Танец Смерти

Мэнор уже давно погрузился во мрак, а его обитатели до сих пор не спали. Явившийся Люциус Малфой, застал в своей гостиной довольно странную картину: Скачущая Беллатриса Лестрейндж, уклонялась от летящих в неё лучей. Гарри Поттер и был тем, кто нападал. Но, вот что было многим раньше… После объявления диктора о том, что дома Поттеров, так же как и большинства Годриковой впадины нет, Северус посидев с Гарри, несколько минут, ушёл в лабораторию, варить какое-то зелье. В гостиной с Гарри остались лишь Беллатриса и Антонин. - Поттер-Поттер, - покачала головой женщина. Её глаза горели безумным огнём. – Я была о тебе лучшего мнения. Отойдя от своих мыслей, Гарри поднял на мадам Лестрейндж глаза. - Что же случилось? – хмыкнул парень. - Ты очень сильный маг, Гарри Поттер, но ты слишком мягкосердечен. Распахнув свои глаза как можно шире, Поттер уставился на Беллатрису, которая пожав плечами, надменно смотрела на него. - Я мягкосердечен? – вспылил Гриффиндорец. – Это раньше меня можно было назвать мягкосердечным! – после того как Гарри узнал правду о своих друзьях, он перестал быть таким «тихим и скромным мальчиком». Добрый – да, но не мягкосердечный, нет. - Белла, прекрати, - Долохов, сидевший на диване и смотрящий за навевающимся спором или чего хуже, ссорой, лишь качал головой. Беллатриса – Беллатрисой, а свой пылкий характер она всегда покажет. - Антонин, он же ребёнок! Как наш Лорд мог сделать его своим преемником? Гарри начинал потихоньку закипать. Настоящие глаза опять проявились, минуя всю наложенную на них иллюзию. - Я мягкосердечен? – Гриффиндорец вскочив, выхватил палочку, которая скользнула к нему из рукава рубашки. Это был первый раз, когда Гарри решил использовать палочку Марволо. Глаза мадам Лестрейндж сузились, она заметила, что это палочка её Повелителя. На то она и Беллатриса, что знает всё о своём Лорде. - Хочешь поиграть, щенок? – для Беллатрисы не было такого слова, как «правило», она всё равно поступала так, как хотела. Даже своего Повелителя она слушалась через раз, сказалась долгая отсидка в холодной и сырой камере Азкабана. – Ну, давай сыграем. Закатив глаза, Долохов, забравшись на диван с ногами, магией сдвинул все предметы из середины в углы или к стенам. Наложив на себя щитовые чары, он добавил: - Белла, если с Поттером что-то случится, мы с тобой будем за это отвечать!

***

В гостиной Малфой-мэнора началась настоящая дуэль, разноцветные лучи летали и летели во все стороны, сбивая всё на своём пути. Антонин пожалел, что вообще позволил этим двоим начать сражение. Но, по правилам дуэли, Поттер сейчас дрался за свою непоколебимую честь, поэтому, всё было честно. Дуэль – словно танец, в котором двое мягко переступая с одной ноги на другую, ведут опасный бой. Один неверный шаг и ты упадёшь – проиграешь. Но наступать тоже нельзя, так ты окажешься ещё более уязвимым. Мелодия может сменяться с вальса на быстрый громкий пляс, не давая ни минуты на отдых. Как два невероятно быстрых хищника, Гарри Поттер и Беллатриса Лестрейндж атаковали или нападали со всей своей мощью и хитростью. Несколько раз заклинания сталкивались в воздухе, образовывая сноп белоснежно-красных искр. Пару раз, были пущены заклинания тёмной магии, от которой пострадала сама гостиная и фарфоровые сервизы. Кто сказал, что пятнадцатилетний парень не сможет даже отразить заклинания взрослого волшебника, вступив с ним в бой? Всё то, что им преподавали в Хогвартсе – чушь полнейшая! Как можно выкрикивать заклинания, облегчая этим раздумья противника? Как можно наперебой орать разные проклятья и при этом даже не защищаться? Нужно подать на школу чародейства и волшебства в отдел Правопорядка. С самого второго курса, если не с первого, детей должны были посвящать в азы беспалочковой магии, ведь так значительно легче и проще им будет справиться с опасностью, если такая будет. Сделав опасный разворот, мадам Лестрейндж чуть не врезалась в стену, но вовремя уклонившись, послала в Гриффиндорца угрожающе знакомое красное заклинание… - Белла! – Долохов, вскочив с дивана, на который уже было наложено около десятка защитных чар, выхватил свою палочку. - Не мешай Антонин, у нас тут взрослые разборки! – прикрикнула на коллегу женщина, ставя щитовые чары. - Ты же убьёшь его! - Кто кого ещё убьёт! – вставил Гарри, отбивая посланное в него очередное проклятие. Сделав палочкой пас, Гарри вложил в заклинание которое он никогда не использовал как можно больше своей силы и… Попал. Это было больше похоже на писк, а потом переросло в крик. Гарри первый раз использовал Круциатус…

***

- Что это у вас тут происходит? – на пороге гостиной стоял хозяин поместья, сиятельный Лорд Малфой. - Дуэль, Люциус, дуэль… - осторожно подошёл к блондину Долохов. Беллатриса лежала на полу, её дыхание было слишком быстрым, а сама она только отойдя от болевого шока, попыталась подняться. - Поттер? – Малфой почти прошептал знаменитую фамилию, искоса косясь на попытки мадам Лестрейндж встать. – Это вы её так приложили? Гарри лишь развёл руки в стороны. Убрав палочку в специальное крепление в рукаве, Поттер подошёл к женщине. - Теперь я оправдал ваши ожидания? Во взгляде Беллатрисы, словно что-то поменялась. Теперь она смотрела на Гарри совсем другим взглядом, в котором больше не было язвительности или ненависти. Гриффиндорец доказал ей обратное, нисколько не жалея о своём поступке. В конце концов, его не посадят в Азкабан, он дрался в своём кругу и… Беллатриса первая начала! Протянув женщине руку, он помог ей подняться. Белла, казалось, до сих пор не поняла, что произошло, потому что, немного покачиваясь, она двинулась в сторону дивана. Усевшись туда, она сказала куда-то в пустоту, ни к кому не обращаясь: - А Господин всё же не прогадал с преемником… В тишине, наступившей в гостиной, можно было прочесть множество эмоций. Но везде была одна ярко выраженная – удивление. Беллатриса Лестрейндж всегда считалась самым лучшим бойцом у Тёмного Лорда. С ней мог сравниться, разве что, только Антонин Долохов.* А тут… Какой-то мальчишка пятнадцати лет с лёгкостью поборол опытную ведьму. - Неплохо-не плохо, - с негромким хлопком появился Марволо. Изрядно напугав Малфоя и Долохова, он прошёл между ними и приблизившись к Гарри, лишь кивнул тому, в знак одобрения. – Белла, ты как? Теперь Мракс обращался только к Упивающейся, которая моментально взяла себя в руки и подскочила с дивана. - Всё хорошо, мой Лорд. - Без потерь, значит, - хмыкнул Тёмный маг, ещё раз одаривая тихо стоящего в стороне Гриффиндорца весёлым взглядом.

***

- Я ещё вернусь в Хогвартс? – на часах уже была полночь, а собравшийся в гостиной Малфой-мэнора народ, так и не собирался расходиться. - Нет, - Марволо был непреклонен. - Вообще? - Возможно, - лишь уклончиво ответил тот. – Смотри: Если ты вернёшься, будут происходить такие же вещи, какие были до этого. А то есть, это может быть несчастный случай или, скажем, чья-нибудь глупая шутка, что ты окажешься или в больничном крыле или замурованным в землю заживо. Высказывать свою точку зрения Гарри перехотелось. Марволо был прав, фактов оказалось намного больше. - Когда Адам и Айлин вернутся? – скрещивая руки на груди, поинтересовался парень, нервно постукивая носком ботинка. - Когда сочтут нужным. На самом деле, Марволо Мракс – был отличным собеседником на краткие и непонятные ответы. - И что… Пока я нахожусь здесь, меня будут охранять они? – Гриффиндорец качнул головой в сторону Беллатрисы и Антонина, которые разбирались в своих палочках, которые отказывались слушаться хозяев. Ответом послужил лишь кивок. - Как вижу, тебе понравились Кэрроу, раз ты не желаешь себе в охрану кого-то другого, - приподнял брови Тёмный Лорд. - Мой Лорд, - Люциус дрожащими руками открыл дверь и ввалился внутрь. – Авроры узнали о вашем замысле… Марволо угрожающе поднялся со своего места. А потом со вздохом опустился обратно. - Значит, придётся действовать быстро… Значит, проведём эту операцию в течении трёх дней, господа. - Какую операцию? – не понял Гарри, осматривая Люциуса Малфоя. - О Гарри, ты узнаешь, - кивнул Антонин, загадочно улыбаясь, некоей безумной улыбкой. - По захвату Министерства, - отмахнулся Мракс. – Я же говорил тебе, Поттер. Гарри встав с кресла, вдруг резко пошатнулся и упал. Поместье вдруг затрясло, а на полу начала появляться трещина. Беллатриса и Антонин вмиг подлетели к Поттеру и, облепив его с двух сторон, поставили щитовые заклинания. Марволо осторожно поднялся и тоже поставил щит, только Люциус Малфой забрался в проход и стоял там. - Что происходит? – осипшим голосом прокричал Гарри. Ещё один мощный толчок, и всё будто прекратилось, но… БУМ! Потолок раскололся на две части и обрушил небольшую свою часть на Гарри, Беллатрису и Антонина… Со стен посыпались кусочки камня, а пол треснув ещё больше, покрылся неровными выпуклостями. От стены откололся довольно большой кусок камня и упал прямиком на стол, который, не выдержав удара, погнулся и с громким хрустом разломался на несколько частей. Наконец, пыль начала оседать на пол, а Упивающиеся кашляя и закрывая носы, осторожно вставали с мест, где решили поставить щитовые чары. - Нарцисса… - Люциус опомнился и, спотыкаясь, выскочил из гостиной. - Что это было? – потирая поцарапанную руку, спросил Гарри. Даже щитовые чары иногда бесполезны против тяжёлых потолков. Марволо лишь несмело улыбнулся. Это был первый раз, когда Тёмный Лорд не знал что делать. - Годрикову впадину тоже разнесло сильным штормом… - вспомнил слова диктора Поттер. - Приближается буря, - придерживая Беллатрису за плечи, произнёс Антонин, вытирая со лба кровавую полоску. - Грядут перемены, - согласился Марволо, тяжёлым взглядом осматривая учинённые повреждения и поднимая вверх руки и зачитывая заклинания на латинском.