Как влюбить в себя связующего или Я буду лучшей девушкой для тебя!

В раздевалке волейбольного клуба было пусто. Хината, уже успевший натянуть помятую спортивную форму вместо скучной повседневной одежды, убежал разминаться со старшими ребятами, предоставив хмурому Тобио поразмышлять о жизни и волейболе в одиночестве. Сегодня супер-быстрая приманка Карасуно была в особенно приподнятом настроении, Шоё рассказывал всем подряд глупые шутки и сыпал горстями во все стороны счастливые улыбки. Зрелище было заразительным и завлекательным, Кагеяма с радостью бы поддался обаянию своего товарища, если бы не одно липкое «но», гложущее связующего-первогодку. Еще раз убедившись, что в раздевалке никого больше нет, Кагеяма рванул молнию спортивной сумки. Груда скомканных белых бумажек величественно возвышалась над разношенными кроссовками. Восемьдесят девять. Тобио трижды пересчитал их все, и ошибка просто не могла закрасться. Сегодня за один день и четыре последних урока в его шкафчик для обуви было подброшено восемьдесят девять записок сомнительного содержания. Без подписи, но написанных ужасным почерком и полных глупых опечаток, которые и пятилетний детсадовец посчитал бы недостойными своей особы. Аноним явно разрывался между самыми противоречивыми чувствами: часть посланий содержали всего одно слово «Придурок!», иногда для аккуратности подчеркнутое карандашом, другая часть была более содержательной – «Тебе не говорили, что ты вполне симпатичный, когда заткнешься и прекратишь махать руками?», «Мне хотелось бы проводить с тобой больше времени», «Удачи на тренировке» и особо странное «Мне нравится цвет твоих глаз, хотя так, ничего особенного, не подумай!». После первого обнаруженного послания, которое даже далекий от обычного человеческого чувства юмора Тобио решил принять за неудачный розыгрыш одноклассников, посыпалась целая лавина анонимок, словно писавший их человек не мог опомниться, бездумно выплескивая на бумагу все свои мысли. В одной из предпоследних записок значилось «Это не может так больше продолжаться, я просто этого не вынесу!», и вот здесь Кагеяма был готов согласиться с незнакомым автором. Восемьдесят девять записок за четыре урока почти извели выдержку связующего Карасуно на крохотные обмылки. Как бы Тобио ни старался, ему не удавалось перехватить этого загадочного анонима: даже когда Кагеяма срывался с места сразу после звонка, в шкафчике уже была новая груда этих бумажек. Приходилось признать, что незнакомец явно бегал не медленней игрока основного состава вполне серьезной волейбольной команды. Если бы только Кагеяма мог заставить себя прогулять хоть один урок и спрятаться в коридоре, наблюдая за стройными рядами шкафчиков, но нет, для такой авантюры Тобио был слишком дисциплинирован. Да и рисковать с его оценками было опасно, кто знает, в реку каких последствий вылился бы прогул? Как ему поймать этого неизвестного писаку и хорошенько выбить из него охоту к подобным развлечениям? Тобио настолько погрузился в эти размышления, что два раза одевал джемпер наизнанку. - Ты еще долго? – Раскрасневшийся от упражнений Хината распахнул дверь раздевалки. – Капитан уже спрашивает, не нужна ли тебе помощь, чтобы натянуть шорты. Кстати, Тсукишима сказал, что если ты ждешь слуг, которые завяжут тебе шнурки, то у этих ребят сегодня выходной! - Я иду! – Кагеяма быстро застегнул сумку, убирая её подальше. Не хватало еще любопытному Шоё сунуть свой нос в его дела, шуткам и издевкам тогда просто числа не будет. Он сам справится с анонимным сталкером, выбравшим Кагеяму своей мишенью. Проходя мимо улыбающегося напарника, Тобио снова прикоснулся ко лбу Хинаты: - Ты вчера нормально домой добрался? Температура не поднялась? Взгляд Шоё снова стал тягучим и сладким, словно цветочная патока, он чуть склонил голову, мягко улыбнувшись: - Нет, мне уже намного лучше. Спасибо, что беспокоишься обо мне. - Если почувствуешь себя плохо, сразу скажи, понял? - Обязательно. Так ты идешь? - Да. – Кагеяма лишь на секунду заколебался, прежде чем убрать руку от теплой кожи Шоё. Прикасаться к своему напарнику по команде было всё приятней – как трясина, утаскивающая заблудившегося путника на дно, так и Кагеяма Тобио с каждым разом все глубже и глубже проваливался в свои ощущения. Чувствовать тепло Хинаты пальцами было… было здорово? Почти так же здорово, как упиваться властью над мячом во время трудной игры. Хината пропустил в зал задумавшегося о своем Кагеяму, задержавшись в тесной раздевалке. Его затуманенный взгляд быстро скользнул по аккуратно сложенным вещам Тобио и собственным разбросанным ботинкам. Лоб все еще горел, сердце не хотело успокаиваться. Сейчас он ни на каплю не сомневался в собственных чувствах. *** - Я тут поговорил с сестрой! – Танака, высунув язык от усердия, вколачивал ладонь в упругий мяч, заставляя его с грохотом отлететь в противоположную стену зала. – И она подсказала мне идейку для тебя, Кагеяма-кун! - Какую? – Тобио, не отрываясь, следил за своей подачей. Вот сейчас Сугавара-сан разбежится, подбросит мяч, хлестко ударит по нему рукой… - Через неделю в одном из кафе будет вечеринка! Кто так подает, Тсукишима, старайся лучше! Выше подбрасывай, выше! Так вот, в этой забегаловке будет что-то вроде свидания вслепую! - Вслепую? – Кагеяма легко принял не самую сложную подачу улыбающегося Сугавары. –Что это значит? - Там будет целая орава девчонок, которые ищут себе парня! Представляешь?! Полно молодых красоток, которые за символическую плату в пару сотен йен проведут там вечер. Правила очень просты – ты садишься за столик и проводишь по минуте-две с каждой цыпочкой. Вы говорите, мило воркуете, флиртуете, перемигиваетесь. Как только вы с дамочкой понравитесь друг другу, можете сказать об этом и начинается отдельная программа. Парней и девчонок на эту вечеринку тщательно отбирают, но еще остаются покупные билеты и пригласительные для своих. Все билеты давно скуплены толстыми прыщавыми неудачниками, которые верят в любовь с первого взгляда, а вот моей сестре удалось найти тебе пригласительный! Разве не здорово?! Я бы сам убил за такой, но на что не пойдешь ради члена команды! - Отличный план, Танака! – Асахи махнул рукой своему партнеру, готовясь принять подачу. – А там не будет еще одного пригласительного для Хинаты-куна? - Для Хинаты? – Рюноскэ скорчил презрительную рожу. – А зачем еще и этой мелюзге на свидания бегать? Был бы там второй билет, я бы ни минуты не колебался, а пошел бы сам! - Я просто подумал, что это могло бы отвлечь Хинату-куна от его неразделенной любви к этой мрачной девочке! У Тобио в глазах на миг помутнело. Пол и потолок, рассмеявшись в лицо связующему, закрутились, играя в чехарду. Лампы под ногами, сетка под крышей, все голоса казались рычанием и ревом разъяренных зверей. Шоё влюбился в девчонку? Влюбился в кого-то? Мяч Сугавары-семпая замер над волейбольной сеткой, и, не встречая привычной преграды, легко впечатался в нос потрясенного связующего Карасуно. Тобио мешком рухнул на гладкий пол, встретившись затылком с плотными досками. Что-то хрустнуло, что-то щелкнуло и сразу стало темно. Между проглотившей его черной пропастью и тупой режущей болью от удара в голове прошла всего лишь минута. Яркий свет ламп вцепился в веки, заставляя поморщиться и заслониться ладонью. Пальцы Кагеямы задели что-то теплое, он часто заморгал, пытаясь обрести обратно способность четко видеть предметы, но едва зрение подчинилось, как сердце взволнованно ухнуло, начав быстрее качать кровь. Белое как мел лицо Шоё прямо над его лицом? Бескровные дрожащие губы, блестящие карие глаза? Что-то новенькое, раньше Тобио не замечал у Хинаты такого взгляда. И почему его ресницы кажутся такими длинными? - Придурок, ты жив?! – Хината едва выдыхал слова, в ужасе вцепившись в плечо своего напарника. - Кагеяма-кун, ты нас слышишь? – Встревоженное лицо Сугавары оттеснило белое лицо Хинаты. Тобио заморгал, ощущая недовольство: хотелось еще видеть этого испуга в привычном взгляде, еще раз услышать этот сбившийся от страха голос Хинаты. Страха за него, Кагеяму Тобио. Что за глупые мысли? - Я… в порядке. Простите, семпай, я пропустил ваш мяч. - Кагеяма-кун, у тебя голова кружится? Тошнота, перед глазами черные точки? - Нет. – Тобио сел, потрогав пальцами ноющий затылок. Определенно, будет шишка, но причин для этой мертвенной бледности на лице Хинаты больше не было. У него идет кровь? Выбиты зубы? Почему Шоё смотрит на него как на живого мертвеца? – Все в порядке, я просто упал на пол. - Тебе придется отдохнуть какое-то время. Ты можешь встать на ноги? - Да, коне… - Я помогу. – Хината вцепился пальцами в его запястье. – Положись на меня и вставай. - Со мной все нормально, можешь отпустить мою руку. – Тобио встал, прислушиваясь к ощущениям. Потолок больше не прыгал, глазам возвращалась четкость, ноги исправно слушались. Почему он пропустил тот мяч? Ведь Суга-сан никогда не делает трудных сильных подач. - Ладно, на сегодня хватит. – Дайти устало прикрыл глаза. – Кагеяма-кун, сейчас я принесу аптечку и бинт. Хината, побудь пока с ним. Дежурные по залу – Коуши и Ноя. Всем спасибо за старание! - Ты никогда раньше не пропускал мяч. – Хината говорил так тихо, что Тобио едва различал его слова. – Что-то случилось? На тебя это совсем не похоже! - Ты собираешься с кем-то встречаться, Хината? Мертвенно-бледные щеки мгновенно запунцевели, в напуганных глазах поселилась настоящая паника: - Как ты узнал!? Как ты догадался, придурок?! - Мне сказал Асахи-семпай. Что ты влюбился в девчонку, но что-то с ней не так. Ты поэтому злился на меня вчера, когда я сказал, что готов встречаться с любой? Потому что ты влюблен и тебя это задело? - Ты идиот, Кагеяма! Забудь про слова Асахи-семпая, ты все понял неправильно! А теперь давай на скамейку и сиди тихо! - Но ты же сам подтвердил, что я догадался. – Тобио не понимал, почему этот вопрос о чувствах Шоё так важен сейчас. Нельзя было отпускать Хинату, пока он не скажет правду. – Что есть такая девчонка. - Да нет никакой девчонки! Зачем тебе вообще меня об этом спрашивать?! Тебе что, не все равно с кем я хочу встречаться?! - Я не знаю. – Синий лед глаз Тобио легко выдерживал раскаленную патоку и мед взгляда Хинаты. – Я и сам не знаю теперь, что важно, а что нет. Поэтому ответь на мой вопрос: ты собираешься встречаться с девушкой? - Нет. А ты? - Да, конечно. – Тобио утвердительно кивнул. – Это поможет мне лучше понимать чувства других людей, как сказал Оикава-семпай. - Тогда начни с моих чувств. – Шоё наклонился к самому лицу Кагеямы, заставив связующего Карасуно вздрогнуть от неожиданности. Ушибленная голова звенела, кровь устраивала в венах корриду, снося последние ошметки здравого смысла. Хината так близко – это что, шутка, или Кагеяме и в самом деле нравится это зрелище? – Попробуй понять меня хоть один раз. Что я чувствую на самом деле? Чего мне хочется больше всего? - Попасть на национальные? Обыграть меня в волейбол? - Ты никогда не найдешь себе девушку, придурок Кагеяма. – Хината отстранился, его взгляд погас. – Думаю, твоя черствость неизлечима. *** Спортивная сумка полетела на пол, Кагеяма Тобио удобней растянулся на кровати, разглядывая знакомый потолок. Дома было тихо, вечерняя прохлада мягкими шагами просачивалась сквозь приоткрытое окно. Хината спрашивал сегодня странные вещи. Весь день происходили какие-то глупости, которые никогда раньше с Кагеямой не приключались. Он пропустил несложный мяч, ударился затылком, не мог оторвать взгляда от ресниц Шоё и его приоткрытых губ… Получил кучу бессмысленных и бестолковых анонимок. Нужно было сделать хоть что-то, чтобы из памяти выветрилось напуганное лицо Хинаты. Нельзя думать о таком долго – опять начинает кружиться голова. Хоть какое-нибудь дело, которое бы отвлекло и позволило забыться. Анонимки – может, ему удастся догадаться о личности автора, если он еще раз переберет их все? Спустя пять минут Кагеяма сидел на кровати, нахмурившись и поджав под себя ноги. Его память и мыслительные способности помутнились после удара головой о пол в зале? Он же всех их трижды пересчитал еще в школе – ровно восемьдесят девять записок невразумительного содержания. Ругательства, обзывательства, напутствия и странные советы. Но вот сейчас из его спортивной сумки вместе с грудой анонимок выпала еще одна бумажка, которой он не помнил. Девяностый смятый листок с одной короткой фразой: «Я люблю тебя».