Дрянная девчонка

      Он проводит меня в гостиную, стягивает куртку и усаживает в кресло.       - Где ты была, Хейди?       - Тебе лучше не знать, - он смотрит на меня таким взглядом, что понимаю - я должна ответить. - Сначала я заскочила в один паб, немного выпила там, но не нашла подходящей кандидатуры. Потом поехала к своему старому приятелю, но поняла, что он тоже мне не подходит.       - Кандидатуры? Не подходит для чего? - с недоумением спрашивает он. Я потупила взгляд.       - Ну... ты... - я тяну, а он с недоверием поглядывает на меня, и тогда я выпаливаю на одном дыхании: - Ты не хотел спать с девственницей, я решила от этой девственности избавиться.       - И эта девушка называла меня дураком! - он зол, я вижу это по его глазам. Зол настолько, что даже не может сказать мне ничего вразумительного. Он очень долго и изучающе смотрит на меня. А я представляю себе всю абсурдность сегодняшней ночи.       У меня началась истерика, я позвала шестидесятитрехлетнего мужчину на помощь себе. Потом пыталась совратить его, не добившись своего, называю его дураком и сбегаю. Я направляюсь в паб, там напиваюсь и отправляюсь к своему бывшему поклоннику, которого тоже пытаюсь уговорить заняться со мной сексом и снова убегаю. И снова вернувшись к Алану, я докладываю ему о всех своих похождениях. Алкоголь, кажется, перестает действовать на меня и я чувствую, как я краснею. Мне сейчас хочется только одного, провалиться сквозь землю и никогда не видеть глаз этого мужчины, которые так презрительно меня оглядывают. Я срываюсь с кресла так быстро, что он сначала даже не понимает, что происходит. Распахиваю дверь и хочу бежать в сторону дороги, когда понимаю, что я босая. На секунду я притормаживаю. "Да плевать!". Я пытаюсь сделать шаг, но меня резко одергивают, я поворачиваюсь и упираюсь в грудь Алана.       - Прекрати убегать от меня, - говорит он. Я смотрю в пол. Мы оба босые и стоим на влажном крыльце.       - Мне ужасно стыдно, - я не поднимаю головы. Одной рукой он касается моего подбородка и заставляет посмотреть на него.       - Тебе пора повзрослеть, - он прижимает меня к себе. По моему телу разливается тепло, его объятия сводят меня с ума.       Мне кажется, я снова пьяна. Я мысленно умоляю его поцеловать меня. Он обхватывает мое лицо двумя руками, наклоняется и наконец целует меня, мои глаза закрываются. Он подхватывает меня на руки, я обхватываю ногами его бедра, и он заносит меня в дом. Наши языки танцуют свой собственный танец. Он несет меня, мы куда-то врезаемся, он резко прижимает меня к стене, я ударяюсь затылком об стену. Больно, но мне все равно, все мои чувства сосредоточены внизу живота. Наконец он доносит меня до спальни и отпускает на пол. Я расстегиваю свою рубашку, он лишь на секунду убирает свои руки, чтобы скинуть с себя халат.       - Я сам, - он срывает с меня рубашку, бюстгальтер слетает следом.       - Я хочу тебя, - шепчу я в его губы.       Он расстегивает мои джинсы и толкает меня на кровать. Я падаю, он смотрит на меня и снова накидывается. Покрывает поцелуями мою шею, спускается к груди. Мои соски напряжены, и когда он касается их губами, мне хочется застонать, но я стесняюсь и лишь крепче прижимаю его голову к своей груди. Он зубами стягивает мои трусики, покрывая поцелуями мои бедра, спускаясь к икрам. Белье летит в угол комнаты, а губы Рикмана возвращаются к моим. Я чувствую его возбужденный член между своих ног.       - Ты же обещал не спать со мной, - игриво говорю я и улыбаюсь.       - Теперь я не смогу остановиться.       - И не надо, - шепчу я, а он снова целует меня.       Несильный толчок, и я выгибаюсь навстречу Алану. Он замирает, кажется, его привело это в чувство и он только сейчас понял, что сделал. Я чувствую влагу между ног.       - Продолжай, - шепчу я ему.       Он начинает медленно двигаться во мне. Мне больно, даже неприятно. И чем людям нравится это занятие. Я закусываю губу и задумчиво лежу, а Алан увеличивает темп. Боль проходит, вот только удовольствие не приходит. Мне почему-то становиться смешно от того, что он трудится надо мной, а я лежу пластом. Наверно, со стороны это выглядит довольно забавно. Я крепко прижимаю его за шею к себе и утыкаюсь лицом в его плечо, чтобы не засмеяться. Тут он резко сжимает меня, в последний раз с силой входит в меня и замирает. Проходит несколько секунд. Одна... две... три... я досчитала до десяти, когда он откинулся от меня. Он молча лежит, а у меня все так же влажно между ног и до меня доходит, что это не от возбуждения.       - Вот черт, - вскрикиваю я. Подрываюсь с кровати, вытаскиваю из под Алана простынь и лечу в ванную. Заскочив в душ, я быстро купаюсь, смывая с себя следы крови и остатки удовольствия Алана. Обтеревшись полотенцем, я стою голая перед зеркалом и осматриваю свое отражение. Ничего не изменилось, не считая пары засосов на шее. Но все же теперь я другая, Алан поставил на мне клеймо моей принадлежности ему. Я больше не принадлежу Майклу.       Я засовываю простынь в стиральную машину, и выхожу к Алану, он лежит в кровати, скрестив руки на груди.       - Прости, - говорит он.       - Это ты прости, я испортила твою простынь, - я улыбаюсь.       - Я не должен...       - Все в порядке, Алан, - я подхожу к нему, а он смотрит на меня в упор. - Я рада, что это ты, а не какой-то там левый мужик. - Я сажусь на него сверху, наши тела отделяет друг от друга лишь тонкое одеяло. Он проводитъ пальцем по моим засосам.       - Ты свела меня с ума.       - Я прошу тебя только об одном. Не влюбляйся в меня, и не позволяй мне влюбиться в тебя. Только секс, - я наклоняюсь,целую его и медленно провожу языком по мочке его уха.       - Меня это устраивает, - прищуриваясь произносит он.