Падение прошлого мира

Мир содрогнулся... Фаренгар Тайный Огонь услышал треск и магический шар, с помощью которого он пытался найти Довакина, покрылся трещинами и лопнул. Десятки маленьких осколков врезались в стол, стену и самого волшебника. Тот, превозмогая боль, встал и, утерев кровь на лице и на чудом уцелевших веках, начал быстро шептать заклинание, стараясь понять, что вызвало такое возмущение в магических потоках. Его вены вздулись, глаза налились красным, и из уголка рта тонкой струйкой потекла кровь, но его заклинание начало давать результат. От его тела отделился мягкий свет и коснулся карты, на которой вдруг проступили четыре красные точки, а потом бумага затлела и произошел мощный всплеск энергии. Тело мага, как тряпичную куклу, бросило на противоположную стену. Фаренгар попытался встать, но дрожащие ноги отказывались держать его израненное тело, зубы непроизвольно выбили дробь – он понял, чья сила пронеслась по Скайриму. Имперские солдаты, стоящие гарнизоном в Винтерхолде, вздрогнули. Они были простыми вояками и со всякими магическими штучками не имели дел, но сейчас это почувствовал каждый из них. Ужасающий поток силы, подобный дыханию смерти, с которым знаком каждый воин, пронесся по отрядам людей. Они посмотрели на двух магов, которые были с ними с тех пор, как Драконорожденный присоединился к ним, и немой вопрос повис в воздухе. Наконец один из них с трудом разлепил губы и произнес: - Началось. - Началось. – Пронесся голос Конарика по лагерю Соратников, недавно поставленному возле стен у входа в Вайтран. Воины вышли из палаток, и даже представители Круга, оборотни, которые нечувствительны к таким вещам, как плохое предчувствие, поёжились. Надвигалось что-то страшное. Эйла, чья дальнозоркость уже давно вышла за пределы даже оборотнических способностей, вгляделась в дорогу и на самом горизонте увидела две фигуры, медленным шагом идущих к их лагерю. В их движениях, походке не было ничего сверхъестественного, но Эйла, опытный воин, испытала странную дрожь, которую она не чувствовала с тех времен, когда девчонкой сражалась против маститых бойцов. Конарик неслышно подошел к ней и коснулся ее плеча, чуть сжав его своей сухой рукой. Она повернула голову и беспомощно посмотрела на него. - Не волнуйся, девочка. И тебе лучше перекинуться. Поверь, в человеческом теле у тебя нет даже шанса выстоять против них. Астрид, сидевшая на одной из низких сторожевых башен Вайтрана, легко раскачалась и спрыгнула на землю. Из тени рядом с ней выступило несколько фигур, в которых даже ее тренированному глазу с трудом удалось отличить Фестуса Крекса, Бабетту и Арнбьорна. Остальные были полностью сокрыты во тьме. Она повернулась лицом к своей семье и произнесла: - Итак, план простой – в бой не вступаем, ждем подходящего момента и наносим смертельный удар. Не рисковать, не геройствовать, для этого есть целая община Соратников. Наносите только самые выверенные удары и не жалейте сил. - Она натянула маску на лицо, повернулась к лагерю Соратников, где оборотни уже вставали в боевой порядок и продолжила: - Шансов мало, но они есть. И... возвращайтесь живыми. Каждый ассасин Братства кивнул, хотя они понимали – даже со всей силой, которая будет на их стороне, вернутся не все, далеко не все. Цфанг-На и Вайш-Наир спокойным шагом шли по гористой дороге к Винтерхолду. Они сняли с себя все ограничивающие заклинания, они больше не скрывались. Вдали из морозной дымки показались очертания Коллегии Винтерхолда, но этот вид, казалось, не занимал двух воинов, они беседовали преимущественно о делах Храма, и, похоже, то, что произойдет в Винтерхолде, их совсем не волновало. Цаэски зашли в пустой город, на дороге которого стояло несколько валунов, почти полностью заметенных снегом. Вайш-Наир попытался продолжить движение, но почувствовал, как твердая рука брата его остановила. Он непонимающе оглянулся и вдруг один из валунов зашевелился, его части начали меняться, и перед двумя воинами предстала огромная фигура воина в мощной броне. Из сочленения его брони вышел пар, и механический голос прогрохотал: - Вам лучше уйти, дети Храма. - Тут же распахнулись окна домов и оттуда выглянули десятки натянутых луков, на крышах появились несколько волшебников, уже подготовивших атакующие заклинания, а из другого конца города спокойно шли четыре фигуры в рваных одеждах. Цфанг-На услышал позади себя какой-то легкий звук, похожий на цоканье хитиновых панцирей по камням. - Вы окружены, храмовники. Уходите или сегодня в анналах вашего храма появятся еще две записи о смертях Детей Храма. Цфанг-На и Вайш-Наир переглянулись и вдруг рассмеялись: - Вы? Вы окружили нас?! Люди невольно поёжились от этого смеха. И у некоторых из них действительно пронеслись в голове пропитанные страхом сомнения: «А они ли являются теми, кто окружил врага?» Цаэски же вынули свои оружия и церемонно поклонились: - Мое имя Цфанг-На, третий из стражей Северного Предела, сын храма Драконьей Стражи, заслуживший право владения Кусари-Гама и катаной, я пришел за вами, защитники Винтерхолда. - Мое имя Вайш-Наир, четвертый из стражей Северного Предела, сын храма Драконьей Стражи, я пришел за вами, защитники Винтерхолда. Где-то, в одной из непроходимых горных систем Скайрима, из пещеры с очень высоким потолком вышел бледный человек. Он потянулся и, сделав глубокий вдох, перевел взгляд на небо и произнес: - Началось. Из глубины пещеры вышел огромный дракон и встал рядом с человеком, повернувшись туда, куда смотрел его собеседник, потом он взглянул на него. В его бесстрастных нечеловеческих глазах невозможно было прочитать никаких эмоций. Дракон произнес: - Ты готов, Слензиигрон. Ты готов, Довакин. Человек посмотрел на своего собрата и улыбнулся: - Что же, тогда в путь.