Как влюбить в себя связующего или Я буду лучшей девушкой для тебя!

- Сегодня все ведут себя немного странно, не находишь, Тсукки? – Ямагути осторожно повернул голову в сторону, опасаясь вполне справедливого окрика капитана. В этот раз Савамура был в ударе, нещадно гоняя свою команду кругами по залу и заставляя отрабатывать броски до тех пор, пока пальцы не перестанут слушаться. Асахи и Танаке уже сделали публичный выговор за отсутствие энтузиазма, но рослый третьегодка лишь виновато развел руками в стороны, мягко улыбаясь, а доигровщик закатил глаза и состроил жуткую рожу. - С чего ты взял? – Тсукишима единственный в команде никогда не проявлял энтузиазма, поэтому даже капитан Дайти не мог поставить ему в вину равнодушное лицо и недовольно поджатые губы. – Вроде все как обычно. Начальство рвет и мечет, мы пашем. Что не так? - Хината-кун сегодня особенно молчаливый, они с Кагеямой даже ни разу не сцепились. - Золотое правило обязательной ссоры раз в пятнадцать минут нарушено? – Теперь уже и Кей чуть наклонил голову, разглядывая дальний угол зала. – Наш король не в настроении тратить свое время на простолюдинов, или же сладкая парочка разругалась? - Понятия не имею, но вот еще одна странность. – Ямагути старательно разминал плечо, светясь от усердия. В последнее время первогодка старался выкладываться по полной, но, как всегда, его усилий никто не замечал. – Каждый раз, когда Хината-кун смотрит на Кагеяму-куна, тот отворачивается, но ничего не говорит, даже если Хината допускает оплошность. При этом, на Кагеяму с Хинатой постоянно смотрит Танака-семпай, а на Танаку – Нишиноя-семпай. Иногда на них обоих долго смотрит Сугавара-сан, но он только вздыхает и качает головой. - Сложная цепочка. - Не то слово! При этом, каждый раз, когда Сугавара-сан вздыхает и качает головой, капитан Дайти как с цепи срывается и начинает кричать на всех подряд. - Мне кажется, ты преувеличиваешь. - Но, Тсукки, просто посмотри внимательно на них, сейчас сам все увидишь! Оба повернули головы, разглядывая дальний угол. Хината всегда откровенно слабо принимал даже несложные мячи Сугавары, что уж тут говорить об атаках Асахи-семпая или Танаки. Обычно недостаток мастерства покрывали скорость и упрямство, но сегодня самый бодрый игрок Карасуно выглядел непривычно рассеянным и неловким: высокая дуга подачи, принять которую было проще простого даже для новичка, закончилась тем, что мяч снова оказался за пределами поля. Хината сжался, бросив быстрый взгляд на Кагеяму, который отрабатывал прием с Энношитой всего в паре шагов от него. В любое другое время за такой плохой прием мяча приманку Карасуно ждал бы отменный подзатыльник или окрик, но сегодня на лице Тобио не дрогнул ни один мускул. Он не удостоил Шоё даже взглядом, сосредоточившись на своем партнере и его технике. Ямагути красноречиво поднял брови, но Тсукишима не спешил с выводами: - Подумаешь, любой устанет постоянно кричать на Хинату. Сколько можно так бурно реагировать на его ошибки. Это раздражает. - Но Хината-кун, кажется, переживает из-за этого! Если бы он смотрел на Сугавару-семпая столько же, сколько на Кагеяму-куна, у него не было бы таких проблем с приемом мяча… - Ну, значит эти двое не в самых лучших отношениях сегодня. Нас это никак не касается, Ямагути. - Тсукки, но ведь Танака-семпай тоже постоянно пропускает мяч из-за того, что смотрит в сторону Хинаты и Кагеямы! - Как и ты. Хватит пялиться в тот угол, получается, что вместо тренировки вся команда только и делает, что разглядывает Хинату-куна и его косяки. - Это-то и странно! Посмотри, там… - Вы двое. – Капитан Савамура умел передвигаться совершенно бесшумно, когда того требовали обстоятельства. – Если у вас остается столько сил на разговор, может быть и на тренировку немного останется? - Ох, капитан… - Тадаши настолько смутился, что выронил мяч прямо себе на ногу. – Извините, я просто… - Рю! – Дайти уже не слушал заплетающихся извинений Ямагути, позабыв про него так же быстро, как и рассердившись. – Ну сколько можно глазеть в потолок?! А ну иди сюда, я покажу тебе, что такое настоящая концентрация на игре! - Странный день. – Бодрый настрой Ямагути покинул своего нерешительного обладателя, плечи Тадаши привычно поникли. – Действительно странный. *** Кагеяма Тобио на минутку задумался, складывая спортивный джемпер в сумку. Всю тренировку его не отпускало ощущение, что он постоянно забывает о чем-то важном и серьезном, но вот о чем именно – этого связующий Карасуно вспомнить не мог. Вроде как он не оставил ни одной тетради или учебника, его не назначали дежурным, он никому не обещал принести журналы или диски и уж подавно не забыл дома включенный утюг. Легкое ощущение непорядка появилось с самого утра и никак не хотело проходить. Из-за этого всю тренировку ему приходилось быть предельно внимательным, чтобы не допускать осечек. Подачи Энношиты-семпая не были сложными, но и после тренировки забытая вещь никак не приходила на ум. За спиной раздавались напутственные крики и хохот семпаев: второгодки прощались с хмурым капитаном, который сегодня оставался с Сугаварой разбирать инвентарь после занятий. Тсукишима и Ямагути давно ушли, воспользовавшись неразберихой и шумной перепалкой Танаки с Нишиноей из-за какого-то обещанного обеда. В целом, день прошел очень даже неплохо, скоро он уже доберется до дома и сможет спокойно принять горячую ванну и полистать очередной спортивный журнал. Вещи он уже собрал, теперь можно и двигать ноги отсюда. Да, жизнь прекрасна и замеча… Обернувшись к выходу из раздевалки, Кагеяма выронил из рук спортивную сумку, едва удержавшись от громкого ругательства: прямо за его спиной, прижавшись спиной к дверному косяку, в полнейшей тишине стоял Хината, упрямо вытаращившись на него непонятным тяжелым взглядом. - Ты что тут делаешь?! - Ничего. – В неярком свете единственной лампочки в комнате хмурое лицо Хинаты казалось почти рассерженным. - Просто молча стоишь и ничего не делаешь? И давно? - Минут пять, может, десять. - Опять голова уплыла куда подальше? Честно, Хината, сколько можно витать в облаках, соберись уже. - Ты ничего не замечаешь? Кагеяма снова почувствовал это странное ощущение внутри живота: он забыл что-то важное, что-то, что лучше было бы вспомнить как можно скорее. - Нет. Что не так? - Ну, - Хината наклонил голову и у Кагеямы сладко ёкнуло сердце: щеки приманки Карасуно были пунцовыми от румянца. – Мы одни остались. - И что? - Мы одни в раздевалке. Все уже ушли. Капитан и Сугавара-семпай еще минут десять провозятся с сеткой и щетками. - И что? Домой пора, уже поздно. – Кагеяма удобней перехватил ремень сумки, пристраивая её на плечо. Смутившийся Хината посмотрел на него как-то сердито, словно бы он, Тобио, нагрубил ему или выставил дураком. - Мы встречаемся? - Да. - Мы остались одни в раздевалке после уроков? - Ну и что с того? Пойдем, уже темно на улице. - Тебе не кажется, что мы могли бы… ну… - Шоё наклонил голову так низко, что Кагеяма не мог рассмотреть ничего, кроме полыхающих кончиков ушей в рыжеве волос. – Ну сам догадайся. Пока нет никого, а? - В таком маленьком помещении тренировать подачи и пасы – полная глупость. Достаточно на сегодня тренировок, отдохни немного. - Я не про тренировки. – Шоё сжал пальцы в кулаки, но решимости не прибавлялось. – Хватит прикидываться. Знаешь же, что я не могу сказать это вслух… - Хината, хватит мне голову морочить. Поздно уже, переодевайся быстрее и пойдем отсюда. – Легкая досада от того, что он целый день не может вспомнить что-то очень важное, делала голос Тобио острым и грубым. Как же ему поймать эту забытую мысль? – Капитан скоро закончит с уборкой, а ты еще даже не переоделся. –Хорошо. Я быстро. - Ну и славно. - Направившись к выходу, Кагеяма уже почти прошел мимо Шоё, когда беспокойный напарник схватил его за рукав: - Я совсем тебе не нравлюсь, да? – В голосе Шоё словно трещали льдинки. – Ты согласился со мной встречаться из жалости, что ли? Или просто чтобы я отстал и успокоился? - С чего ты взял, что ты мне не нравишься? И у меня вчера просто не было выбора. - Так нравлюсь? Хоть немного. - Нравишься. – Кагеяма даже кивнул, чтобы сказанное наверняка дошло до поникшего Шоё. - Тогда скажи мне хоть что-нибудь, равнодушное ты бревно, я целый день схожу с ума от беспокойства! Кагеяма во все глаза уставился на Хинату, но тот выглядел серьезным до жути, вцепившись пальцами в ремень сумки и явно не собираясь отступать. «Чего он хочет от меня? Что мне ему сказать? Мне утром уже досталось от него за то, что я не угадал с ответом, но, честное слово, понятнее мне не стало!». Ладонь Кагеямы мягко легла на плечо Хинаты. За тканью футболки нельзя было разглядеть выпирающих ключиц и светлой кожи, но Тобио помнил каждый изгиб и выпуклость наизусть. Ладонь чуть потерлась о худую шею, скользнув выше к воинственно растрепавшимся прядям. Шоё замер, затаив дыхание, пальцы Кагеямы хозяйничали в непослушной рыжине, касаясь раскрасневшегося уха. «Мне нравится, когда он смотрит на меня такими глазами. Но что мне такого сказать, чтобы не испортить момент? Утром я честно поделился с ним своим мнением, но он, казалось, ждал совсем другого. Что вообще говорят в таких случаях люди?». - Хината. - Теплая ладонь продолжала поглаживать спутавшиеся волосы, Шоё подался вперед, закусив губу. - Да? «Никакой критики! Ни слова о его подачах и приеме мяча! Он хочет, чтобы я его похвалил, ведь так? Просто похвали его, Тобио!». - Ты… знаешь, на самом деле, ты… «Что хвалить-то?! Сегодня он ужасно выполнял все техники и постоянно терял мяч! Но об этом нельзя говорить, нельзя, нельзя!…». - Ты хороший человек, Хината. Старайся лучше, и из тебя однажды может получится нормальный игрок. А теперь пойдем, уже темнеет. – Кагеяма с облегчением вдохнул побольше воздуха. Общение теперь, когда Хината и сам не мог объяснить, что именно хочет услышать, порядком напрягало. - Умри, придурок Кагеяма. - Что? Тебе опять не нравится?! - Просто заткнись и умри уже.