Мамочка Маммон

От автора: Простите, что я задержала эту главу. Мне достаточно тяжело описывать бытовые ситуации, да и как-то из-за жары я была вообще не в состоянии работать. Но глава все-таки вышла, хотя возможно, она и не такая смешная, как предыдущие. Но я постараюсь исправиться в следующей ^ ^ Маммон повесила трубку на место и обернулась. Мальчик сидел на кровати и беспрестанно зевал, потирая кулачком сонные глазки. Это было бы даже мило, если бы не было так непонятно. Откуда он появился? Куда делся прошлый? В это время мальчик встал с кровати и медленно пошел к человеку в балахоне, не отрывая напуганных огромных глаз от лица с фиолетовыми полосками. - Фран? — тихо позвала иллюзионистка, наблюдая, как мальчишка, шлепая босыми пятками, неуверенно идет к ней. - ВРОООООООООЙ! В этот момент в комнату ворвался Скуало, а за ним — остальные офицеры Варии. Капитан отряда Дождя застыл в дверях, чуть покачнувшись — в него разом врезались неугомонные члены Варии, едва не сбив с ног. Из-за плеч выглянула голова Луссурии, который, судя по маске на его лице, уже собирался спать, а под локтем вылезла челка Бельфегора. Испуганно вздрогнув, тут же спрятался за ногу Вайпер и прижался к ней, пальцами ухватившись за плащ. Он переводил взгляд с одного лица на другое и жался крепче, словно ища в жадном аркобалено защиту. - Могли бы и быстрее, — недовольно произнесла иллюзионистка и положила ладошку на голову мальчонки, проведя пальцами по волосам. Пока офицеры, все еще в глубоком шоке, пытались узнать у Маммон, что здесь произошло, Фран схватил иллюзионистку за рукав и подергал, привлекая к себе внимание. Когда та опустила взгляд, он впервые подал голос: - Мааааааам? На этом, казалось, шаблоны Варии разорваны к чертовой матери. Взгляды были направлены на Маммон, в них читалось полнейшее непонимание. А та, в свою очередь, смотрела на дитя. Ее тонкая рука поднялась в воздух и указала на себя же. - Это ты... мне? Мальчишка покивал, задрав голову. Вайпер в конец была растеряна. С чего это она — его мама? Они ведь даже никогда и не видели ее, только его бабушку. А паренек опять подергал «маму» за рукав, выводя из своих мыслей, и указал на просто охреневших сослуживцев и спросил: - Мам, а это те самые зубные бесы, про которых ты мне рассказывала? Вайпер сейчас очень хотелось засмеяться с выражения лица Скуало. Просто упасть на пол и хохотать до слез. Однако, она сохранила спокойствие, хоть губы и дрогнули в секундной улыбке. Казалось, капитана сейчас разорвет от злости. - Да, это они, - и когда она стала такой смелой? Хотя, Скуало ничего не сделает, пока должен ей денег. Послышался истеричный смешок. Вперед выбрался Потрошитель, поигрывая стилетами. И, судя по тому, как тряслись от смеха его плечи, его вовсе не устраивал тот факт, что кохай — ребенок. - И-ши-ши-ши, - подошел он еще ближе. - И что мне с этой малявкой делать? Фран выглянул из-за ноги матери и, осмотрев златовласку с диадемой, смело показал ему язык. В этот момент, когда Каваллини собрался метнуть в смелого малявку пару ножей, его загородила собой Вайпер, зашипев: - Ты его не тронешь. У Варии инфаркт за инфарктом. Сначала их иллюзионист становится ребенком, потом оказывается, что жадный аркобалено (которого они принимают за парня) стал его мамой. Теперь же этот «мам» защищает ребенка, взрослую версию которого терпеть не может. Куда катится этот мир?! - Я не собирался его убивать, ши-ши-ши, - заявил Бельфегор, однако, ему не поверил никто — Вайпер не сдвинулась в места. - Мне нужен Фран из настоящего. Фран угрюмо смотрел на Потрошителя, осматривая его, после чего уверенно вынес вердикт: - Псих с ножами. Тут стены содрогнулись от громогласного хохота патлатого капитана. Он без остановки ржал сначала с испуганной Вайпер, потом с упрямой мордашки Франа, а в конец с искаженного от гнева лица Бельфегора. Он не мог перестать ржать, чуть не задыхаясь. Только Фран мог такое смело сказать Принцу-Потрошителю и не побояться расстаться с жизнью. - Мать-Маммон? ВРОООООЙ! Да у парня фантазия что надо! В этом время Фран перевел взгляд с коронованного на Леви-А-Тана и опять обратился к Маммон: - Мама, а это точно зубной бес? Он больше на таракана похож. На большого, страшного и противного таракана. Когда же пришла очередь умирающего от смеха Скуало выдержать на себе зачатки юмора лягушонка, Маммон зажала ему рот рукой. Удирать от разъяренного капитана ей вовсе не доставляло удовольствия. - В общем, проблема ясна? - по-быстрому решила она избавиться от офицеров, пока юный иллюзионист не наговорил еще чего-нибудь. - Теперь я считаю до трех. Кто не уйдет — будет должен мне в два раза больше. Один...два...три! Фран, удивленно хлопая глазами, наблюдал, как кучка взрослых мужчин с невероятной скоростью выбираются из комнаты, едва не застревая в дверном проеме. Когда они исчезли, Маммон обернулась на Франа и на лицо появилось какое-то отчаяние. - Деньгами от тебя уже не откупишься... - А зачем от меня от-ку-пать-ся? - произнес он по слогам незнакомое слово и потянул лапки вверх, мол, возьми меня на ручки, мама. Вайпер удивленно наклонила голову на бок и взяла мальчишку на руки. Он такой легкий, словно вообще ничего не ест. - Неважно. Это я от бесов отбиваюсь. Фран наивно кивнул, показывая, что он верит каждому слову и, обняв за шею, прижался щекой к острому плечу мамы. Тонкая женская рука провела по зеленым волосам и чуть приподняла их. - Мам, а что они здесь делали? - За тобой пришли. Мальчишка посмотрел несколько испуганно, судя по его глазам, которые были по пять копеек. А до Вайпер только что дошло, что теперь кое-кто будет избегать членов Варии и обходить их седьмой дорогой. - А я плохо себя вел, что они пришли? Как Вайпер хотелось сказать, что он просто отвратительно себя вел и как сильно достал ее за все эти годы. Но смотря в эти невинные чистые детские глаза, Аркобалено почувствовала, что в ней рождается какое-то новое чувство, кроме безграничной жадности. Сердце как-то сжалось, стоило мальчику только моргнуть. - Нет, это они себя плохо ведут. - Значит, они приходят за хорошими детьми и делают их плохими? - Фран поймал руку матери и прижал ее к своим волосам. У него такие маленькие тонкие руки и настолько тонкие пальчики, что Маммон боялась просто напросто сломать их. Фран стянул с матери капюшон, смотря ей в глаза. Иллюзионисты действительно были очень похожи. Одна форма лица, похожие глаза и даже треугольники на лице. Теперь ясно, почему лягушонок принял иллюзионистку за свою маму. - Мама, а они еще придут? - Не волнуйся, они тебя не тронут, - Маммон даже не заметила, что не хватает капюшона. Ее внимание полностью поглотил этот маленький мальчик, который прижимался к ней с такой любовью. - Пусть только попробуют! - махнул кулаком зеленый иллюзионист и гордо поднял нос, как настоящий боевой мальчишка. Вайпер села на кровать и усадила мальчика на коленки, повернув лицом к себе. Откуда в ней такие материнские чувства и забота? Она ведь никогда ни о ком не заботилась. Но смотря в эти наивные глаза, она понимала, что просто ей не хватит смелости сказать, что она не его мать. - Лучше не зли их, Фран, - серьезно сказала она, чувствуя, как паренек начинает водить рукой по ее волосам. - Я боюсь, что капитан может вспылить. - А у бесов есть капитан? - изумленно распахнул глаза лягушка. - Значит, если победить капитана, то остальные бесы будут не страшны? Глаз иллюзионистки нервно дернулся. Если она согласится, то может быть уверена, что уже через десять минут Фран попытается «победить» Скуало, и ничем хорошим такой расклад не закончится. Но если сказать нет, то придется объяснять еще больше про бесов. А в этом возрасте Фран еще не должен был знать о Варии и жить с бабушкой во Франции. Рано ему еще. - Может, ты хочешь пить? - она перевела разговор в более безопасное русло. А малец лишь попросил мороженое. Вайпер улыбнулась. Хоть что-то в нем не изменилось. Мороженое и Фран — это неразделимые вещи. Иллюзионистка встала, опять натянув капюшон до самого носа, и почувствовала вдруг что-то лишнее на спине. По затылку ударила массивная шапка-яблоко - это Фран забрался, обхватив руками за шею, а ногами — вокруг талии, как маленькая коала. Но на этот раз скидывать ребенка Вайпер не стала. Во-первых, он был легче, чем версия из ее времени. А во-вторых, даже через плащ она чувствовала, как он дрожит от страха и волнения. Боится «бесов», хе-хе. - Мама, а почему ты постоянно носишь капюшон? Что же сказать ребенку? Ему же не объяснишь, что его мама — параноик, дрожащий от вида собственной тени. Однако, снимать капюшон девушка тоже не собиралась. Нечего Варии знать слишком много. - Ммм.. Не хочу, чтобы мое лицо бесы увидели, - нашла она выход из положения и отправилась на кухню. - Может, тогда мне тоже стоит прятать лицо? - и мальчик натянул шапку на глаза. - Ой, как темно! Вайпер тихо засмеялась, спускаясь по лестнице. Этот ребенок такой непоседа. - Тебе это не нужно. Они тебя и пальцем не тронут. - Потому что ты рядом? - Вайпер была безоружна против этой детской прямолинейности. - Ну, можно и так сказать, - согласилась она, заходя на кухню. «Нет, просто они все мне должны денег». - В общем, не бойся. Тебя не обидят, Фран. И она протянула мальчику небольшое мороженое на палочке. Вообще, смотря на эту милую мордашку, Вайпер понимала, что привязывается к нему все больше и больше, с каждой секундой. Однако, где-то глубоко внутри, она понимала, что этого делать ни в коем случае нельзя. Ведь скоро вернется настоящий Фран, который будет опять подшучивать над всеми, доставать Принца и вымогать деньги с Жадюги-Аркобалено. А этот малыш окажется Франом одного из параллельных миров где, может быть, мафии и вовсе не существует. - Мама, о чем ты задумалась? - голос мальчика вернул ее в более приятное настоящее. Губы и пальцы Франа были измазаны мороженым, которое быстро таяло в помещении. - Ни о чем, неряшка, - попыталась сказать иллюзионистка как можно более спокойно и, взяв салфетку со стола, начала вытирать ребенку руки и губы, пока он не перепачкал себя или ее. - Ну маааам, я уже не маленький, - пробурчал малыш, вытирая сам. Господи, что за милое создание. Даже не верится, что этот маленький ангел с наивными глазами сможет стать главной занозой в заднице Варии. Когда с мороженным было покончено, Вайпер потрепала паренька по волосам и направилась обратно в комнату. Время было позднее, да и мальчишка уже устал, судя по тому, как он изредка врезался носом в плечо матери и ударяя ее по затылку шапкой. - Может, ты хочешь искупаться? - предложила Аркобалено. Лучше держать ребенка поближе к себе и как можно реже выпускать его из комнаты. А то, мало ли, что может наделать его длинный язык и несдержанность мафиози, а собирать ребенка по частям как-то не особо хотелось. - Даа! - сразу оживился малыш, вскинув руки вверх. Девушка принесла Франа в ванную, что примыкала к ее комнате, и начала раздевать ребенка. Нужно будет достать для него одежду для сна. Можно, например, взять что-нибудь из личного набора взрослого лягушонка. Он сейчас живет с Бельфегором, значит придется навестить Принца перед сном. Опустив ребенка в воду, мать-иллюзионистка создала для него легкие и воздушные облака пены. - Подожди здесь, я пока схожу тебе за одеждой. И она вышла из комнаты, оставив мальчишку развлекаться. Быстро добравшись до комнаты Потрошителя, она постучала. На обратной стороне двери висел дартс, потому входить свободно было очень опасно — Принц редко бил мимо цели. - Ши-ши-ши, кто смеет беспокоить Его Королевское Высочество? - лохматая голова появилась из-за дубовой резной двери. В руках парень сжимал метательные ножи. Увидев иллюзиониста, Принц-Потрошитель с сожалением убрал ножи. Встретились шизик и параноик. - А, это ты, мамочка Маммон. - Да-да, своим остроумием будешь Скуало хвастаться, - огрызнулась Вайпер и, оттолкнув его, проходя в комнату. Здесь все, как всегда. Огромная комната, обставленная королевскими вещами. Одежда, обувь, стилеты — все валялось на полу, а посреди комнаты стояла разобранная королевская кровать. Аккуратно переступая одежду, она подошла к шкафу и, сев на корточки, начала копаться в вещах Франа. Бельфегор, пораженный такой наглостью иллюзионистки, пошел следом. - Тебе не кажется, что ему эта одежда будет велика? - засмеялся Потрошитель. - Вариантов нет. Я потом верну, - и Вайпер встала, направившись к двери. - Да мне плевать, шмотье-то не мое. Ты мне лучше лягушку из этого времени верни. Бельфегор был явно не в настроении. Как только Вайпер вышла из комнаты, он захлопнул дверь и опять принялся швырять ножи в дверь. Но Маммон — не психолог, и плакаться ей не надо. Сама иллюзионистка теперь была в полной заднице. Разумеется, никто не возьмется воспитывать эту мелкую занозу снова. Неужели, только Вайпер увидела, с какой надеждой на защиту и помощь смотрит на нее это дитя? Не может же Вария поголовно состоять из слепых! Когда она вернулась в комнату, Фран все еще сидел в воде, развлекаясь. На голове у него была шапка из пены. Но стоило матери зайти, как вся пена пропала. - Не замерз? - смущенно пробурчала она, достав мальчишку из воды и укутав в полотенце. - Нет, маааамочка! - и оба иллюзиониста покинули ванную. Вайпер усадила малыша на кровать и протянула ему огромную футболку, которая и в будущем принадлежит ему. - Возможно велика, но ничего другого пока нет. Пока Фран, зевая без остановки, одевал безразмерную футболку, Вайпер сидела рядом, не отрывая от мальчонки взгляда. Откуда в ней такая доброта? Так и до Вонголы недалеко. Ее не интересует ничего кроме денег, а мальчишка просто свалился, как снег на голову. Но почему так тяжело убедить себя в том, о чем свято верила она все эти годы? - Ложись спать, Фран, - мягко сказала Вайпер, укладывая будущего иллюзиониста Варии. - А ты, мама? - послушно лег мальчик и чуть подвинулся, как будто намекая, чего он хочет. Вайпер ничего не оставалось, кроме как лечь рядом. Фран тут же прижался к ней, пробравшись к материнскому телу через плащ. Он лучше всех чувствовал, что Маммон на самом деле не холодная, какой кажется. Даже ее кожа, больше напоминающая всем ледяной мрамор, Франу казалась самым главным источником тепла. Пригревшись, он закрыл глаза и тихо засопел. Иллюзионисты уснули...