Рохиррим

Отряд мгновенно, без команды, развернулся в кольцо. Эомер подошел в центр. Я хвостиком последовала за ним. "Наконец", - подумала я, окинув взором трех друзей: Арагорна, Гимли и Леголаса. - Кто ты? – Меня называют Колобродом, - с легкой усмешкой ответил Арагорн. - Я с Севера. Охочусь на орков. Эомер соскочил с коня, передал копье подъехавшему товарищу и, положив руку на рукоять меча, стоял теперь лицом к лицу с Арагорном, с удивлением разглядывая его. – Я чуть было вас самих за орков не принял, - признался он. - Да вижу - ошибся. Но кто же так охотится на орков? Доведись вам повстречать их, сами станете добычей. Однако в вас есть что-то загадочное… Почему мы вас не заметили? Вы эльфы? – Нет, - спокойно ответил Арагорн. - Среди нас только один эльф, но мы прошли через Лотлориен, и с нами - дары и благословение его Владычицы. – Так в Золотом Лесу и впрямь есть Владычица, - не то с опаской, не то с угрозой проговорил он. - В старых сказках говорится, как трудно избежать ее сетей. Вот странные дни! Но если вы в дружбе с ней, значит, и сами колдуны и волшебники! - он недобро глянул на Леголаса и Гимли и резко спросил: - Вы почему не отвечаете? Гимли так и вскинулся, схватившись за топор. Темные глаза его сверкали. – Сначала назови себя, коневод, в ответ получишь мое имя и кое-что в придачу! - дерзко крикнул он. Всадник помедлил с ответом, внимательно разглядывая гнома. – На землях Рохана вопросы задаю я. Но для тебя, пришелец, пожалуй, сделаю исключение. Я Эомер, сын Эомунда, правитель Остфолда. А теперь жду, что скажешь ты! – Слушай же, Эомер, сын Эомунда! Я гном Гимли, сын Глоина, и я запрещаю тебе непочтительно отзываться о правительнице Лориэна. Взгляд Эомера грозно сверкнул. – Будь ты повыше ростом, почтенный гном, я отрубил бы тебе голову вместе с бородой. – Он не один, - вмешался Леголас, мгновенно натягивая лук. - Ты умрешь раньше, чем возьмешься за меч! Эомер всё же потянулся к мечу. И тут между ними вклинилась я. - Не надо,- произнесла я, поочередно смотря на Гимли и Эомера.– Они не хотят зла ни Рохану, ни его народу, ни людям, ни коням. Выслушай их, прежде чем браться за меч. Помедлив, Эомер снял руку с эфеса. – Хорошо. Но чужеземцам стоило бы поумерить свой пыл в эти смутные дни. Для начала назови свое настоящее имя. – Только после того, как узнаю, кому вы служите, - отрезал Арагорн. – Королю Рохана Теодену, сыну Тенгеля, - был ответ. - Темный Владыка нам не указ, если ты это имеешь в виду. Но между нами нет и войны. Мы свободный народ, всегда жили свободно и хотим сохранить свободу, а не прислуживать хозяевам, будь они злыми или добрыми. Но сейчас границы наши в опасности, и чужеземцам закрыт путь в пределы страны. А теперь я хочу знать, кто вы? - вновь спросил Эомер. - Кому служите? И по какому праву оказались на земле Рохана? – Я никому не служу, - ответил Арагорн, - Но слуг Врага преследую повсюду, где бы ни свела меня с ними судьба. Орки - мои враги. Я знаю о них куда больше многих, а сейчас преследую их отряд, захвативший двух наших друзей. У нас нет коней, в погоне мы полагаемся лишь на свои ноги, а в подобных случаях надо ли спрашивать о праве? Врагов я считаю только мечом. Как видишь, я не безоружен. Он откинул плащ и вынул из ножен Андрил, сверкнувший на солнце, как белое пламя. – Ты хочешь знать, кто я? Перед тобой Арагорн, сын Араторна, Элессар Эльфинит, наследник Исилдура, сына Элендила, короля Гондора! Вот возрожденный меч Исилдура. Теперь ты знаешь, кто я, а я хочу знать, помощи или помехи ждать мне от вас? Решайте быстро! Эомер невольно отступил на шаг. – Воистину, странные времена настали, - пробормотал он. - Древние легенды вырастают прямо из травы. Но какие же заботы привели вас сюда с Севера? - От недавней гордости предводителя рохиррим и следа не осталось. – Бремя выбора, - ответил Арагорн. - Передай Теодену, сыну Тенгеля: его ждет война. Либо он выступит на стороне Сарумана, либо против него. Отныне никто не сможет жить так, как жил, и вряд ли кто сохранит то, что считал своим… Но об этом позже. Скажи мне, что стало с орками? – Они уничтожены, - последовал ответ. – А наши друзья? Они совсем маленькие, для вас - как дети. – Там не было ни детей, ни гномов. Мы сочли и обыскали убитых, потом сложили трупы и сожгли их, как велит обычай. Кострище ещё дымится. – Да при чем тут гномы! - не выдержал Гимли. - Речь о хоббитах. – Хоббиты? - переспросил Эомер. - Впервые слышу это название. – Согласен, название странное, а вот народец весьма приятный, - разговорился Гимли. - Вы в своём Рохане наверняка слышали о пророческих словах, встревоживших Минас Тирит. В них говорилось о полуросликах. Наши хоббиты - те самые полурослики и есть. Ближайший к Эомеру всадник расхохотался. – Да ведь полурослики бывают только в детских сказках! А мы-то здесь, при свете дня, на зеленой земле. - Арагорн… - Миледи, - прошипел Эомер. – Надо спешить, повелитель, - не дослушав Арагорна, обратился кто-то к Эомеру. - Отпустим чужеземцев или возьмем с собой? – Уймись, Эотэйн. – Как ни странно то, что вы говорите, - обратился Эомер к Арагорну, - но это правда. Люди Рохана не лгут, поэтому их трудно обмануть. Но ведь вы сказали далеко не все. Мне нужно принять решение, а я знаю пока очень мало. – Несколько недель назад я вышел из Имладриса, о котором говорилось в пророчестве, вместе с Боромиром, сыном Денетора, - ответил Арагорн. - Я шел помочь Минас Тириту в войне с Сауроном. У моих товарищей была другая задача. Сейчас о ней говорить ни к чему. А возглавлял отряд Гэндальф Серый. Услышав это имя, Эомер помрачнел. – Гэндальфа Серого знают у нас, - сказал он, - но наш правитель Теоден не хочет больше о нем слышать. Каждый раз вслед за его появлением происходили странные события. Кое-кто говорит, что Гэндальф - недобрый вестник. Да и то сказать: в прошлый раз после его прихода все пошло не так. До тех пор мы считали Сарумана другом, а Гэндальф предупредил, что в Изенгарде готовятся к войне. Он говорил, что сам еле спасся из Ортханка, и просил о помощи. Но Теоден не внял ему, только разрешил взять коня, и старик ушел. Король в гневе: Гэндальф выбрал самого лучшего коня во всей стране, это был наш драгоценный Сполох… Семь ночей назад конь вернулся, да только теперь он не признает ничьей руки. – Значит, он нашел дорогу с Севера, - сказал Арагорн. - Там они расстались с Гэндальфом, и там вскоре Гэндальф погиб во мраке Мории. – Это тяжелая утрата и для меня, и для многих других, - вздохнув, произнес Эомер. - Не для всех, правда… – Боюсь, никому из вас не понять, что именно мы потеряли с его гибелью, - сказал Арагорн. - Но когда гибнут великие, малые приходят на их место. Я вел отряд через Лориен вниз по Великой Реке до водопадов Рэроса. Там пал Боромир. Убивших его орков уничтожили вы. Я не успела его спасти. – Горестные вести! - воскликнул Эомер. - Великая потеря для Минас Тирита, да и для нас тоже. Достойный человек и отважный воин! Когда же это случилось? – Сегодня четвертый день, как его нет, - ответил Арагорн. – И вы с того самого дня преследуете орков пешком? – Как видите, - ответил Арагорн. – Вам больше подошло бы имя Странствующего Орла, - сказал Эомер. - Четвертый день еще не кончился, а вы уже прошли сорок пять лиг. Однако как же мне быть теперь? - помолчав, продолжал он. - Действительно, мы не воюем с Черной Страной, правда и то, что король внимает дурным советам; так что война не за горами. Мы не нарушим союза с Гондором. Под моей рукой - Восточные пределы Рохана, и я говорю за весь Остфолд. Мои люди и кони ушли за реку, здесь остались лишь дозоры. – Так вы не платите дань Саурону? - подозрительно спросил Гимли. – Нет, и никогда не бывать этому! - отвечал Эомер, гневно сверкнув глазами. - Я знаю об этих наветах. Темный Владыка как-то пытался купить у нас коней, но мы ему отказали. Тогда его орки стали красть лошадей, и всегда только черных, сегодня в табунах они редкость. С орками мы рассчитаемся, но сейчас главная опасность - Саруман. Он хочет поработить мою страну; ему служат и орки, и оборотни, и даже дикари. Его отряды перекрыли Гриву Рохана, мы окружены с востока и с запада. К тому же Саруман - могучий маг, он принимает любые обличья. Последнее время его видят то там, то здесь в образе старика в плаще с капюшоном. Боюсь, у него есть сообщники не только в Изенгарде. Впрочем, сами увидите, когда придёте в королевские палаты. Провидение послало вас мне в час нужды и сомнений. – Я приду, как только смогу, - пообещал Арагорн. – Прямо сейчас! Сыновья Эорла почтут за честь сражаться рядом с Наследником Элендиля. Наши границы в огне, там война, я боюсь, что для нас она кончится плохо. - Эомер , прошу дай мне сказать. - У тебя минута. - Поверьте мне, с Мерри и Пиппином все хорошо. - Откуда ты знаешь их имена? - Я не могу рассказать всего сейчас. Пока не встречусь Митрандиром. - Гэндальфа больше нет в живых,- произнес Гимли. - Он жив, и вскоре вы сами убедитесь в этом. Следуйте по следам в лес, и вы встретите того, кого уже и не надеялись увидеть в живых. Меня хотели спросить еще о кое-чем , но Эомер жестом прекратил разговор. – Вы свободны, - произнес он наконец. - И вам, и нам надо спешить, поэтому я дам вам коней, но прошу потом вернуть их в Эдорас, королю Теодену. Это докажет, что я не ошибся в вас. Честь и жизнь моя в ваших руках, - добавил он. – Тебе не придется жалеть об этом, - ответил Арагорн. - Нам предстоит еще не раз биться бок о бок, я надеюсь не остаться в долгу.