Всегда ваш, милый оборотень, Кобаякава-кун

1. Все кончено. Это такая странная мысль, но она возникла перед моим глазами. Стадион ревел от восторга, зрители хлынули на поле, меня кто-то обнимал за плечи, может, даже Рику, мне было неважно. Все кончено. Странная мысль, когда ты победил? Но турнир закончен. Рождественский Кубок наш. То, ради чего меня позвал к себе Хирума, то, чего так хотелось Курите, то, о чем молчал Мусаши… Эта мечта исполнена. Немыслимая, невозможная цель, которую поставил себе мальчишка с зелеными глазами, скорее всего, понимая, что она слишком нереальна, но тогда он еще не завел себе привычки просчитывать абсолютно все. Эта мечта действительно была мечтой. И вот, мы ее исполнили! Все вместе! Слезы текли из моих глаз, а Хирума притянул меня к себе. - Мы победили, ксо-чиби! Мы действительно победили! – он был счастлив. Голос выдавал его с головой. Он сам до конца не может поверить. Вот теперь все обнимают друг друга, меня теребит за плечи Кид, что-то говорит Марко, кажется о том, что я очень быстро научился использовать его прием. Они все помогали нам победить. Как же мы будем играть.. … в следующем году… Я поджал губы. Я смотрел на этих трех, понимая, что у меня впереди снова целых два года ожидания. Год, когда ему будет не до меня, он будет готовиться к поступлению, и год, когда он станет студентом Тодая, и, я думаю, ему тоже будет не до меня. Поэтому я отвел от него взгляд, глянув в синее-синее небо. - Было весело, ксо-чиби! – сказал Хиру мне, и я едва не вздрогнул. Он провел своей рукой по моим щекам, вытирая их. - Я тебе не Мамори, прекращай плакать, креветка! Впрочем, ревел от счастья не только я, но только мне капитан вытирал лицо, зеленые глаза смотрели внимательно и ласково. - Спасибо, Сена… - сказал он, обнимая меня за плечи и отрывая от Кида и Марко. Такую грандиозную победу нельзя было не отпраздновать! Пока мы шли в якинику, Хиру шел рядом со мной, такой спокойный, надувающий жвачку. А во мне проснулась романтическая сопля, которая хотела взять его за руку. Конечно, я этого не сделаю, даже зная, что мы идем последние, и позади только пустая улица, но вряд ли Йоичи оценит такое дурацкое поведение. Хирума сам сжал мои пальцы, на секунды забирая их в свой кулак, сжимая до боли. - Я никуда не денусь. Я же обещал. Хватит сопли пускать, ксо-чиби, - и отпустил ее. Но мне этого хватило. Проведя рукой по глазам, я наконец-то весело улыбнулся. Хватит думать! Пора развлекаться! 2. Я и не думал, что следующие недели до нового года, и до официального вручения Кубка, станут для меня Адом. Но они им были. Меня донимали парни – они все хотели меня в свои клубы, и едва не раздирали на части, хватая за руки. Спасало, когда я прятался за спину Хирумы, хватая за талию и осторожно выглядывая из-за его плеча. Желающих просить у или спорить с Йоичи сразу не оставалось. Меня донимали девушки, и это было куда серьезней, потому что Йоичи, как палочку-выручалочку тут использовать было сложнее. Нам обоим в этой школе еще учиться. Мамори была в восторге. Ее почему-то радовала моя популярность. Каждая вторая считала своим долгом позвать меня в кино, в парк развлечений, просто погулять, поесть мороженного, проводить до дома и т.д. Мне совали любовные письма в руки, а Тогано и Куроки с завистью подглядывали из-за угла. Мне казалось, они готовы забросать меня мячами от амерфута, когда я отказывал очередной красавице. - Да что тебе надо, Сена? – спросил меня Тогано, когда я и троица братьев сидела в раздевалке и переводила дух. Я устал бегать от девушек, они устали за мной следить. Бедный Кадзуки, он все понимал, но для конспирации ему приходилось не отставать. - Неужели ни одна не в твоем вкусе? – допытывался Куроки. - Какой размер тебе нравится? – Тогано показал формы руками на груди, и начал перебирать размеры. Я рассмеялся. - Глянь, и не краснеет! Я думал ты хоть в чем-то будешь ребенком! – заметил Куроки. – Все-таки, ты столько времени посвящаешь тренировкам, вечерами тусуешься с нашими старшими, когда тебе встречаться с… - Век современных технологий? – спас меня от ответа Кадзуки. – Верно, Сена? - Верно, - я медленно краснел. Дзю-чан все-таки хороший друг. Судя по всему, ему действительно все равно, что я не той ориентации. - Раз ты все время с Хирумой и Мусаши. Скажи, у этих двоих есть девушки? – решил допытаться Куроки. - Раз я все время с ними, наверное, ты сам знаешь ответ, - предположил я. – Хотя за Мусаши не поручусь, он все время пропадает у отца в больнице. Может, у него там роман с красивой медсестричкой. А Хируму кроме амерфута ничего не волнует, это вы знаете. Кадзуки улыбнулся, внимательно глянув на меня. Возможно, он все понял раньше, чем застукал нас. Вполне возможно, он был очень наблюдательным. Дверь раздевалки резко отворилась. - Ну что, ксо-чиби, не обзавелся еще девчонкой? - У меня тут три парня, мне хватает, - ухмыльнулся я. – Будешь четвертым? - Я могу быть только первым, - ядовито парировал он. – Так. Свою креветку я забираю, вам тоже советую проваливать по своим делам. Меня подняли за шкирку, перетащили через весь стол и поставили на ноги. - Идем? – коротко спросил он. - Пока-пока! – сказал я ребятам и пошел за своим демоном. Тогано и Куроки пилили Дзю таинственными взглядами, но тот косплеил Мусаши – сложил руки на груди, и сделал морду-кирпичом. 3. Вот так, незаметно, подобрался новый год. Судзуна и Мамори позвали меня в Храм, кидать монетку и загадывать желание. Вздохнув, я согласился. Вряд ли Хирума пойдет в Храм кидать монетку. Так что ждать от него приглашения бессмысленно. Девушки были в красивых зимних кимоно, а я был необычайно тих. На храмовой территории было полно народу, и атмосфера была прекрасна. Все были довольны и счастливы. Судзуна и Мамори кого-то увидели и бросились в самую толпу, а я стоял замерев. О чем-то надо просить бога, которого я никогда и ни о чем не просил? Может, о том, чтобы мне хватило мозгов поступить туда же, куда и Хирума? Вдруг меня обняли за плечи, положив подбородок на плечо, крепко сжав в объятьях. Его щека коснулась моей щеки, ментоловый запах жвачки – носа… - С наступающим, Сен-тан… - И тебя… - с трудом сказал я. Мое сердце билось как сумасшедшее. Он все-таки пришел! И он обнимает меня. Такая мелочь, но я готов был признать, что это лучший новый год на свете. Люди кидали монетки, били в колокольчик, а он обнимал меня, и мы смотрели, как снег падает на счастливый и довольный народ. Мы тоже были одними из них. - Я собираюсь тебя конфисковать, - мурлыкнули мне в ухо. – Твоя мама настаивает, что новый год семейный праздник и просит после храма пойти к ним. - Конфисковать это другое… - заметил я, разворачиваясь и прижимаясь к нему. Он положил руки мне на спину, обнимая. Я не видел, как Мамори внимательно смотрит на нас, не знал, что Хирума кивнул ей, подтверждая. Сестренка всегда была понятлива. Так что, наверняка, именно она объяснила Судзуне, что бегать за мной и любить меня нет смысла. Во всяком случае, после нового года, Таки действительно стала относится ко мне как к другу. Мы шли вдвоем по пустым переулкам, настолько темным, что редкие фонари не могли развеять ее. Выдохнув, я коснулся его ладони, и он сжал мои пальцы, уверенно перехватив руку. Я молчал, потому что чувствовал себя креветкой, самой счастливой креветкой на свете. А креветки, как водится, не разговаривают. Ближе к дому я снова стал человеком. В окнах горел свет, слышалась музыка и веселый смех матери, голос отца, что-то ей быстро говорящий. Уже в коридоре мы поняли, что стол накрыт. Вкусные запахи сводили с ума желудок, заставляя его урчать. - О, ребята! – это отец выглянул из гостиной. - Тадайма! – в один голос сказали мы. - Заходите! Как только мы вошли, нас оглушили вопли. В гостиной была вся команда Деймона и те, кого я был бы очень рад видеть. Шин, например, Таками, Отовара, Хаято, Котаро, Хабашира! Было тесно, но все поместились. - С новым годом! – орали ребята, нам протянули наши кружки, и вся гостиная завопила: - Кампай! Это был самый веселый Новый Год в моей жизни. Да, это семейный праздник, но амерфут это тоже, своего рода, семья. Чуть позже доберутся до нас и Мамори с Судзуной. Придут Какей и Мудзумачи, которого задержали за то, что он начал раздеваться возле Храма. Я сидел рядом с Хирумой и наслаждался атмосферой, прижимаясь плечом к его плечу. Ближе к утру я почувствовал, что уже не могу. Гвалт еще не утих, но я уже засыпал. Помню только, что попытался свернуться клубком на коленках Хирумы. Потом я слышал голос отца, из разряда: - Отнеси его наверх, только кондей на обогрев включи, а то простудится. Ответа Йоичи я не слышал, но меня подняли на руки, понесли. Тренькнул обогреватель, включаясь, а меня уложили в ледяную кровать, которая медленно-медленно будет теперь нагреваться… - Холодно… - прошептал я, приоткрывая глаза. - Ничего, сейчас согрею… - пообещал Хирума и нырнул в мою кровать, прижимая к себе. Вдыхая аромат и нежась в тепле его тела, я окончательно провалился в сон.