Лодовика открыла перед Мартиной дверь, кивая и буд то давая этим разрешения войти. Как только шатенка оказалась внутри, брюнетка закрыла дверь, буд то захлопывая ловушку.
Девушка уверенна подошла к столу, за которым сидел сам Хорхе и насмешливо смотрел на нее.
Как кот на мышку.
Как охотник на жертву.
— Просто ответь мне, Бланко! — Мартина посмотрела на него, а в её карих глазах была злость со страхом. Адская смесь. — тогда, убийство Хавьера и избиение Альбы…Это ты все устроил, да?!
Хорхе встал со стула и, обойдя стол, подошел к Мартине.
Вплотную.
Близко.
Опасно близко.
— Какая же ты дура, Мартина.
Он усмехнулся, кладя руки на её бедра и прижимая к себе, не прерывая зрительного контакта. Миг — и она уже сидит на его столе, а её ножки закинуты на его бедра. Руками, Хорхе гладит её талию. Она целует его. Сама.
Мир перестает существовать, когда Хорхе Бланко целует её в шею.
Мир перестает существовать, когда он снимает с нее платье и целует ключицу.
Мир перестает существовать, когда с её губ срываются первые стоны наслаждения.
***
Мерседес быстро одевает свое платье и поправляет растрепанные волосы, а Факундо лишь застегнул ширинку. Блондинка кинула взгляд на парня, а после коснулась губами его губ, оставляя легкий, почти невесомый, поцелуй.
— Считай это за помощь пострадавшему, — усмехнулась девушка, подмигивая ему. - Но, если об этом узнает Рудж или Хорхе — тебе не жить, Гамбанде!
— Конечно, куколка.
И Мерседес Ламбре уходит из палаты, как Королева из тронного зала. С высоко поднятой головой.
***
Альба плачет, зажимая себе рот ладонью.
Альба плачет, боясь что кто-то увидит ё слезы.
Она сидит на крыше и тихо плачет, чувствуя как холодный ветер играет с её черными кудрями. Держа в руке телефон, Рико все никак не может позвонить ему.
Брюнетка смотрит на место их первого поцелуя. На место их близости.
А на душе невероятно паршиво.