Дура

«Тупая, наивная шлюха, - думала про себя Карин, - как я могла?» Девушка сидела на полу в своей комнате и упиралась спиной в стену. Все тело дрожало, а глаза стали влажными. Сейчас ей было как никогда больно и горько, всю надежду словно высосали из души оставив тяжелую реальность. Реальность которую так захотелось оборвать. Именно в такие минуты, время без надежды жизнь становится в тягость и начинаешь ненавидеть себя. Карин стала перед зеркалом, в которое еще пару часов назад смотрела счастливая, красивая девушка. Теперь в нем отражалась женщина с взъерошенными волосами и выражением презрения на лице. «Какой позор, какая жалкая, - подумала она, и слезы навернулись на глаза, - нет, не смей реветь, сама виновата!» Куноичи отвернулась от зеркала не в силах больше видеть себя, она осмотрела комнату. Все эти самолетики звездочки были так ненавистны. «Нет я сильная, была сильная, превратила свою жизнь в этот кукольный домик дура! Идиотка придумала себе принца, хватит» В порыве ярости она начала срывать согнутые в разные формы листочки, сбрасывать на пол фигурки, рисунки, статуэтки все то, что украшало пустую бессмысленную жизнь шинобы. Последней ей в руки попалась небольшая книжка, перечитывая сделанные собой пометки, Карин была не в силах сдержать отвращение. Перелистав все, она села за стол и сделала последнюю запись. Только теперь рассудок стал возвращаться, вместо липкого платья девушка накинула халатик и пошла в ванную, надеясь, что не столкнется с кем-нибудь по пути. Хотя все тело болезненно ныло, на нем почти не было повреждений. Несколько засосов пройдут сами. Карин скользнула рукой вниз живота. С внутренней стороны по ногам была размазана кровь, которая все еще выделялась. Использовав чакру, медик остановила кровотечение. Девушка стала под горячи струйки воды и несколько минут почти не шевелилась. «А может закончить все прямо сейчас, - думала она. – разбить зеркало и осколком провести по горлу, нет слишком быстро. Лучше по руке – буду умирать медленно, стану замерзать, начнутся галлюцинации. Интересно Саске будет меня жаль. Нет, ты не сможешь что-то сделать, не хватит ни смелости, ни глупости» Примерно такие же невеселые мысли крутились в голове куноичи весь вечер. Они убаюкали усталый разум и навели тревожные сны на хрупкую девушку, жертву собственных желаний. Суйгецу также неспокойно спал в эту ночь. Его мучили мысли о глупой девчонке. «Как она могла, такая сильная, непокорная, необычная. Ей положено управлять, бороться, а она сдалась какому-то парню» - думал мечник. Ему еще никогда не было так обидно. Он не понимал как можно так просто подавить свою гордость, растоптать идеалы. «Она только со мной строила из себя недотрогу, неужели я на столько противен Карин, думал наши ссоры просто игра но для нее я действительно просто сардина» - продолжил он свои размышления и губы сжались в тонкую полоску. Изо всех сил парень постарался отогнать мысли о девушке. В этот день от его души словно отделился маленький кусочек, впервые за последние годы он нуждался в друге. Захотелось почувствовать прикосновение теплых рук, услышать слова поддержки. «А зачем тебе поддержка, - говорил себе Ходзуки, - у тебя, что великое горе? Девушка получила то, что хотела, радуйся» Но радоваться не получалось, от мыслей, что Карин добилось своего и стала игрушкой. Лицо исказилось гримасой злости, а в голове Суйгецу стали мелькать самые обидные слова и фразы, которые он собрался высказать завтра напарнице. Саске еще даже не пытался заснуть, он сидел на кровати, задумчиво вглядываясь в темноту. Тело было расслаблено, а мысли витали где-то далеко-далеко, Комната еще была наполнена приятным ароматом любви и освещена мягким лунным светом. Это была идеальная атмосфера для того, чтобы впервые в чувствах Саске зародилось что-то новое. «А ведь она уже два года рядом, - думал парень – всегда заботилась обо мне, хотя и не подавала виду, гордая, умная, не красотка но милая и страстная» Он сам удивился своим мыслям. «Удобный вариант нельзя упускать,- продолжились размышления, - но если она обиделась? Нет, она сама пришла и сама хотела. Тем более думала, что все серьезно. Прийти к ней, извиниться, поговорить?» Саске бросил взгляд на часы. Увидев, что стрелки уже приближались к часу, парень почувствовал усталость и, отложив все до утра, лег на твердую, скрипящую кровать. Именно сейчас он понял, что ему никак нельзя упускать шанс. Впервые в жизни он увидел спасение от этого давящего одиночества, когда перед сном осмысляешь все и находишь себя совершенно потерянным, а если бы рядом был кто-то. Поддерживающий словом или действиям, любящий или просто сидящий рядом этот кто-то так нужен. Ведь ни один человек не заслуживает переживать горе в одиночестве. Вот так беспокойно прошла ночь, и утро уже стало подниматься из-за горизонта, когда особо тревожный сон разбудил Карин. На секунду ей показалось, что все вчерашнее это полузабытые грезы, но сознание прояснилось и легкий дискомфорт внизу живота вернул девушку к реальности. вчерашние помыслы о самоубийстве были лишь минутной слабостью. «И как мне теперь смотреть ему в глаза? - спрашивала она себя, - нет, лучше не думать об этом, что было то прошло. Ничего не изменишь. Ни такое уж и горе, он мне а любви не признавался надеяться было не на что. Переживу» Но голова горела сложными вопросами и упреками, от навязчивых мыслей было некуда деться. Маленькая, безликая комнатка нагоняла тоску и девушка в надежде успокоиться пошла к озеру. Только подойдя к воде, куноичи почувствовала знакомую чакру. Суйгецу каждый день вставал в пять утра, эта привычка осталась еще со времени заточения, в логовах Орочимару перекличка узников всегда в пять вот парень и привык. Он, конечно, заметил приближение Карин но не подал виду, в нем еще не остыл пыл обиды и гнева. Девушка сама не зная почему была рада видеть сардинку, она молча подошла ближе и остановилась примерно в трех метрах от парня не решаясь говорить. Сейчас удушливый ком слез снова стал поперек горла, как же ей хотелось упасть ему на грудь разрыдаться, все рассказать, услышать слова утешения, что она ни в чем не виновата и все будет как прежде. Только гордость останавливала куноичи в тот момент, поэтому она просто стояла, отчаянно делая вид, что любуется гладью воды. - Что не здороваешься, я тебе уже не ровня, - прервал тишину мечник. - Не ровняй и ровней никогда не был, - Для Карин это были просто слова, попытка вернуться к обыденности. Девушка быстро скинула одежду, она, как и вчера стояла перед напарником в своем темно-синем купальнике. Только вот что-то изменилось в ее фигуре, спина едва ссутулилась, а по ногам пробежала почти незаметная дрожь. Но это не от утренней прохлады, почему-то Карин было невыносимо стыдно, она чувствовала себя будто голой, опозоренной, противной. Девушка коснулась ногой ледяной воды и еще больше сжалась. - Что грязь смыть захотелось? – сказал Суйгецу, рассматривая полуобнаженное женское тело. - От меня по крайней мере рыбой не воняет, - ответила куноичи, стараясь выглядеть как можно непринужденней. Она поморщилась и наигранно сжала пальцами носик. - Лучше рыбой, чем Учихой, - произнес Ходзуки. От его цепкого взгляда не укрылись прикрытые волосами засосы. И гнев снова закипел в парне. «Как ты могла, Карин ты больше не будешь прежней» - думал он. Девушка замерла. « Знает, она все знает, слышал. Какой позор. Нет не хныч, оставайся прежней!» мелькали ее мысли. - Тебе, что за дело до меня с кем хочу, тем и пахну, - ответила Карин - Поздравляю, - продолжил мечник, - у вас теперь будет целая кучка маленьких очкастых мстителей, построите чудесный домик на развалинах Конохи и будете до смерти наблюдать, как ваши выродки друг другу глаза выкалывают. Сколько ненависти было в этих словах, обиды, разочарования. Вся та длинная обидная речь, которую парень придумывал ночью вылетела из горячей юношеской головы, сейчас будто сам дьявол сидел где-то на широких плечах и диктовал самые жестокие и обидные слова. Они ранили куноичи за живое и та едва не набросилась на напарника с кулаками. - Зато у тебя никого не будет! Ни девушки, ни детей, у тебя даже друзей нет! Будешь жить и помрешь один. Кому ты нужен такой тупой, жестокий уродец! – со злости крикнула Карин и немедленно пожалела о том какие обидные слова сказала. Это была самая серьезная их ссора с момента знакомства. Точнее это была первая настоящая ссора, которая задела каждого до глубины души и такого Суйгецу стерпеть не мог. Не успела Карин и подумать как он уже стоял позади нее, прижимая к себе, рукой сдавил горло. Девушка попыталась вырваться, но тиски стали еще сильнее, она отчаянно хватала ртом воздух, кислорода было катастрофически мало, а шея болела, словно вот-вот сломается. Ноги подкосились слезинки стали стекать по раскрасневшимся щекам, в сознание уже прокрался страх смерти. - Мы хоть и в одной команде но не забывай кто я, - тихим но злобным голосом говорил он ей на ухо, отчеканивая каждое слово, - я ведь убийца, а то что ты под Саске не доказывает твою неприкосновенность. Сегодня ты с ним, а завтра он тебя бросит, вышвырнет из команды как использованную салфетку. Но ты не бойся, я тебя подберу и тогда сделаю все что мне вздумается! – проговорил он словно смакуя каждое слово. Дикие дьявольские черты мужского характера выползли наружу. Как приятно было сейчас победить эту хамоватую, гордую девку. Суйгецу действительно нравилось насильственно прижимать к себе эту обычно наглую, сильную, жесткую, а сейчас беззащитную, дрожащую Карин и вселять страх задыхающейся особе. Внезапно и без того напуганная девушка почувствовала как что-то твердое упирается в нее сзади. «Нет, неужели это…, - подумала она, - он, что же меня сейчас изнасилует?» в мыслях воцарилась паника. «Кричать? Нет воздуха. Вырываться? Не поможет. Терпеть?...» - мелькали обрывочные фразы. Почувствовав, как девушка сжалась и задрожала, Суйгецу отпрянул. «Шлюха, подстилка, потаскушка, дешевка, дура!» - сколько обидных слов он хотел прокричать, хотел убить Саске, вернуть вчерашний день, хотел ее. Но годы, проведенные в баке, научили бороться с желаниями, ждать, терпеть и не давать волю слабинке. Именно поэтому, не проронив больше не слова, борясь с сумасшедшим желанием, Суйгецу развернулся и ушел. Карин так и не стала лезть в холодную воду, минуту отдышавшись, она поспешно вернулась. Запрыгнула в комнату через окно. Она до сих пор дрожала, и мысли не могли успокоиться. «А что если он попробует еще раз?, - твердили они, - он сильнее, быстрее. Что тогда ты будешь делать?» Девушка села на край кровати, только теперь, заперев дверь на ключ и прикрепив сумку шиноби к поясу, куноичи почувствовала себя в безопасности. Но что-то в ней изменилось, она уже не была той прежней Карин, жестокой, расчетливой, гордой. Оказавшись на воле, вне постоянной угрозы от узников, ее защитные механизмы стали притупляться, оголяя стыдливую беззащитную душу. И это душа, получив право голоса настойчиво твердила – «А ведь Суйгецу в чем-то прав, я дура, что не опасалась его, а теперь он мне угрожает.» «Нет нельзя быть такой наивной, - говорил здравый смысл, - Решено, никаких больше слез!» Внезапно в дверь постучали. Девушка уже хотела встать и выйти в коридор но глядя на белые стены и пустой стол вспомнила, что ей больше нечего скрывать. - Войдите, - крикнула она. - Доброе утро, - на пороге появился Саске. Его голос звучал как всегда гордо и покровительственно, никак иначе парень и не умел. Он сразу оглядел комнату и удивился, словно ожидал большего, - У меня есть для тебя одно поручение, но я еще хотел поговорить. Как ты? - Все хорошо, - ответила девушка и смутилась. После вчерашнего было не по себе находиться в одной комнате со своей слабостью и ошибкой. - Еще раз извини, я не знал… - Я тебя простила еще вчера, - перебила Карин.Хотя ей было безумно приятно слушать извинения. - Мне кажется, ты меня вчера немного не так поняла, - Саске долго думал как начать это разговор и решил скорее не предлагать а ставить перед фактом, - По поводу наших отношений. Карин замерла, неужели она и вправду просто все не так поняла. После этого «Прости» - она ведь просто выскочила не сказав не слова. - Для меня э… В общем как ты смотришь на то чтобы их продолжить? - Для Саске это было невероятно сложно, в его представлении он унизился перед женщиной, что не допустимо, но если сработает то дело стоит свеч. Он смотрел своим обычным взглядом, говорил обычным тоном и выражение лица ничем не отличалось от того, что на тренировках или в бою. Только Карин могла заметить тень нетерпения, раздражения в черных, казалось пустых, глазах. В ее же живых малиновых была радость победы и легкая растерянность. «Да, да, да – Я не опозорюсь, буду рядом с человеком который мне не безразличен. Ура!» - думала она но не спешила озвучивать свои мысли.