Сквозь вечность.

Тошима, как теперь называют бывшую столицу Японии Токио. Холодная, неприступная и мрачная. Само небо словно страшилось этого города, навеки погрузив его во тьму грозовых алых туч, затянувших этот уродливый шрам на теле природы. Лишь только в ночное время небеса расступались, позволяя бледнолицей Госпоже украсить мертвые улицы своим безжизненным светом. Ей здесь поклоняются. Её здесь ждут. Она желанна. А у нее лишь один фаворит, давно покинувший свои владения..

***

_ - Крысы... ненавижу крыс... - недовольно и с отвращением в низком и чуть сипловатом голосе проворчал мужчина лет за сорок, с опаской шаря лучом фонарика по углам канализационного тоннеля. - Долго нам еще идти? Где там твоя чертова сенсация, Рин? Знаешь, я слышал, что в местах, подобных этому, иногда находят аллигаторов, размером с Годзиллу... - уже потухшая сигарета в зубах явно не создавала никаких неудобств мужчине для того, чтобы говорить с идущим впереди светловолосым парнем. - Господи, да заткнешься ты когда-нибудь, трусливый старикашка? - прошипел раздраженно парень, с недовольством обернувшись на своего компаньона. - Когда ты успел превратиться в такую размазню? Скоро уже, скоро! Недовольно прищелкнув языком, парнишка по имени Рин прибавил шагу. Однако вскоре замер посреди дороги, из-за чего оглядывавшийся по сторонам в поисках крыс мужчина незамедлительно налетел на белобрысого, чуть не сбив того с ног, будь мальчишка хоть на две головы пониже... - Ай, Мотоми! Ты совсем спятил, долбаный маразматик?! - зашипел гневно Рин с яростью королевской кобры. - Угх... предупреждать же нужно, что пришли, - возразил шатен, направляя луч от своего фонарика прямо в голубые глаза товарища. - Ох, и до сих пор не могу я понять, как же ты так умудрился вымахать-то? Растишка помогла? - фыркнул мужчина, освещая голубоглазого с головы до ног и вновь слепя ярким светом. - Неужели он тоже был когда-то таким же мелким засранцем, как ты недавно? - ухмыльнулся Мотоми, наблюдая за растущим в геометрической прогрессии раздражением во взгляде напротив. Какое-то время оба молчаливо пялились друг на друга, пока один из них не сдался, фыркнув и повернувшись пшенично-жемчужным затылком к фонарю и его обладателю. - Убери фонарь от меня, придурок. Теперь наверх, - кивнув на люк над их головами, объявил светловолосый. - Что-о? Опять по этой заплесневелой ржавчине ползти? Да чтоб тебя радикулит к старости в бублик скрутил, - заявил мужчина, помрачнев до неузнаваемости. - Заткнись и ползи, старый хрен, - фыркнул Рин с довольной усмешкой, начиная подъем первым по лестнице, ведущей в очередной тоннель - на этот раз наружу. Что-то в очередной раз пробормотав, старик все же выключил свой источник не такого уж и яркого света, запихав предмет в карман и глубоко-глубоко вздохнув, после чего смиренно полез вслед за напарником. К счастью, пусть это и было немного странно, эта лестница вовсе не оказалась заплесневевшей. Напротив, она выглядела так, словно не так уж и редко здесь кто-то да проходил. "Часто пользовались..?" - с сомнением удивился Мотоми, поднимая взгляд выше, где сразу за ним полз Рин. На губах мужчины дрогнула ухмылка, стоило взгляду наткнуться на туго обтянутые черными джинсами упругие ягодицы светловолосого. "Хорошо быть молодым..." - подумал Мотоми. - Не все так плохо, - довольно промурлыкал он вслух. - Что? - останавливаясь, обернулся Рин на попутчика с недоумением. Однако затем брови сошлись к переносице, стоило молодому человеку уловить на себе взгляд темноволосого. Голубоглазый отвернулся, и последние несколько минут дороги Мотоми только и слышал, что громкий отборный мат в свой адрес, в альянсе с чередой проклятий. - ... поганый старый хрен, да я тебя кастрирую, чертов извращенец, - не уставая шептал Рин, словно подбадривая сам себя, поднимаясь все выше и со злобой выбивая локтем люк канализации. Из появившейся в "небе" дыры хлынул бледный свет луны, освещая пройденный путь, уходя в глубину узкого прохода. Кажется, тоннель, по которому они шли, пролегал очень глубоко, раз подъем занял столько времени. Возможно, это было когда-то сетью метро или чем-то вроде того. "-Старик! Давай, собирай свое барахло и дуй за мной. Я тебе такую сенсацию нашел," - объявил сегодня вечером Рин, ввалившись к успевшему задремать к этому времени Мотоми. Еще бы не задремать, в час-то ночи. Как бы ни пытался он выведать у паренька, что за "сенсацию" ему приготовил старый друг, где она находится и почему идти им нужно именно глубокой ночью, вытянувшийся и ставший чем-то похожим на долбанутого эльфа Рин молчал, как партизан, лишь раздражительно посылая мужчину в огород за некоторым растением, уверяя, что по прибытию на место назначения он несомненно все поймет и узнает. Но только в том случае, если сейчас Мотоми заткнется и перестанет ныть как маленькая капризная девочка. За то долгое время, что прошло с тех пор, как Тошиму окончательно уничтожили, изменилось не так уж и много. Большая часть выживших (что не подсели на Райн) поселились неподалеку от города, хотя еще большая - уехала как можно дальше из страны, опасаясь, что Висцио не навсегда исчезли из Японии. Мотоми в какой-то мере зарекомендовал себя хорошим специалистом в добыче интересных фактов, благодаря чему стал неплохо зарабатывать на поприще журналиста. Рин появился спустя год после того, как мужчина нашел себе "спокойную жизнь" в Нагое. Уже изменившийся и до неузнаваемости возмужавший. Честно говоря, старик опасался, что с мальчишкой могло произойти то же, что и с Шики и Акирой... но, как оказалось, голубоглазый выжил, и опасения были напрасны. И даже не просто выжил, а отрастил свои жемчужные волосы, обзавелся неплохим арсеналом, отказываясь поведать о том, что происходило с ним в этот год и безнаказанно поселившись у Мотоми в квартире. А днём Рин исчезал, шляясь неизвестно где до глубокой ночи. И все бы ничего, но по возвращению Мотоми время от времени приходилось вспоминать свое прошлое, чтобы залечить непонятно откуда появляющиеся травмы несносного мальчишки. Удивительно, как Рин умудрялся с таким успехом находить острые ощущения на свою пятую точку. Одной такой вот ночью его и выдернули из теплой мягкой постели, чтобы отправиться в увлекательнейшее путешествие по изгибам канализационных сетей, ведущих в разнесенную на щепки Тошиму. По крайней мере, после того дня все без исключения были просто уверены в том, что от города не осталось камня на камне... то есть как раз оборот - только камни от города и остались. "Как-будто до этого она лучше выглядела..." - тем не менее думал невольно Мотоми, вспоминая о том, как выглядел город до последней бомбежки. Так или иначе, сейчас, выбираясь наружу из зловонной канализации, мужчина был действительно заинтересован. Какую же "сенсацию" приготовил ему этот несносный мальчишка? Ведь до этого не появлялся почти, а тут вдруг вытащил посреди ночи... - Не поможешь? - любезно поинтересовался Мотоми у Рина, протягивая руки и улыбаясь. Интересно, как эффектно освещала силуэт парня луна. Сначала журналисту даже на какое-то мгновение померещилось, что над ним стоит вовсе не его старый друг, а сам ночной демон Тошимы, который по легенде, которую создал сам Мотоми, был погребен вместе со своим царством. Тот же изящный силуэт, ловкость, какая-то грация... Как бы ни был Шики ужасен, но он не мог не заставлять окружающих восхищаться его внешностью. И если раньше мысль о родстве Рина и Шики вызывала даже легкий смешок, сейчас было не до смеха из-за того, насколько похожи стали эти два парня... - Да чтоб ты обратно провалился, дряхлый извращенец, - с раздражением фыркнул мальчишка, щуря пронзительные голубые глаза, в которых играла едва заметная усмешка. Вот в такие моменты он куда больше был похож на себя. Рин, не Шики. И так всегда. Стоило Мотоми засомневаться, мальчишка непременно напоминал о том, кто он есть. И слава богу. Рассмеявшись, Мотоми глубоко вздохнул и вылез все же из тоннеля, немного кряхтя. Все же и он изменился за все эти пять таких долгих лет. Годы брали свое, и на каштановых, порядком отросших волосах уже стала заметна безжалостная, хоть и редкая, седина. Щетина тоже покрылась легким слоем серого, став еще гуще, чем раньше. Поправив коричневый потертый пиджак на широких плечах, Мотоми выбросил изжившую себя сигарету, заменяя новой, чуть покашливая. - Сдохнешь ты от этой дряни когда-нибудь, - фыркнул Рин, подойдя к мужчине и конфискуя сигарету за пару мгновений до появления зажигалки прямо изо рта знакомого. Карий взгляд сощурился, уставившись с недовольством в голубые горящие огоньки, что привыкли уже смотреть на мужчину сверху вниз. А ведь было время, когда этот мальчишка едва мог дотянуться до его плеча... а сейчас чуть ли не на голову выше. Странные сомнения закрадывались в голову, но почему-то даже казалось, что Рин мог бы быть выше, чем сам Иль Рэ, если бы тот был жив. Но, вероятно, это лишь иллюзия из-за того, что память о Шики постепенно стиралась вместе с последними воспоминаниями о событиях в Тошиме. Но сейчас это не так важно. Другой вопрос в том, что этот сопляк уже с тех самых пор, как прописал себя в квартире Мотоми, принялся устанавливать свои законы, первым из которых было заставить старика бросить курить. Кто бы послушал, но мальчишка с уверенностью барана неустанно гнул свое, время от времени подменяя пачки сигарет жвачкой в карманах друга. - У кого-то упругая задница, а у кого-то ничего. Либо я сейчас начну тискать твои ягодицы, либо ты дашь мне спокойно покурить, - нежно промурлыкал Мотоми, не отрывая взгляда от алеющего Рина и вновь помещая последнюю сигарету из пачки в зубы. Лицо светловолосого тут же приобрело неповторимый пунцовый оттенок до самых ушей, а в глазах откровенно загорелся гнев. - Да чтоб ты в своей крови захлебнулся, хрен собачий, когда твои легкие не выдержат и разорвутся от этого дыма, недоумок бесхарактерный, - сжав зубы посыпал голубоглазый ругательствами в адрес мужчины, но уже в сторону полуразваленного жилого дома, куда незамедлительно направился Рин, как только до него дошли слова Мотоми в полной мере. О, да. За четыре с половиной года мужчина научился отстаивать свою маленькую радость в жизни. А помог ему один единственный пьяный вечер... но об этом, возможно, чуть позже. С приподнятым настроением и привкусом излюбленных сигарет во рту, Мотоми последовал за блондином, не в силах скрыть довольной ухмылки на губах. - Пришли, - все еще недовольный, заявил Рин, останавливаясь перед уцелевшей дверью, не поворачиваясь даже в сторону мужчины. Удивительно, но уцелевшей была не только дверь, но и почти весь дом, представлявший из себя самые что ни на есть неприметные трущобы, коих в Тошиме, да и вообще было пруд пруди. Повернувшись таки к шатену, Рин нахмурился, поморщившись от запаха дыма, что исходил теперь еще ощутимее от Мотоми. - Как только окажемся внутри, не кричать, не падать в обмороки, не умирать, не нападать, не насиловать... не курить, ясно? - выделяя последнее "не", сузил голубые глаза парень. Мотоми поднял бровь, сильно удивляясь подобным указаниям, ощущая в них ну просто токсичную долю сарказма. Но все же кивнул, улыбнувшись и подняв руки вверх. - Так точно, мой повелитель, - усмехнулся мужчина, но сигарету так и не выбросил. Рин лишь закатил глаза, фыркнув, после чего постучал в дверь. - Кто там? - донесся глухой, но почему-то очень знакомый голос по ту сторону. - Это я. Со мной Мотоми. Привел его, как ты и сказал, впускай нас уже, тут просто адски холодно, - пробурчал отчет Рин, склонившись к самой замочной скважине. "Не может быть..." Вместе со щелчком замка на двери замерло сердце шатена. А затем сигарета, за которую не так давно шла такая ожесточенная битва, уже одиноко заканчивала свое существование на мокром холодном асфальте, попросту выпав из открытого рта своего владельца. А из отворившейся двери на Мотоми смотрел заметно исхудавший пепельноволосый мужчина с усталым взглядом под цвет волос, но в свете луны почему-то казавшийся синим. Как только холодные отстраненные глаза наткнулись на старика, бледное впалое лицо озарила нисколько не изменившаяся легкая улыбка. - Рад тебя снова видеть, Мотоми, - сиплым, едва узнаваемым голосом прохрипел стоявший на пороге парень. - Поверить не могу... - шокировано произнес Мотоми, не в силах поверить собственным глазам. - Ты живой! Акира... - словно перед ним стоял какой-то призрак произнес шатен, медленно оглядывая парня, постепенно переводя взгляд на Рина. - Ах ты, маленькая козявка. Знал, что он жив, а мне... - Он ничего не знал, - прервал Акира обидевшегося Мотоми, вновь обращая на себя внимание карих глаз. - Заходите быстрее, я все объясню, - пообещал коротко парень, отходя с прохода, чтобы старые знакомые могли пройти внутрь здания, где было на удивление тепло. Оба парня незамедлительно воспользовались приглашением, тут же проходя в следующую комнату. Акира же сначала выглянул на улицу, проверяя, нет ли снаружи каких-либо подозрительных личностей или же объектов. Но все, слава богу, было тихо. По крайней мере пока. - Твою ма-а-а-ать! Это же...! Хм-м-мхм-хмх!.. - послышался насильно заглушенный вскрик. - Поэтому я и не хотел, чтобы нас нашли... - тихо буркнул под нос, хмурясь, пепельноволосый, запирая входную дверь и проходя в гостиную, где уже находились оба гостя вместе со вторым обитателем убежища.