аид со стоном поднялся на ноги и поплелся за ним. - Сложно сказать. Понимаешь, я ведь тоже м-м-м… аналитик. Я не спец в вероятностях, но и того, что я знаю достаточно, чтобы понимать: то, с чем пытается играть Архангел – слишком опасно. Настолько, что перевешивает вероятные плюсы. И только на моей памяти, со мной в главной роли, таких эпизодов было не меньше десятка. А ведь вы о них ни сном, ни духом. И малейшие вмешательства приведут к колоссальным жертвам. - Это палка о двух концах. А что если, инциденты, которые ты имеешь в виду, при ДРУГИХ обстоятельствах вообще не возникнут? В принципе? И тогда твое в них участие просто не понадобится. Об этом ты не думал? Внутреннее чувство опасности сходило с ума. Что-то не так. Что-то не то. - Ни ты, ни я, ни Архангел с Харуном не знаем обо ВСЕХ таких инцидентах. Цепная реакция, эффект бабочки – я многое хотел бы изменить. Но я не идеалист. И не перфекционист. Можно сколько угодно до хрипоты спорить о том, что лучше. Все равно существует нюанс, который нивелирует все плюсы изменений. Пусть даже сейчас вы их и не видите. - Думаешь, они этого не понимают? В голове Харуна - компьютер. А Архангел – действительно не самоубийца. И «Назад в будущее» смотрели все. Но я верю в то, что время – циклично. Ты ведь знаешь, что это такое? – Ферсу толкнул дверь крохотной столовки, кивнул в сторону стола, щелкнул кнопкой чайника и достал две большие кружки. – Есть будешь? У нас повара нет, мы «подножным кормом» перебиваемся, но я могу что-нибудь придумать. - Нет, не надо, - Дима покачал головой. Конечно, его не тошнило, да и последствия укола прошли, но мыслей о еде не возникало. Организм, судя по всему, был занят совершенно другими, более насущными проблемами. – Чаю будет достаточно. - Я понимаю, что все это слишком неожиданно для тебя. Но когда тебе еще сделают такое предложение? – Игорь поставил перед ним кружку с чаем, вазочку со сколотым краем, в которой горкой был рафинад… - Я не уговариваю тебя. Я просто помогаю рассмотреть ВСЕ имеющиеся плюсы и минусы. Дима рассмеялся, ладонями обнимая кружку. - Ты – спец по переговорам. Кому, как ни тебе показывать все плюсы и минусы? Фер-сууу… - протянул он, точно смакуя имя. – Не обижайся. Это профессиональная паранойя. - Я бы решил, что мы таки не того парня взяли, развесь ты здесь сейчас уши и верь мне на слово, - Игорь легко рассмеялся. – И да, мне доставляют удовольствие наши «переговоры». Когда от меня не зависят жизни десятка детишек, а ты не суешь мне автомат в нос. Здорово расслабляет, знаешь ли. Настраивает на лирику. - Мне слишком симпатичен твой нос, чтобы в него чем-нибудь тыкать. А сунуть под него я могу только кукиш, - фыркнул Аид. – Но на твоем месте я бы меня не слишком расслаблял. - Да? И почему же? – Игорь сделал большой глоток и прикрыл глаза от явного удовольствия. – Обожаю этот сорт чая. – Замечание про «симпатичный нос» он блистательно проигнорировал. - Тактично промолчу, даже предположив, что ты не как Харун и не станешь лишать меня жизненно важных органов. - Это у тебя защитная реакция такая? – полюбопытствовал Игорь, улыбаясь почти невинно. - Это моя естественная реакция, - Аид с удовольствием пригубил свой чай и зажмурился. – Божественно. Но у меня в личном деле не сказано, что я фанат чая. - В моем – тоже, - Ферсу забавно поиграл бровями, а потом расхохотался. – Как и то, что я обожаю котят и пряники. У нас у каждого есть свои маленькие слабости. - Переговорщик и котятки? – Аид согнулся в приступе гомерического хохота, едва только картинка встала перед глазами. – Это прекрасно. А главное, никто не заподозрит суперпрофи в такой милой причуде. - Бууу… Танатос коллекционирует вкладыши от жвачки «Love is», а мой учитель рыдает при просмотре «Титаника», - Ферсу сделал вид, что обиделся, а потом присоединился к Диме. – И вообще… котят все любят. - Если я мяукну? – Аид смешно взъерошил волосы, и, накрутив пальцами две прядки, сделал вполне милые «кошачьи ушки». - Я почешу тебя за ушком, - Игорь закусил губу, чтобы не рассмеяться. – Ну или поглажу шейку. Главное, не падай на пол и не подставляй пузико. - На пол? – сморщил нос Аид. – Не, не стану. На пол не удобно. Слишком твердо. - Ну извиняй, перинку взять с собой не додумался, - Игорь только развел руками, улыбаясь одними глазами. - Извиняю, - с царственной снисходительностью кивнул Дмитрий. - О, благодарю, это так благородно с вашей стороны! Позвольте мне не падать ниц, ибо грязно, да и холодно. - Тебе нужен совсем другой позывной, - Аид сполз в продавленном кресле пониже, глядя на собеседника из-под полуопущенных ресниц. – «Паяц» подошло бы в самый раз. - Позывной – как имя. Его не выбирают. Сам знаешь, - Игорь сделал еще глоток чая и откинулся на спинку, прикрыв глаза. – И я не паяц. Я – зеркало. Я чувствую твой взгляд, Аид. Я слышу, как ты дышишь. Это получается автоматически. Таким меня сделали. - Знаю, - тот медленно кивнул и вдруг подался ему на встречу, заглядывая в глаза. – Работа. Мы оба работаем. Наверное, лучше разбежаться. Отведи меня, пожалуйста, в какую-нибудь комнату. - Боишься? – глаза Игоря потемнели. – Второй этаж – жилой. Свободно все правое крыло. Выбирай любую. Постель найдешь в кладовке на первом этаже. Туалет один на этаж. На третьем этаже осталась старая библиотека. Книги советских времен. Захочешь чаю – баночка в шкафчике над плитой. - Нет, не боюсь, - качнул головой Дима. – Просто не хочу все усложнять. Я захочу раскрутить тебя на секс. Это будет и работа и удовольствие. Ты попытаешься развести меня на откровения и уболтать. Для тебя это будет работой. Я попытаюсь привязать тебя. Ты… не знаю. Я редко работал с такими как ты… Так что лучше не усложнять. - С такими, как я, ты не работал вообще, - Ферсу вскинул голову, улыбаясь… странно. Усмешка, немного любопытства. Прохлада и жар. Как нагревшийся за день песок ночью. – Иначе бы знал, что работать со мной – все равно, что работать с самим собой. Разговаривая с террористом, я должен им стать, чтобы он доверился мне. Разговаривая с самоубийцей, я должен встать рядом с ним на край крыши. С тобой проще. И сложнее. Я – не ты. Но если ты решишь… поработать со мной, то вынудишь меня работать с тобой. Ты мне нравишься. Именно мне. И… - уголок губ дрогнул, - тебе действительно лучше уйти, ты вряд ли сможешь устоять перед самим собой. - Ирония. Ты действительно как отражение. – Аид медленно поднялся на ноги и кивнул. – Я знаю себя. Но ломать тебя не хочу. Потому… доброго времени, Ферсу. - Не скучай, - Игорь подмигнул. – И мой тебе совет – не пытайся сбежать. Вокруг нас – пустыня на многие километры вокруг. Найти тебя будет делом нескольких минут. – Он отсалютовал, улыбнувшись совсем по-другому. Светло. С легким вызовом. – Захочешь поболтать – я в твоем распоряжении. …Комнату он выбрал в конце коридора. Совсем в конце. На отшибе. Так, чтобы его не слышали и по возможности не видели. Он облазил каждый уголок и камер слежения не обнаружил. Паук в углу, несколько высохших мух – вот и все его «соседи по комнате». Постель он действительно обнаружил в кладовке. Как и свои вещи. Тщательно перебранные и ощупанные на предмет скрытых в швах «сюрпризов». Были безжалостно выдраны три пуговицы на рубашках, пояс на джинсах с одной стороны был подпорот, а запасная пара туфель лишилась шнурков. Зубная щетка, тюбик пасты, дезодорант, все три смены нижнего белья, носки… все на месте, кроме туалетной воды. Ага, там есть распылитель, так что долой. Жаль, любимый «Кензо» канул в Лету. Телефона тоже нет. Ноут, наверное, где-то. Может даже у той девушки. Она что-то говорила о компьютерах. Ему не оставили ни-че-го. С внешним миром связи нет. Подать сигнал возможности нет. Собственно, он даже не знает, где находится. Ферсу намекнул на пустыню вокруг. Но ведь не жарко! Хотя, мало, что ли в необъятной стране пустынь? Всяко хватает. В туалете нашлось и ведро и тряпка и какая-то бытовая химия. Оставшиеся до состояния «черт, как же я устал» три часа Дима провел за уборкой своей комнаты. И время убить и себя занять. Как и обещали похитители – убивать его явно не намеревались. Конец дня ознаменовался походом в душ. Гудящие краны, едва теплая, чуть желтоватая вода и отвратительное мыло с запахом синтетического зеленого яблока. Он едва заставил себя вернуться в «номер». За зарешеченным окошком быстро темнело. Показалось, или где-то в стороне взревел двигателем автомобиль? Звук постепенно удалялся, так что даже если неизвестный некто и побывал здесь, теперь его уже нет. Он мчится к благам цивилизации. Так… здесь есть авто. А значит – отсюда можно убраться. Только подумать об этом лучше часа через четыре сна. Приняв решение, он вытянулся на постели и уснул «рабочим» сном. Без сновидений.